Призрак древних легенд (СИ)

— Встаньте! — едва сдерживая раздражение, скомандовал я — ребята-то ни в чем не виноваты, — Я принимаю вашу клятву. В свою очередь кровью и даром своим клянусь защищать и преумножать величие нашего рода, — резанув ладонь о «старшего» протянул окровавленную руку парням. Ритуал смешивания крови и довольные и гордые воины встали у меня за спиной. Я же, быстро пробормотав слова благодарности, признательности и прочую дребедень, кривящему рот в усмешке Ингвару и сияющему Бахтияру, поспешил ретироваться в облюбованный угол. Не забыв шепнуть Олегу, что срочно нужно поговорить.
Но отсидеться, относительно спокойно, в ожидании аудиенции у Наследника, мне не удалось. Едва завершилась церемония награждения — ко мне потянулись с поздравлениями и лживыми заверениями в вечной дружбе аристократы и дворяне всех мастей и калибров. Единственными, кто был довольно искренним, были технари с «Сокола», с которыми я и провел остаток вечера под ревнивым молчаливым приглядом моих новых родичей. А ближе к завершению вечера, когда гости уже начали разъезжаться, неприметный лакей со взглядом убийцы пригласил меня во внутренние покои дворца.
* * *
Великий князь с сыном и высоким гостем милостиво изволили накачиваться алкоголем. Ингвар с Олегом были изрядно навеселе, а Бахтияр, по молодости лет непривычный к таким возлияниям, уже клевал носом, глупо улыбаясь раздерганной на куски жареной птице, чьи непознаваемые останки покоились среди запеченых фруктов:
— Заходи, боярин, садись, выпей с нами — князь гостеприимно махнул рукой и ткнул обглоданной костью в кресло рядом с собой, — Или тебя теперь надо Великий Гэсэр величать⁈ — он весело пьяненько гоготнул, при этом глаза его были совершенно трезвые и серьезные.
«А ведь ты меня опасаешься, ­– подумалось мне, при виде этого взгляда, — Ой, как опасаешься. Понимаешь, что если бы не я, хрен бы ты договорился с ханом. И боишься, что я точно так же могу отыграть назад. И все договоренности псу под хвост». Надо успокоить этого медведя, пока он себя не накрутил и не наделал глупостей.
— Хоть горшком назови, только в печку не ставь. Все равно скоро уеду, — я уселся в предложенное кресло, без церемоний плеснул в стакан из ближайшей бутылки, и опрокинул в себя отличный коньяк — гораздо лучше того, что разносили в зале.
— Этому бренди больше ста лет. Их во всем мире не больше дюжины бутылок. А ты его, как сивуху, — недовольно буркнул князь.
— Да? — я равнодушно посмотрел на бутылку, — С меня десять бутылок пойла гораздо лучше, которого точно нет ни у кого на Мидгарде, если ты дашь добро на использование «Сокола».
— Даже у Богов?
— Даже у них, — уверенно кивнул я. Просто сущностям, созданным силой веры, материальные блага не особо нужны.
Ингвар помолчал, тяжелым взглядом вперившись в меня, и не увидев ожидаемого результата, раздраженно спросил:
— К чему такая спешка?
— Завтра я планирую серьезно пообщаться со жрецами на Княжьем острове. Они решили, что могут судить моего человека, — я зло ощерился, потянулся и оторвал себе кусок мяса. Подумав, плеснул еще коньяка. Лишним не будет. Действительно приятный напиток. Мягкий и ароматный.
Ингвар все это время молчал, хмуря брови.
— Ты собираешься воевать с Храмом всех Богов? — наконец выдавил он.
— Зачем сразу воевать? Сначала поговорю. Пусть вернут мне Сольвейг, заплатят виру, и мы останемся друзьями.
— Сольвейг⁈ Виру⁈ Ты сумасшедший⁈ — удивленно воскликнул князь.
— Я же тебе сказал, называй, как хочешь… Хм, у тебя отличный повар, ­– дичь была приготовлена отменно.
Князь растерянно взглянул на сына:
— Ты что-нибудь понимаешь?
Олег мотнул головой, и они оба вопросительно посмотрели на меня. Пришлось долго и в подробностях рассказывать о дуэли Зоряны и роли моей подопечной в ней. Князь с Наследником внимательно слушали, не перебивая. Лишь один раз Ингвар уточнил, как девочка могла заметить влияние магии на ход поединка. Она же не одаренная.
— Значит одаренная, — пожал я плечами.
Когда я закончил, Великий князь долго молчал, бросая задумчивые взгляды то на меня, то на сына, то на заснувшего в кресле Бахтияра:
 
