Призрак древних легенд (СИ)
Оно, конечно, везде так. Но тут это приняло какие-то утрированные формы. На каждой волне культы отдельно взятых личностей. Минимум информации, максимум пропаганды. Местные-то во всем этом разбираются. На раз из потока пафосной чуши выделяют рациональное зерно. А мне пока тяжеловато. Ничего, освоюсь. Хотя, честно сказать, в Пограничье было проще. Народ там свободней, честней, хоть и суровей. Наверное, перезимую в Або, и, если не решится вопрос с учебой, вернусь в Кочки. Тем более у меня на аномалию большие планы имеются. Любопытная штука. И довольно прибыльная. А главное, чертовски интересно, что там в эпицентре и почему это что-то так влияет на энергопотоки.
Пока супостаты приходят в себя, через черный ход, таясь, выбрался на улицу. Зимно, демоны забери этих незваных гостей! Если бы не они, спал бы себе спокойно в теплой кровати, а не бегал среди ночи по морозу в поисках их дружков.
Не может быть, чтобы эти четверо действовали без подстраховки. Аккуратно обошел здание пансионата. Никого! За оградой на обочине стоит совершенно пустой роскошный автомобиль. Большой и красный с блестящими в свете фонарей обвесами! Странные у людей вкусы! Или это комплексы? Хотя, не все ли равно. Зато теперь я, кажется, догадываюсь, кто ко мне пожаловал. Осталось лишь подтвердить свои предположения. На всякий случай дернул дверцу. Надо же, открыто! И ключи болтаются под рулем. Ну да, кого им опасаться? Дураков нет. Угони такую тачку, потом выбросит твои обглоданные рыбами кости на безлюдный берег где-нибудь в Северном море.
Что ж, пожалуй, пора предметно побеседовать с моими визитерами.
— Итак, господа хорошие, будем знакомиться? — я иронично посмотрел на самого крепкого с щегольскими усиками ниточкой, того самого, что требовал от меня упасть лицом в пол. Он уже более-менее пришел в себя и сейчас злобно зыркал в мою сторону красными от полопавшихся сосудов глазами.
— Да ты знаешь на кого руку поднял⁈ — из уст щеголя полилась нецензурная брань, — Развязал меня быстро! — завершил он свою выразительную тираду.
Мужчина явно еще не осознал, в каком положении оказался. И что он тут уже далеко не главный кулик на болоте. Плохо, что в голове у них не покопаться. Там сейчас и так каша после гранаты, если надавлю ментально, могут помереть болезные. А я пока не решил, надо ли им жить, или нет.
— Вот я и хочу узнать, кто же вы такие. Ведь вы же не люди Великого Князя — смотрю в глаза мужчине. Ага! Задрожали веки-то, забегал взгляд. Сейчас брехать будет.
— Служба безопасности Великого Князя! — быстро справившись с собой, мужчина гордо вскинул голову, — Немедленно развяжи меня и моих подчиненных и тогда, обещаю, мы забудем об этом маленьком недоразумении!
Что ж! Значит, диалог не получится. Еще раз посмотрел на старую Магду. Вызвать что ли врача? Так придется объясняться, что с ней случилось. Да и не хочется, если честно. Если бы не видел ее злорадно-торжествующей мордочки, может и помог бы. А так, выкарабкается — значит повезло. Нет — сама виновата. Затолкав мужикам в рот кляпы, сделанные из остатков простыни, подхватил легкое тщедушное старушечье тельце и уволок вниз, за стойку администратора. Где и положил на пол. Потеряла старая женщина сознание на рабочем месте, бывает. Скоро утро, кто-нибудь из постояльцев обязательно найдет бабку.
Вернулся за крутящимися в попытках освободиться мужчинами. Обмотал лицо шарфом. Так себе маскировка, конечно. Больше для самоуспокоения. И быстро, пока не проснулись соседи, перетаскал налетчиков в их же машину.
За город выезжать не стал. Везде стоят блокпосты, а у меня такой интересный груз. Рванул в район трущоб. Отыскал какой-то глухой замусоренный закуток. Узкий тупик, с одной стороны зажатый высоким, обмотанным колючей проволокой забором порта, с двух других обшарпанными, с обвалившейся штукатуркой стенами то ли складов, то ли цехов.
Вот теперь можно и побеседовать, не боясь никого потревожить.
* * *Я зябко поежился. Морана сегодня разошлась, наслав на Або хороший такой, бодрящий морозец, особо разошедшийся под утро. Щеки пощипывало, глаза слезились. Ничего, скоро согреюсь. Я еще раз вслушался в звенящую утреннюю тишину и легко перемахнул через расписанный похабщиной бетонный забор, отделяющий старые портовые пакгаузы от трущоб. Именно здесь держат мою смелую маленькую проводницу с красивым именем Сольвейг. Именно она дала моим визитерам адрес, где меня искать. И дала не по своей воле, держалась девочка до последнего. Если еще жива, надо будет забрать ее себе. Таких преданных людей упускать нельзя.
