Видишь Суслика? (СИ)

Дверь врезалась в стенку со смачным звуком, и не менее шумно захлопнулась. Синдзи бросил на тумбочку папку и шуршащий пакет.
- Что это?
- Гуманитарная помощь от словесников. Курсовой батька сказал, ты на вечернее построение не идешь. Я тоже. Готовлюсь к какому-то выступлению. Завтра будут меня в цирке показывать, с номером «Военная поэзия глазами юного поколения».
- Надолго?
- Уже скучаешь? К ужину вернут. Слышь, так что с Хорьком у вас было?
- Мы не сошлись во мнениях по поводу одного места из «Графа Монте-Кристо».
- Брешешь!
Суслик рассмеялся. Неожиданно всплывшая в памяти книжка заставила задуматься о недругах. С местью лучше не затягивать.
- Этот гад со своей шоблой заловили меня, отпинали, требовали отказался от вступления в его команду на предстоящих соревнованиях.
- Скотина! Да я курбатьке его сдам! Доки есть?
- Чё?!
- Доказательства! Что ты, как неродной? Все-таки головкой приложился? Или обеими?
- Чё?
- О! Чёкало зачёкало!
- Хватит, Синдзи! Я пытаюсь думать!
- Ах! Я замер в восхищении и жду, когда польется мудрость. Тазик нести?
Мальчишка схватил пакетик мармелада, разорвал упаковку.
- Лови! - Конфетный дождь застучал по покрывалу.
- Серьезно… надо что-то решать с Кагосима. Он чуть меня не пришиб!
- Можно рапорт накатать. Но нужно подтверждение. А то его слово против твоего. А все знают, что у вас тёрки.
- Доказательств… явных нет – задумчиво протянул Суслик. «И что-то заставило Ласку промолчать. Выяснить бы что и почему. Но Хомяку этого пока не следует знать». Взгляд скользнул по видеокамере, установленной на столбе, что был хорошо виден из окна. Камера поражала своими огромными размерами – Валентин такие видел только на особо защищенных объектах, где бронировали даже дверь туалета.
- Может, он на камерах засветился? – предположил Синдзи.
- Это мысль! Давай быстрее, пока построение на большом плацу!
Парни тихо прошли пустой коридор, спустились по черной лестнице, и Джунгарик ловко отомкнул дверь запасного выхода. Этот маневр не был ни для кого тайной, но офицеры не придирались к последнему курсу, предоставляя будущим бойцам некую иллюзию свободы. Именно этим путём Суслик каждый день выбирался из общежития на пробежку по руинам. Вал с удивлением отметил, что Суслику и правда удаётся сохранять своё увлечение паркуром в тайне от администрации, иначе лазейку на явно опасные для курсантов развалин давно бы закрыли.
Кадеты давно знали, где расположены настоящие видеокамеры, а где установлены муляжи. Это только ревизоры из столицы умилялись техническому прогрессу, а на деле под контролем находились в лучшем случае три четверти школы. Хорошим покрытием могли похвастаться лишь учебный корпус, лестницы и коридоры жилых зданий, да оба плаца.
«Такой же бардак, как у нас! Ну да, Вселенная-то одна!»
Вал окунулся в неприятные воспоминания: аллейка, по которой его тащат прихлебатели Хорька. Ноги едва слушаются, а слабое трепыхание жертвы только раззадоривает молодецкую удаль.
Друзья подошли к старому зданию архива, закрытому на ремонт. Заявленный начальством переход на электронный документооборот не способствовал быстрому выделению средств на обновление хранилища бумаг. Дверь была заперта, но легко вскрывалась обычной металлической линейкой. Хомячку потребовалось на это меньше минуты. В пустом холле царил полумрак. Справа лестница. Кадеты поднялись на самый верх. Суслик шел, держась за перила. Слишком ярка была картинка, что снова и снова вставала перед глазами.
В заброшенных помещениях сняли даже муляжи. Здесь можно было творить, что угодно, охрана узнает об этом нескоро.
«Что ж, надо взять на заметку. Обратка Хорьку точно прилетит. Я-то не девочка-припевочка, подружка Синдзи-куни. Или правильно «куна»? Воспользуемся для мести этим же чудесным памятником не пойми какой архитектуры».
