История мира

Глава четвертая 
ЭРА РЫБ 
В те времена, когда считалось, будто мир существует всего лишь несколько тысяч лет, укоренилось представление, что различные виды растений и животных постоянны и окончательно неизменны; все они были созданы в точности такими, какими они являются сейчас, каждый вид по отдельности. Но с того момента, когда люди начали открывать и изучать страницы каменной книги, эта слепая вера сменилась предположением, что многие виды изменились и развивались постепенно в течение многих веков, откуда, в свою очередь, родилась вера в то, что называется эволюцией органической материи - вера, будто все существующие на земле виды, как животных, так и растений, образовались путем неспешных и постоянных процессов и перемен из какой-то очень простой, первичной формы жизни, из какой-то практически еще не сформировавшейся живой субстанции, проживавшей в глубинах азоических морей. 
Эта проблема органической эволюции, точно так же, как и проблема возраста Земли, ранее была предметом весьма острых споров. Было время, когда казалось, будто веру в эволюцию по каким-то непонятным причинам нельзя будет согласовать с иудейскими, христианскими или же мусульманскими доктринами. Эти времена уже прошли, и сейчас люди, преданные католической, протестантской, иудейской или же магометанской вере с охотой принимают новые и более широкие взгляды, касающиеся происхождения всего живого на свете из единого источника. Жизнь не родилась неожиданно. Она всегда развивалась, как развивается и сейчас. Век за веком, через эоны времени, которые не может охватить даже воображение, из морских наносов вздымается она к свободе, могуществу и сознанию. 
Жизнь состоит из определенных единиц. Единицы эти создают определенные формы, совершенно не похожие на объемы и массы, не похожи они даже и на неподвижные кристаллы неживой материи и отличаются двумя характерными чертами, которых нет ни у какой мертвой материи. А именно: они могут поглощать и усваивать другую материю, а еще они могут размножаться. То есть, они едят и рождают. Они могут создавать другие единички, похожие на себя самих, но всегда чем-то отличающиеся. Существует специфическое, семейное подобие между единицей и ее потомством, но имеются и индивидуальные различия между родителями и детьми, и так происходит в каждом виде и на каждой ступени живой жизни. 
Сегодня ученые еще не могут объяснить ни того, почему потомство похоже на собственных родителей, ни того, почему же оно все-таки от них отличается. Но видя, что потомство одновременно и похоже и отличается, не нужно быть ученым, чтобы с помощью всего лишь здравого ума прийти к выводу, что если изменятся условия, в которых данный вид существует, то соответственно изменится и сам вид. Ведь в каждом поколении существует определенное число индивидуумов, индивидуальные различия которых состоят в том, что они значительно лучше других приспосабливаются к изменившимся условиям существования, равно как и определенное число таких, для которых эти индивидуальные различия существование затрудняют. В результате вышесказанного первая категория будет жить дольше, производить более многочисленное потомство и размножаться гораздо обильнее, чем вторая; из поколения в поколение обыкновенный, банальный тип начнет меняться в более положительном направлении. Этот процесс, называемый естественным отбором, еще не является научной теорией, но, скорее, неизбежным выводом из фактов размножения и индивидуальных различий. Ведь существуют многочисленные силы, которые изменяют, разрушают и сохраняют отдельные виды, и которых наука еще не знает или же еще не успела определить, но, все же, тот, кто бы пожелал отрицать действие естественного отбора с самых начал существования жизни, либо не знаком с элементарными жизненными фактами, либо же не способен к правильному мышлению. 
Многие ученые размышляли над началами жизни, и их рассуждения довольно занимательны, но пока что по данному вопросу мы еще не обладаем ни достаточно твердыми знаниями, ни даже убедительной догадкой. Но почти что все соглашаются в том, что жизнь появилась в иле, либо же в песке, в прогретой солнцем мелкой, просоленной воде, а уже от ее берегов жизнь распространилась как к границам приливов, так и в направлении открытого моря. 
