Если ты, то я
Наступила тишина. Все, включая Амину, снова повернулись ко мне, но я смотрела только на Митци.
– И, как по-настоящему дерзкая девчонка, Шиа им отказала.
Несколько человек ахнули, остальные радостно завопили.
– Вам, наверное, интересно, какое отношение к этому имею я. Так вот, Шиа предложила мне стать ее бизнес-партнером, и я с радостью подписала договор о вступлении в должность главного операционного директора.
– Что? – спросила Амина.
Но я сделала вид, что не слышу.
– Поэтому сейчас предлагаю поднять бокалы за наше новое начинание: мы открываем компанию «Умница», которая ищет стартовое финансирование.
Раздались радостные возгласы и звон бокалов, после чего все продолжили веселиться.
– Так вы партнеры? – спросила Амина, повернувшись ко мне. – С каких пор?
Мне не понравился ее тон.
– С вечеринки в «Карлссон Барроу».
– Зачем ты назначила ее главным операционным директором?
– Не знаю. Так получилось. Я была немного пьяна, но мне кажется, это удачная идея.
– Ты была пьяной? Зачем же ты в таком виде подписываешь договоры?
– Я не увидела в этой затее ничего плохого. Митци мне очень помогла.
– Ты можешь его расторгнуть? – спросила Амина.
– Зачем?
Амина с изумлением уставилась на меня.
– Только не напирай, – попросила я. – Можно подумать, Митци объявила, что я тяжело больна. Мне сделали шикарное предложение, но я отказалась, потому что хочу открыть собственную компанию.
– Вашу с Митци компанию, – поправила Амина.
– Если бы не она, не случилось бы и встречи с «Вилбо», поэтому, на мой взгляд, совсем неплохо, что мы будем вместе сотрудничать.
– Ты ей ничего не должна, – отрезала Амина. – И кстати, когда ты собиралась рассказать мне о предложении «Вилбо»? Никогда?
Я не понимала, почему она так негативно воспринимает любые мои хорошие новости.
– Ты наезжаешь, потому что не можешь видеть, как у меня все удачно складывается? – спросила я. – Из-за этого, да? Как только мои дела пошли в гору, ты решила возненавидеть Митци.
– Я переживаю, потому что она использует тебя, – сказала Амина.
– Благодаря ей мои акции растут в цене. Благодаря ей у меня появились нужные знакомства. Благодаря ей мне предложили полтора миллиона долларов. И она меня использует? Я не ребенок и способна позаботиться о себе.
– То есть заключение договоров в пьяном и обдолбанном состоянии – это проявление заботы о себе?
От ее слов стало больно, как от пощечины.
– Ты переживаешь, потому что тебе такое предложение не сделали. Признайся, что просто завидуешь.
– Она стерва, и ты скоро станешь такой же, – сказала Амина. – Я ухожу.
И она скрылась в толпе, оставив меня одну в окружении незнакомых людей.
глава_24
Я ночевала у Митци и жила в ее доме несколько дней. Ходить в школу не было смысла. Я все равно пропустила кучу занятий, и еще пара прогулов ничего не меняла. К тому же мне не хотелось встречаться с Аминой. Да и мысль о том, что придется сидеть одной в столовой и слушать перешептывания за спиной, тоже удерживала меня от возвращения. И вообще, нас с Митци ждали дела.
– Нужно обсудить рекламу, – сказала она.
Мы сидели у нее в гостиной. Митци массировала лицо электронным ионизирующим устройством, которое, как она утверждала, делало кожу более упругой.
– Будет несколько разных рекламных вставок или одна? Станем ли мы внедрять премиум-подписку, которая позволит пользоваться Умницей без рекламы? Какая именно будет реклама?
Мне идея с рекламой не нравилась в принципе.
– Я не хочу, чтобы Умница что-то рекламировала. Это противоречит ее сути.
Митци холодно рассмеялась.
– А как же она будет зарабатывать деньги?
– Мы установим комиссионный сбор. Небольшой, например три доллара девяносто девять центов.
– Он отпугнет новых покупателей, – покачала головой Митци. – И в любом случае этого недостаточно.
