История мира
Какое-то время линия наименьшего сопротивления для оголодавших кочевников находилась ни на востоке, ни на западе, но шла через всю центральную Азию, а далее - на юго-восток, через Хайберский перевал, в Индию. В эти годы китайского и римского могущества Индия пережила нашествие монголов, которые из Пенджаба проникли на великие равнины, неся с собой смерть и разрушения. Королевство Ашоки пало, и на определенный период история Индии тонет во мраке. Некая династия Куш, основанная "индо-скифами" - одним из народов, принимавших участие в нашествии какое-то время правила в северной Индии и удерживала такой-сякой порядок. Нашествия эти продолжались несколько веков. Большую часть V века н.э. Индию мучали эфталиты, то есть Белые Гунны, обложившие данью индийских царьков и державших всю Индию в состоянии постоянного страха. Летом они пасли стада в западном Туркестане, а осенью, сея ужас, возвращались в Индию.
Во II веке н.э., как Рим, так и Китай посетила чудовищная эпидемия, что, похоже, ослабило их сопротивление натиску варваров. Это была зараза сравнимая, разве что, с чумой. В Китае она господствовала целых одиннадцать лет, практически сумев дезорганизовать всю общественную жизнь. Династия Хань пала, начался новый период разделов и беспорядков, из которого Китай вывела лишь в VII веке н.э. великая династия Тань.
Эпидемия перебралась из Азии в Европу и собирала свой страшный урожай по всей римской империи с 164 по 180 годы н.э. Это, вне всякого сомнения, серьезно ослабило силы империи. С этого времени мы слышим о том, как вымирают целые римские провинции, и видим явный упадок сил и энергии правительства. Границы перестают быть непреодолимыми и трещат то в одном, то в другом месте. Новый нордический народ, готы, родом из Готланд в Швеции, прошел через всю Россию до Волги и берегов Черного моря, чтобы здесь предаться пиратству. Под конец II века н.э. они начинают испытывать на себе давление продвигающихся на запад гуннов. В 247 г. готы перешли Дунай, разгромили и убили императора Деция там, где теперь лежит Сербия. В 236 году другой германский народ, франки, нарушил границу на нижнем Рейне; алеманы же вторглись в Эльзас. Галльские легионы отбросили врага, но готы раз за разом нападали на Балканский полуостров. Провинция Дакия перестала существовать для Рима. Гордость и уверенность Рима в собственные силы была поколеблена. Рим, в течение трех веков бывший безопасным и открытым городом, в 270 - 275 годах император Аурелиан окружил защитными стенами.
Глава тридцать пятая
БУДНИЧНАЯ ЖИЗНЬ В ЭПОХУ РАННЕЙ РИМСКОЙ ИМПЕРИИ
Прежде, чем мы расскажем, каким же образом римская держава, выстроенная в двух первых веках до нашей эры и живущая спокойно и безопасно еще два столетия после Августа - лишилась порядка и была сломлена, к месту было бы посвятить внимание будничной жизни в этом громадном государстве. В нашей истории мы достигли момента, который отдален от наших времен на 2000 лет; жизнь цивилизованных народов, и не важно, где проживающих: то ли на территориях Pax Romana, то ли империи Хань, все больше и больше начинало походить на жизнь их нынешних цивилизованных наследников.
Поглядим: к этому времени повсюду на западе используются металлические деньги; несмотря на существование жрецов, имелось множество людей с независимыми взглядами, и эти люди не были ни чиновниками, ни жрецами; путешествовать можно было с большей свободой, чем когда-либо ранее, в чем помогали отличные дороги и постоялые дворы. По сравнению с прошлым, временами до 500 г. до н.э., жизнь сделалась более свободной. До сих пор цивилизованный человек был крепче связан со своим окружением, со своей страной, он сдерживался традициями и был замкнут в очень узком мирке; путешествовали и торговали в основном кочевники.