 
Этот первобытный мир был ареной сильных передвижений моря и бурных потоков. Органические естества все время уничтожались: вода выносила их на берег, где они засыхали, либо же забирала их за собой в морские глубины, где им не хватало воздуха или солнца. Первоначальные условия жизни способствовали развитию любого усилия по запуску корней и вырабатывания какой-то внешней оболочки, защищающей выброшенную на берег единичку от мгновенного высыхания. С первых же дней существования любая вкусовая чувствительность направляла такую единицу к пропитанию, и всяческая чувствительность к свету заставляла избегать мрака морских глубин и пещер, равно как и защищать от опасной освещенности отмелей. Скорее всего, первые панцири и вооружение тела простейших служило, вероятно, для защиты от засухи, чем от нападения врагов. Но зубы и когти в истории живых существ появились довольно-таки быстро. 
Мы уже упоминали о размерах самых ранних водяных скорпионов. Долгие века подобные им существа были самыми могущественными повелителями жизни. После чего, в разделе каменной книги палеозоя, который мы называем силурийской эпохой, и отстоящий от нас по мнению геологов на 500 миллионов лет, появляется новый тип созданий, уже снабженных глазами, зубами и большей способностью к плаванию. Это первые известные нам позвоночные, самые ранние рыбы. 
Эти рыбы, в уже более значительном количестве появляются в следующую эпоху, в девоне. Их так много, что этот период можно смело назвать эрой рыб. Рыбы с теперь уже не встречающимися формами, а также иные, похожие на нынешних акул и осетров, плавали в воде, прыгали в воздухе, прокрадывались среди водорослей, гонялись друг за другом, охотились одна на другую, внося новую жизнь в воды нашей пустой еще Земли. Они не были слишком крупными по нашим современным понятиям. Мало было таких, которые превышали два-три фута длины, но появлялись и исключительные экземпляры - до двухсот футов. 
Геология ничего не говорит нам о предках этих рыб. Их невозможно связать и с какой-либо предыдущей формой жизни. Зоологи имеют по данному вопросу довольно-таки интересные мнения, они их получили во время исследований над икрой живущих до сих пор их родичей или же из других источников. Похоже, что предками позвоночных были моллюски, небольшие плавающие создания, которые поначалу начали развивать в себе твердые части, например, зубы. Зубы ската покрывают верхнюю и нижнюю часть ротовой полости, а на ее краях переходят сплюснутую, похожую на зубы чешую, которая покрывает большую часть ее тела. С того момента, когда геологические хроники отметили эти зубы и чешуйки, рыбы выплывают из мрака прошлого на свет в качестве первых известных нам позвоночных. 
Глава пятая 
ЭРА КАМЕННОУГОЛЬНЫХ БОЛОТ 
В этой эре рыб суша обходилась практически без жизни. Обрывы и вершины голых скал омывал дождь и высушивало солнце. Настоящей почвы еще не было, поскольку еще не существовало настоящих земляных червей, которые и приводят к образованию почвы, а также не было растений, благодаря которым камни трескаются и превращаются в плодородную землю; еще не было даже следов мхов или папоротников. Жизнь пока что существовала только в море. 
Климат этого мира бесплодных скал менялся самым коренным образом. Причины этих климатических перемен были очень сложными, они требуют более тщательного обследования. Изменяющаяся форма земной орбиты, постепенные перемещения земной оси, перемены в форме континентов, вполне возможно, что даже и флуктуации в температуре солнца - все это было причиной того, что огромные территории на длительные периоды времени покрывались льдом, либо на многие миллионы лет обретали жаркий или умеренный климат. История нашего мира прошла через периоды громадных потрясений, когда на протяжении нескольких миллионов лет вулканические извержения и горообразовательные процессы формировали очертания континентов, углубляя моря, увеличивая высоту гор, и тем самым вводя полярные разницы в климате. После подобных периодов наступали долгие века относительного покоя, в течение которых мороз, дожди и водные потоки сносили горы и переносили громадные массы ила, заполняя ими моря, те, в свою очередь, мельчали и становились все более широкими, заливая все большие и большие пространства суши. Следует оставить идею, будто земная поверхность с момента затвердения ее коры постоянно охлаждалась. Ведь когда земля остыла, ее внутренняя температура перестала воздействовать на процессы, происходящие на поверхности. Мы можем видеть следы воздействий очень обильных снегопадов и обледенений, даже целых ледниковых эпох, достигающих даже азоического периода.