– Но если Умницу купит миллион человек, получится уже четыре миллиона долларов.
– Это копейки, – сказала Митци. – Чтобы работать покрупному, прибыль должна значительно превышать цену продукта.
– Введем подписку.
Митци вздохнула со стоном.
– Давай сразу проясним несколько моментов. Вопрос заключается не в том, будет ли в Умнице реклама, а в том, как мы ее разместим. Реклама – двигатель интернета. Без нее у нас просто не было бы технологий, которые мы имеем сейчас. И, вопреки расхожему мнению, люди ее любят.
– Хочешь сказать, что я, человек, который абсолютно точно терпеть не может рекламу, на самом деле люблю ее?
– Конечно, – спокойно ответила Митци, массируя подбородок. Огоньки на ионизирующем устройстве беспорядочно мигали. – Утверждать обратное – лицемерие. За счет рекламодателей существуют веб-сайты, блоги и приложения. Платформы социальных сетей и поисковые системы. Стриминговые сервисы, которые платят музыкантам, благодаря чему они могут писать музыку. Рекламные интеграции приносят деньги телевизионным программам, а те, в свою очередь, оплачивают работу актеров, сценаристов и директоров. Распространение культуры происходит при помощи рекламы.
Страшно не хотелось соглашаться, но ее доводы были более чем убедительны.
– Даже когда у пользователей есть возможность выбрать премиум-подписку без рекламы, – продолжила Митци, – они ее не покупают, потому что хотят получать бесплатный контент.
Я пыталась найти слабые места в ее аргументации, но, как бы обидно это ни было, не находила.
– И, что самое приятное, как показывает статистика, людям нравится таргетированная реклама. Они кликают мышью и покупают товары. Используют скидки, уникальные коды и рекламные акции в интернете. Умница будет выдавать клиентам самую персонализированную рекламу всех времен. Вот представь, ты собираешься купить новый чехол для телефона. И тебе не нужно даже формулировать запрос, потому что Умница уже сама все знает: она слышала, как ты жаловалась, что твой футляр треснул. Умница перечислит варианты покупки, а главное – посоветует, какой из них выбрать. Представь себе жизнь, где тебе не придется прочесывать сотни объявлений в поисках подходящего чехла на смартфон. Умница сделает это за тебя.
Ее слова звучали вполне обоснованно, но все равно тревожили меня.
– Смысл Умницы в том, что она знает тебя лучше всех и ты можешь ей доверять, – сказала я. – А как доверять тому, кто пытается тебе что-то впарить?
– Послушай, – проговорила Митци, – нам необходимо найти финансирование. Если не найдем, не имеет значения, насколько прекрасно твое приложение. Я в этом бизнесе давно, и поверь мне, это единственный путь. Понимаю, ты представляла все иначе, но, соглашаясь на сотрудничество с инвесторами, приходится идти на компромиссы. Всем нам. И это не такая уж большая цена за то, чтобы увидеть, как воплощается в жизнь результат твоих трудов.
Я удивилась, но в то же время утешилась мыслью, что и Митци когда-то была вынуждена отступать от своих намерений.
– А на какие компромиссы приходилось идти тебе?
Она наигранно вздохнула:
– На очень и очень многие, но об этом как-нибудь в следующий раз. А пока подумай, как внедрить рекламу в Умницу. Я не требую кардинальных изменений. Пусть просто время от времени вставляет в свои советы небольшие рекламные предложения.
Это звучало вполне разумно.
– Хорошо.
– Точно? – спросила она.
Я кивнула.
– Отлично. Теперь пойдем поедим. Я умираю с голоду.
Днем я работала над Умницей, дополняя ее функционал с помощью «Эдпэк» – отдельной программы для тестирования рекламы. Чем дольше я оставалась у Митци, тем больше странностей замечала в ее образе жизни. Она почти не спала, а если засыпала, то всего на несколько часов. Я очень редко видела Митци без макияжа – только глубокой ночью, когда сталкивалась с ней по пути в туалет или на кухню за стаканом воды. В такие моменты она выглядела ужасно: изможденная, едва живая, с покрасневшими ноздрями и огромными черными синяками под глазами.