Дорога императора (СИ)

Вострецов лишь покивал.
Недудко вскоре приготовил свою кашу, я разбудил Анну, и мы поели.
Начали было неспешно собираться для дальнейшего пути, но Вострецов вдруг напрягся и забеспокоился.
— Идти надо, — вдруг заявил он. — Давайте быстро. Собирайтесь, — начал командовать он своим ребятам.
Потом подошёл ко мне.
— Ваше императорское величество, что-то предчувствие нехорошее. Думаю, выдвигаться надо.
— Это ваша способность? — спросил я.
Он кивнул.
— Да, способность. Говорит, что за нами идет не опасность, а беда.
— Ну, тогда действительно, не будем мешкать. Анна, вы готовы продолжать путь? — обратился я к девушке.
Та с уверенностью кивнула и тоже поднялась на ноги, оглядываясь по сторонам, видимо, пытаясь понять, чем она сможет быть полезна.
— Откуда опасность идёт? — тут же спросил я.
Он кивнул мне за спину.
— Оттуда идёт. Прямо по нашим следам.
Я нахмурился. Вроде бы мы довольно далеко ушли от тех мест, где располагались разгромленные лагеря, да всё равно, недостаточно.
Мы быстро собрали вещи и направились вперёд.
Спустя пару часов хода Вострецова догнал Истомин.
— Враги, — безапелляционно доложил он. — Позади нас. Сколько человек не чувствую, но серьёзные.
Как я помнил, у Истомина тоже была способность, и она как раз была направлена на ощущение опасности, исходящей от какого-то живого врага.
Я тоже прислушался. Вдруг какие-то звери? И, как ни странно, тоже ощутил чьё-то присутствие, причём знакомое.
Кажется, где-то здесь охотятся мои знакомые серые друзья, с которыми я встретился ещё на месте падения самолёта. Далеко же их занесло. Видимо, куда-то мигрируют.
На каком-то моменте Вострецов вдруг переполошился и скомандовал:
— Бегом! Давайте, давайте, быстро, быстро, быстро!
Мы пробежали буквально метров двести, после чего Вострецов замедлился и развернулся к нам.
— Нет, смысла нет бежать. Все равно не уйдём, — заявил он. — Догонят и застигнут нас врасплох. А так у нас есть время засаду организовать, — он оглядел своих бойцов. — Вы знаете, что делать.
Очень скоро Недудко нашёл удобный овраг. Вокруг были поваленные деревья.
Ещё чуть-чуть поодаль нашли ещё один овраг. И принялись разрабатывать план.
— Так, мы спрячемся здесь, — принялся пояснять Вострецов. — У нас позиция будет удобная — чуть-чуть, но выше. А вы, ваше императорское величество, с Анной и поручиком Истоминым отправитесь дальше. А мы постараемся задержать их. Ваша задача… — он повернулся уже к Истомину. — Вывести его императорское величество и спасти. Теперь ты один будешь идти.
— Это ещё что за новости? Вы меня спросить не забыли? — возмутился я.
Вострецов лишь нахмурился.
— Ну и что, уйдём мы сейчас. И останется вас трое. Против… сколько там бойцов?
— Не могу знать, — заявил Вострецов. — Но думаю мы их закидаем гранатами и значительно снизим их численность. Ну и задержим. Всё-таки, думаю, раненых среди них будет немало.
— Ну, выиграете вы минут пятнадцать-двадцать и что толку? Вас троих сначала положат, потом нас троих. Нет, так дело не пойдёт. Сейчас нас пятеро, это в два раза больше. А наша боевая мощь и вовсе в геометрической прогрессии вырастает. Не забывайте, что я тоже кое-что могу. И в случае чего смогу прикрыть.
Я не стал говорить о своей неуязвимости и суперсиле, но, если придётся, они сами всё увидят. К тому же, как по мне, это совсем нечестно. Я в бою стою гораздо больше своих офицеров. Так что это ещё я, быть может, их всех спасу.
Вострецов, хотя и изобразил недовольство, но с императором спорить не стал. Было принято решение встать полукольцом в предполагаемой точке выхода противника и просто закидать гранатами, после чего обстрелять. Выбранные позиции позволяли вполне успешно скрыться от ответного огня.
Я настоял на том, чтобы мне тоже выделили позицию и дали возможность сражаться. Но рядом поместили Истомина, который в случае чего должен был заняться моей эвакуацией. Иными словами, он был назначен телохранителем императора.