А те, кто над ней издевался, сегодня умрут. Сегодня многие умрут. И даже не из-за девчонки. Эти твари решили меня продать! Давненько я не чувствовал себя товаром. Дикая, испепеляющая ярость начала подниматься из глубины души, сводя скулы. В ночном безмолвии раздался скрежет моих зубов. Надо успокоиться, нервы сейчас ни к чему. Хотя, судя по тому что я узнал от людей Микулича, рабов охраняют слабосилки. Проблем они не составят. Вот когда пойду за Кракеном, тогда да, повоевать придется. А боярин со своими прихлебателями еще поживет. С целым родом мне пока не совладать.
Но это не значит, что я оставлю его в покое. Просто действовать буду осторожно, продуманно, нанося точечные удары в самые уязвимые места. А для этого нужна разведка, связи и, самое главное, люди. Значит, придется мне подзадержаться в Або. Беспокоит одно. Что боярин Микулич, что пришедшие ко мне люди действительно оказались сотрудниками «Ока». И действовали они по своей инициативе или с ведома или того хуже по прямому указанию князя Лобанова, это вопрос. Не хотелось бы столкнуться лбами с отцом Натальи. Хорошая она девочка, жалко будет сиротой ее оставлять. Но если именно Юрий Мстиславович инициировал всю эту суету вокруг меня, то такого финала не избежать. Прощать подобное я не собираюсь.
Ноги по колено провалились в покрытый желтыми пятнами сугроб. Тихо выругавшись, выбрался на протоптанную зассанцами тропинку. Оглушительно заскрипел под ногами снег. Я насторожился, прислушиваясь и вглядываясь в густую тьму между пакгаузами. Тишина. Даже если и были у бандитов здесь какие-то патрули и посты, все бойцы давно попрятались от пробирающего до костей, обжигающего кожу мороза в тепло.
Сами склады мне не интересны, мне надо дальше, на кладбище кораблей. Именно там, на старом списанном круизном судне «Звезда Севера», поставленном на вечную стоянку, и обосновались бандиты. С комфортом обосновались, судя по воспоминаниям моих гостей. Восстановили генераторы, коммуникации, каюты. Бар, бордель, казино, кинозал. Твари не привыкли себе ни в чем отказывать. Еще бы, самая сильная, самая влиятельная криминальная группировка города, имеющая покровителей среди дворян и аристократов.
А внизу, в холодных и сырых трюмных отсеках содержится «мясо». Рабы на продажу. В княжестве рабства, как такового, нет. Если не считать долговую кабалу. Но там не разгуляешься, все права и обязанности, как кредиторов, так и кабальных четко регламентированы, а за исполнением договоров следят государевы люди. А вот кое-где в Эребском союзе и уж тем более в Империи рабство вполне себе узаконено и процветает. Туда-то и уходит живой товар, выловленный в городских трущобах. И отправка должна произойти буквально на днях, так что трюмы явно не пустуют.
А вот и нужная мне посудина. Может быть, когда-то она и была «Звездой Севера», сейчас это просто ржавое корыто, погруженное в воду по нижний ряд иллюминаторов, навалившееся бортом на бетонную стенку старого причала и вмерзшее в лед. Добротно сколоченный деревянный трап с перилами перекинут с берега на палубу. Неподалеку припаркованы несколько грузовичков «Морепродукты от Кракена». Будут вам морепродукты, и моллюск этот многоногий будет! Я изрядно околел и разозлился, чтобы искать обходные пути, потому смело ступаю на закачавшиеся под моей тяжестью доски.
— Духарь ты чё ли? Чо так рано? — на фоне только-только начинающего светать неба, словно по волшебству, возникла мужская фигура и тут же осела на промерзший металл с болтом во лбу, спустя мгновение раздался предсмертный хрип его напарника. Это в аномалии сложно определять, что тебя окружает, там такой хаос в потоках, что кроме белого шума ничего не ощущаешь. А здесь, когда я настороже, когда все чувства обострены до предела, я даже внутри судна улавливаю биение жизни. Не далеко, но мне хватит. На ходу вбиваю нож в глазницы подстреленным бандитам. Контроль необходим, даже если ты уверен, что уничтожил врага с первого выстрела. На всякий случай заглядываю в какую-то надстройку на палубе, служившую караульным защитой от холода. Пусто. Жар от артефактного обогревателя, в моем номере у грымзы Магды такой же и застарелая вонь перегара и пота.