— У меня нет влияния на жрецов. Я не могу им приказать, но я могу поговорить с верховным жрецом. Но от виры придется отказаться, более того, девчонка обвинила служителей Богов в нечестности. Они в своем праве.
— Ты намекаешь, что виру должен платить я?
— Я прямо тебе это говорю, — кивнул Ингвар.
— А тебе очень нужен этот храм?
Великий князь поперхнулся коньяком и закашлялся.
— Федор, храм под зашитой Богов, — вмешался в разговор, сидевший до этого тихо Олег.
— Им же хуже, — связываться с этими безмозглыми сущностями не хотелось, но пойти на попятную в моем положении, когда я только что получил права на основание рода — значит положить конец всем моим будущим начинаниям. Да и не думаю, что Боги вмешаются в эту распрю.
— Ты точно сумасшедший! — наконец-то отдышался Ингвар, — Сын, я даю добро… Нет, я приказываю завтра же доставить боярина Раевского с его людьми в Заброшенные земли.
— Завтра не получится, — в один голос возразили мы с Олегом. Я кивнул Наследнику, чтобы он объяснился первым:
— «Сокол» не готов, даже если я объявлю аврал, мне нужно минимум три дня, чтобы закончить ремонт.
— Ну а у тебя что? — скривившись, Ингвар перевел взгляд на меня.
— У меня послезавтра встреча с ватаманами вольных.
— Демоны знают, что творится! — выругался князь, — Почему я узнаю обо всем последний⁈
— Ты хочешь, чтобы тебе докладывали о каждой студенческой дуэли? — пожал я плечами, — А сходку назначили за два часа до твоего банкета. Уверен, что донесение «Ока» уже готово и ждет, когда ты освободишься, чтобы ознакомиться с ним.
Князь еще раз грязно выругался:
— Как спокойно я жил до твоего появления! Заговорщики, бунтовщики, имперцы ­– такие мелочи по сравнению с тобой. Могу я попросить тебя, никого не убивать?
— Ты имеешь в виду жрецов или ватаманов.
— И тех и других, — буркнул князь.
— Я не настолько кровожаден, как обо мне думают.
— Наемники Лакапиных, Кракен с его людьми, Чалый, отец и сын Угрюмовы, отряд кочевников — я никого не пропустил? — ехидно перечислил Ингвар.
— Они или пытались меня убить или вполне заслуживали своей участи.
Князь покачал головой.
— И тем не менее…
— Хорошо, я постараюсь никого не убивать, если меня не вынудят.
— Хоть так, — с грустью согласился Ингвар, — У тебя все, или еще что-то есть?
— Все.
— Тогда свободен. И так такой чудесный вечер испортил, — со стороны Бахтяра послышалось громкое чамканье. Юный султан рыгнул, пустил пузырь слюней и громко засопел. Князь обреченно покачал головой, налил себе полный стакан и спокойно, как воду, выпил. Олег, последовал примеру отца, выразительно показав мне глазами на двери. Ну, и ладно. Не очень-то и хотелось. Надраться я и сам могу.
— Куда бутылки-то ставить⁈
— Какие бутылки? — непонимающе уставился на меня Ингвар.
— Ну, я же обещал за «Сокола».
— Прочь! — заревел князь, и в комнате полыхнуло звериной яростью.
— Отец! — воскликнул Олег. Бахтияр поднял голову и оглядел всех мутными глазами. Двери распахнулись, и на пороге возникли гвардейцы.
— Княже⁈ — старший из них настороженным взглядом пробежался по углам.
— Прочь! — рявкнул Ингвар, запустив в воинов костью. — И ты тоже прочь, — темными от ярости глазами он посмотрел на меня. Я поспешил скрыться вслед за гвардейцами, но на пороге был остановлен князем, — Кровавый⁈
Пришлось остановиться и оглянуться.
— Олегу отдашь, — он кивнул на сына, тяжело дыша. А давящая тяжесть неистового безумия потихоньку начал спадать, — И после храма своих к нему на базу увези. Не дай Боги случится с ними что, ты мне всю вотчину разнесешь.
­– Благодарю, княже, — я поклонился князю, как полагается настоящему боярину.
  
Глава 17
 
Еще совсем недавно, казавшийся просторным и пустым дом Кракена, оказался не таким уж просторным. Герда ­– мама Сольвейг, оставшаяся у меня дожидаться вызволения дочери; три бывших рабыни-непоседы, привезенные из степи; теперь еще добавилась пятерка, поклявшихся мне в верности, хмурых молчаливых парней, по сути, совсем пацанов — самому старшему недавно исполнилось восемнадцать. Правда, жизнь кочевника на границе с Заброшенными землями сурова и полна опасностей, оттого и взрослеют там рано, или погибают. Не думаю, что хан отправил мне кого попало. Но проверить все равно надо. Чтобы знать — на что рассчитывать и как использовать ребят. Но это потом, когда будет время и возможность. А пока мои верные нукеры расположились в холле, расстелив вдоль стен войлочные коврики, при этом провоняв все ядреным запахом пота, кислого молока и дыма.