В плену твоих желаний

– В настоящей Шотландии? – Лахлан не смог удержаться и насмешливо хмыкнул. – Это такая же настоящая Шотландия, как я настоящий принц Чарли. Вальтер Скотт придумал эту дурацкую нелепость, представление для королевского визита – с шотландцами в национальных костюмах и изгнанием из Эдинбурга половины горцев – на всякий случай, из-за их буйного нрава.
Он оглядел танцевальный зал, и его сердце сжалось от тоски. Вид лэрдов, наряженных в килты и беззаботно отплясывающих под звуки волынки, вызывал у него приступ тошноты. Народ толпами бежал в Америку, чтобы спастись от голодной смерти, а вожди кланов не нашли ничего лучшего, чем танцевать. Когда он заговорил, слова его были пронизаны горечью.
– Боже упаси напугать английского короля видом оружия. Или встревожить лондонских шотландцев, желающих всего лишь развлечься, окунувшись в атмосферу древней страны.
Венеция рассердилась.
– Послушайте, сэр, вы ничего не знаете о «лондонских шотландцах». Будь моя воля, я бы прямо сейчас осталась жить в горах Шотландии. – В ее голосе зазвучали язвительные нотки. – Но в то время как вы, мужчины, можете делать все, что вам заблагорассудится, женщинам даже нельзя просто поехать туда, куда им хочется. Во всяком случае, пока они не замужем.
– Конечно, все так.
Силы небесные, он совершенно не умеет добиваться расположения благородных леди.
– Простите меня за неуместное высказывание. Иногда моя любовь к родному краю подавляет здравый смысл.
Слава Богу, девушка приняла его извинения, но тут же все испортила, снова переведя разговор на него.
– Значит, вы из Шотландского нагорья?
Проклятие! Но поскольку она уже предположила это…
– Да. Рожден и вскормлен в шотландских горах. – Он поспешил сменить тему, пока она не спросила, в каком именно месте. – Посмотрите, как ваша тетушка спорит с полковником Ситоном.
Венеция проследила за его взглядом:
– Я должна ее спасти. Она говорит, что недолюбливает его.
– И вы ей верите?
– Думаю, проблема в том, что он ей слишком нравится.
Прекрасно. Это все упрощает.
– Тогда следует дать им время выяснить, что к чему.
О том, чтобы станцевать еще один танец, не могло быть и речи. Он еле продержался в первый раз.
– Если хотите, я могу показать вам, как убирают помещение для бала пэров, намеченного на четверг. – Он жестом указал на занавес с потолка до пола неподалеку от них. – За ним скрывается дверь, ведущая в другой бальный зал, который не использовали сегодня. Хотите взглянуть?
Хорошо воспитанная девушка должна твердо знать, что не следует идти с ним, но по ее сомнениям он понял, что ей этого очень хочется. Если она пойдет, завтра его ждет удача.
Может быть, стоит ее немного «подтолкнуть»?
– Я пойму, если правила приличия помешают вам откликнуться на мое предложение. Такая благовоспитанная леди…
– Вовсе нет, – ответила она, слегка задохнувшись после короткой заминки, отчего у него бешено забилось сердце. Девушка протянула ему руку: – Ведите меня, доблестный рыцарь.
Минуту спустя они уже оказались в соседнем зале, наблюдая, как слуги драпируют тартаном канделябры и размещают обитые златотканым дамастом диваны на невысоком помосте, сооруженном вдоль всех стен зала, чтобы тучный король имел возможность отдохнуть между танцами.
– Какое великолепное зрелище! – Зеленые глаза девушки сверкали в прорезях маски. – Как любезно с вашей стороны. Спасибо, что привели меня сюда и позволили мне увидеть все это.
Она одарила его ослепительной улыбкой, способной осветить пустую хижину фермера, и он с силой втянул в себя воздух, отчего почувствовал болезненную пульсацию в ребрах.
– Безмерно рад, что этот бальный зал успешно выдержал вашу проверку, – ответил он, превозмогая боль.
Его сухой отрывистый тон мгновенно погасил ее радостную улыбку.
– Не могу дождаться, я так хочу увидеть все это при полном освещении в пятницу. – Венеция принялась играть веером. – Полагаю, в пятницу вы будете на балу?
– Нет, – ответил он резко. «Впрочем, как и ты, дорогуша».