Снова вышли на улицу. Время вечерней линейки подходило к концу. Парни еще раз внимательно пересчитали камеры. Ни одной настоящей! Хорёк знал путь, которым вел жертву на расправу. «Учтем на будущее. Умная скотина!»
 
- Вот хитрый засранец! Кстати, я забежал к ним мельком. Сыпанул перца в нижнее белье. Повезло, что козлам на этой неделе черное выдали!
- Детский сад! – такая месть совсем не удовлетворяла Суслика.
- Ага, воплей будет, как в ясельной группе при массовом запоре!
«Синдзи – тот еще помощник. А Хорек – враг опасный и умный. Придется с ним разбираться. Нельзя же все время ходить и оглядываться».
Поскольку еще штормило от слияния сознаний, Вал ждал отбоя, как манны небесной. Хомяк строил безумные планы козней Хорьку, но все это было наивно и несерьезно. Однако за пять минут до общего отключения света этаж потряс громкий вой и проклятья. Мелкий пакостник умудрился пролезть в комнату главного заместителя по избиению Сусликов и подложил под одеяло пакет с водой. Как только Хорёк сел на кровать, раздался громкий плюх, и возникла необходимость в смене белья. В ярости он орал и грозил всем, кому мог. Но вместо сатисфакции получил выговор от курсового офицера и приказ быстрее мчаться к кастелянше – мощной бабище лет ста на вид, которая могла голыми руками рвать колючую проволоку и была грозой всех нерях.
А счастливый Джунгарик скакал по комнате, наслаждаясь криками врага.
- Ложись, егоза! Меня уже укачало от твоих бешенных скачков!
- Ха! Какой месяц?
- Чё?
- Спрашиваю, месяц какой? Ну по счету.
Суслик задумался. Вроде май, учебный год начался недавно.
- Пятый... – осторожно произнес он, не понимая еще замысла мальчишки.
-Тогда уже не должно тошнить, второй триместр пошел, - радостно захихикал мелкий поганец. На его лице была такая пакостливая улыбка, что Вал с трудом сдержал желание отвесить подзатыльник. Да уж, послали боги дружочка.
- Я плохо понимаю твой детсадовский юмор.
- О! Ты повзрослел в лазарете? Я скромный и не буду спрашивать, что вызвало небывалый прогресс в развитии… Но помню твои страстные взгляды, обращенные на белый халат.
Суслик показал кулак. Синдзи это не впечатлило. Лишь рев курсового офицера: «Отбой, тикусёмо! Кто не лег, завтра будет газон ножницами стричь» заставил того быстро раздеться и прыгнуть под одеяло.
Прозвучал сигнал отбоя. Сосед засопел, лишь коснулся головой подушки. Суслик хмыкнул. Тени плясали по потолку. В кадетских комнатах не предполагалось ни занавесок, ни жалюзи, а потому фантастические отсветы разрисовывали все вокруг.
Думать о глобальном не хотелось, это было слишком непонятно и безумно. А потому он сосредоточился на конкретных проблемах.
«Хорёк, он же Кагосима Сёго… Он от меня не отстанет. И ставки явно очень велики, раз мордобой кончился непреднамеренным, но всё же убийством».
Вал тихо встал и скрылся в ванной. Уставился в зеркало.
«Тело… Какое уж досталось. Нужны тренировки, но основа неплоха. Инструкторы хорошо гоняют мелких, надо отдать им должное. Нарастить мышцы – этим и займемся. И настигнет врагов полярная северная лисичка. Ага».
Он рассмеялся. В пользу кадета-дуалиста были знания мальчишки и опыт наёмника.
«Что ж, соединим все, что попало в нашу скорбную голову. Знание – сила в любом из миров. Хорошо, что не обнулились, как срок президента известно где. А то пришлось бы тяжко. А еще разобраться бы с технической стороной. Пока неясно, что с местным оружием и прочей красотой. Ладно, не боги горшки обжигают, освоим. Куда деваться с подводной лодки».
Мысли текли густой патокой.
«Магия!»
Суслик непроизвольно поежился. Отец и дед, клан, дух-покровитель…
«Стоп! Не все сразу. Я щас взорвусь, как триста тонн тротила… Давай-ка потихонечку. Поскребем по сусекам памяти. Узрим картину мира. Лучше в пересказе для детей младшего школьного возраста. А то с магией я не то, что на вы, а даже… В общем, рядом не стоял».
 Глава 4 «Вся безумная больница…»