Вострецов и Недудко то и дело поглядывали на Анну. И что-то мне подсказывало, глядели они на неё не просто так. Наконец, Вострецов набрался смелости и, как бы ненароком, пройдя мимо, спросил вполголоса:
 
— Ваше императорское величество, что-то мне подсказывает, противников там немало. А ваша новая знакомая не сможет нам помочь в обороне?
Я задумчиво посмотрел на поручика, прекрасно понимал, чего он ожидает. Но отрицательно покачал головой:
— Нет, не надо девушку трогать. Неизвестно, что она может выкинуть. Лучше девушке вообще отсидеться в сторонке.
Сама Анна испуганно смотрела по сторонам, не совсем видимо понимая, что происходит. Я решил-таки объяснить ей сложившую ситуацию, если она вдруг что-то не поняла.
— За нами погоня, как вы уже поняли. Будем встречать врага. Вот засаду готовим.
На лице девушки промелькнуло много эмоций, в основном испуг, злость и горечь.
— Я к ним не вернусь, — вдруг холодно сказала она, да таким голосом, что у меня мурашки по спине пробежали.
— А мы вас не отдадим, — уверенно ответил я, в упор глядя ей в глаза.
— Дайте мне оружие, — попросила она.
— А стрелять-то вы умеете? — ответил я вопросом на её просьбу.
— Нет, но… — она замялась.
— Себя решила убить? — напрямик спросил я.
Девушка ничего не ответила, но отвела глаза.
— Пока я здесь, тебя никто не заберёт, — ответил я.
— Я знаю, — ответила она. — И вы меня неправильно поняли. Я ведь не этого боюсь. Они вряд ли смогут меня вернуть к себе и продолжить свои опыты. Это я не хочу больше убивать людей, даже таких дрянных, способных на такие преступления. Я на них хоть и зла, но это слишком даже для меня. Я ведь обычная девушка. Я училась, у меня был жених. Он сейчас в армии. Потом война, немцы, а потом каких-то два месяца, и вот я уже жуткий монстр, способный убивать голыми руками. Я боюсь не того, что меня могут забрать снова в плен, а того, что я могу ещё натворить ради того, чтобы не вернуться.
Я же призадумался. Надо будет потом, когда будет поспокойнее, провести долгую беседу с этой девушкой по поводу чувства её вины, а также по поводу того, о чём стоит беспокоиться, а какие деяния следует забыть.
Да, на её долю упала такая ноша, которую не всякий взрослый мужчина выдержит. Но жизнь такая штука, что не готовит никого заранее к тем испытаниям, что им предстоят. Но раз уж так вышло, то стоит ей понять, что многие люди могут быть пострашнее самых жутких монстров. И даже закон ратует за то, чтобы таких монстров в человечьей шкуре лишать жизни за их злодеяния. Но если уж нет для них шеренги солдат с ружьями, чтобы их расстрелять, то может и вот такой монстр, который разрывает их на части, тоже подойдёт, как бы бесчеловечно это не звучало.
Возможно, во мне сейчас говорит гнев, поэтому этот разговор я отложу чуть на попозже, когда голова будет ясной, мысли придут в порядок, но обязательно ей всё расскажу о том, что об этом думаю. Пока что принялся проглаживать её по спине, напитывая своей лечебной энергией.
— Аннушка, нам подготовиться надо, а ты лучше вздремни пока. И ни о чём не переживай.
Я подложил ей под спину свой бушлат и помог улечься. Девушка благодарно кивнула, а затем снова уснула.
Да уж, моя способность открывается с новой стороны. Так могу, получается, ещё и бессонницу лечить. Потом посмотрел на её спящее, милое личико и поймал себя на мысли, что если уж совсем будет хреново, то от помощи такого монстра я бы конечно не отказался. Такой засадный полк нам будет очень кстати. И в то же время надеюсь, что до этого не дойдёт. Я бы не хотел, чтобы ей прибавилось груза к тому чувству вины, что она на себе несёт. Хотя тут тоже палка о двух концах — как бы она, разойдясь и уничтожая своих врагов, нас заодно на ремни не порвала.
Убедившись, что девушка уснула, я отправился к Истомину, который внимательно оглядывал обстановку. Все бойцы уже заняли позиции, хотя согласно ощущениям Истомина, которые он испытывал благодаря своей способности, враг появится не раньше, чем через 10–15 минут.