Симпатия в ее голосе заставила его пожалеть о допущенной грубости. Теперь она считает, что он недостаточно высокого происхождения, чтобы быть приглашенным, потому что только пэры и особы, имеющие титулованных родственников, удостоились приглашения. Как главу клана, его бы тоже пригласили, если бы он был в числе живых, а не мертвых.
 
Его уязвленная гордость взяла верх.
– Я должен вернуться на север.
– Куда именно? – спросила она, насторожившись.
– Вы не знаете тех мест.
Необходимо срочно отвлечь ее от этой опасной темы! Глаза его скользнули к сводчатому проходу.
– Посмотрите, они заменили арочные окна на двери, чтобы гости могли выходить во внутренний двор. Не желаете взглянуть, что там соорудили?
В глазах ее вспыхнул огонь.
– Это было бы восхитительно, благодарю вас.
Его сердце опять лихорадочно забилось. «Спокойно, парень, держи себя в узде. Нельзя ее спугнуть».
Стараясь не реагировать на тепло ее ладони в своей руке, Лахлан вывел девушку в темноту внутреннего двора, где разрисованные деревянные столбы поддерживали шатер из розового и белого муслина. Скользнув внутрь, они очутились в небольшом уединенном пространстве.
– У владельца театра имеется целый комплект декораций, на которых изображены пейзажи Шотландского нагорья. – Лахлан указал на одну из стен. – По мере необходимости они могут менять их.
Он поймал ее изучающий взгляд на своем лице.
– Похоже, вы много знаете о предстоящей церемонии. Вы друг владельца театра?
– Я знаю достаточно людей в Эдинбурге, – уклончиво ответил он.
– Полагаю, у вас много друзей в армии, – с лукавой усмешкой сказала она.
Он напрягся.
– Я уже говорил, что никогда не служил в армии.
– Чепуха! – Она уперлась кулаками в бока. – Готова поклясться, что ваш костюм переделан из офицерской формы гвардейского полка.
Черт бы побрал эту девчонку!
– Я позаимствовал ее у своего друга-военного.
– Понятно. – Она насмешливо фыркнула. – Именно поэтому она сидит на вас как влитая. А военную выправку вы тоже позаимствовали у друга? И вашу склонность приправлять свою речь упоминаниями о схватках и проверках?
Вот дьявольщина! Он даже не представлял, до какой степени выдал себя. Нужно срочно переходить в наступление, пока она не вычислила, кто он такой.
– Я понимаю, почему вам так хочется произвести меня в офицеры. – Он подошел к ней поближе. – Вы не можете превратить меня в пэра, а только офицер или лорд может составить компанию леди из благородной семьи.
Она гордо вздернула подбородок:
– А кто вам сказал, что я высокого происхождения? Из того, что вам известно, я вполне могу оказаться модисткой.
– Как скажете, – с легкой усмешкой заговорил он, передразнивая ее. – Именно поэтому вы держитесь как королева и собираете баллады? Конечно, обычное дело для модисток.
Венеция рассмеялась:
– Вы поймали меня, сэр. Я не модистка. Но ведь я могла бы оказаться благовоспитанной дамой со скромными средствами и недалекими перспективами.
– По этой причине вас и пригласили на бал пэров? – Он улыбнулся. – Ну, полно. Почему бы просто не признать, что вы леди из высшего общества?
– Не раньше, чем вы признаетесь, что служили в армии, – упрямо сказала она. Затем, затаив дыхание, выпалила: – Вот почему вы напоминаете мне Лахлана Росса! Он уехал, чтобы тоже вступить на службу в полк. Я всегда представляла его себе в форме…
Тут он поцеловал ее. На миг слегка коснулся губами ее губ, чтобы просто заткнуть ей рот. Что еще ему оставалось делать? Ему было необходимо как-то отвлечь ее.
Когда он отстранился, ее дыхание участилось.
– Я… я… Что это вы… делаете, сэр?
– Проверяю, верно ли, что вы леди из высшего общества. – Он обнял ее за талию и притянул к себе. – Потому что благородная леди никогда не позволила бы мне… кое-какие вольности.
– Откуда вам знать, что может себе позволить леди? – Ее язвительный тон возбуждал его. – Некоторые из них становятся безрассудными, когда попадают в руки опытного воина…