Но ни Римский Мир, ни владычество династии Хань не включали в своих громадных территориях какую-то единообразную цивилизацию. Между отдельными регионами существовали крупные местные отличия, контрасты и культурные неоднородности, подобно тому, как сейчас это можно наблюдать в английской Индии.26 Римские гарнизоны и колонии были разбросаны по всему громадному пространству и поддерживали культ римских богов вместе с латынью; но повсюду, где до прихода римлян существовали крупные города, они продолжали все так же жить по-своему, несмотря на свою политическую зависимость, и, по крайней мере, какой-то срок, продолжали почитать привычных себе богов свойственным себе образом. В Греции, в Малой Азии, в Египте и на эллинизированном востоке латинский язык так и не стал доминирующим. Так нераздельно царствовал греческий. Савл из Тарса, который сделался апостолом Павлом, по национальности был иудеем и римским гражданином; но писал он и говорил по-гречески, а не по-еврейски. Даже при дворе парфянской династии, которая свалила греческую династию Селевкидов в Персии и располагалась вне границ римской империи, был греческий язык был в моде. В некоторых областях Испании и Северной Африки довольно-таки долго удерживался карфагенский язык, хотя сам Карфаген давным-давно уже лежал в развалинах. Севилья, к примеру, которая была богатым городом еще до того, чтобы хоть кто-то слыхал о римлянах, оставила себе семитскую богиню-покровительницу и семитский язык в течении множества поколений, хотя в нескольких милях от города существовала римская колония ветеранов - Италика. Септимий Север, который правил с 193 по 221 гг., говорил по-карфагенски как на своем родном языке. Латынь он выучил позднее, уже в качестве чужого языка, и историки вспоминают, что сестра его так никогда на латыни говорить и не научилась и с домашними своими разговаривала исключительно по-финикийски.
В таких странах, как Галлия и Британия, или же провинциях, как Дакия (приблизительно нынешняя Румыния) и Паннония (Венгря, к югу от Дуная), где до этого не было крупных городов, святилищ, культур - латинизация никаких помех не встречала. Римляне первыми привносили сюда цивилизацию. Они закладывали города, в которых латынь с первого же мгновения была правящим языком, и где наряду с культом римских богов сохранялись римские обычаи и привычки. Итальянский, румынский, французский и испанский языки, образовавшиеся из диалектов и искажений латинского, являются для нас наилучшим доказательством и указанием распространенности и влияния латинской культуры. Северо-западная Африка, в конце концов, тоже приняла латинский язык. Египет же, Греция и остальные части империи так никогда латинизации и не поддались. Они оставались египетскими или же греческими по духу и по культуре. Более того, в самом Риме образованные люди изучал греческий язык, как более изысканный, а греческую литературу и науку ценили намного выше латинской.
И вот в этом смешанном государстве должны были существовать самые различные виды заработка и промыслов. Главным занятием оседлых народностей до сих пор было земледелие. Мы уже говорили о том, что в самой Италии сословие храбрых вольных землепашцев , этот хребет ранней римской республики, после пунических войн было вытеснено громадными латифундиями, основанными на рабском труде. В греческом мире существовали довольно-таки многочисленные методы обработки земли, от аркадийских горных лугов, где каждый свободный гражданин работал на собственном участке, и до Спарты, где землепашество презирали, оставляя его особому слою невольников, илотов. Но все это теперь уже принадлежало прошлому, и во всем эллинизированном мире воцарилась помещичья система земледелия, основанная на рабском труде. Эти рабы-землепашцы были военнопленными, которые говорили на различных языках и не могли общаться друг с другом, либо же они рождались в неволе; их не объединяла какая-либо солидарность, способная превратиться в сознательное сопротивление против эксплуатации, не имели они и какой-либо правовой традиции, какого-либо знания, не говоря уже о том, что они не умели читать и писать. Хотя рабы и составляли большую часть населения, им никогда не удалось организовать крупного восстания. Восстание Спартака в I веке до нашей эры было, по сути своей, восстанием лишь определенной категории рабов, а именно - тех, которых готовили для гладиаторских боев. Сельскохозяйственные работники в Италии последних лет республики и в ранние периоды империи подвергались чудовищному гнету; на ночь их заковывали в кандалы, чтобы они не сбежали, и с той же целью им обривали половину головы. У них не было собственных жен; хозяин мог своего раба избивать, калечить и даже убить. Он мог продать раба в цирк, где тот должен был драться с хищными животными. Если же какой-нибудь из рабов убивал своего господина, всех рабов, принадлежавших к этому дому приговаривали к распятию. В некоторых частях Греции, а конкретней - в Афинах, судьба раба никогда не была столь ужасной, но всегда она была достойна сожаления. Для такого вот слоя населения захватчики-варвары, которые пробивались сквозь оборонную линию легионов, были не врагами, а спасителями.