Внедрение (СИ)
Я согласно кивнул. Ван Ваныч действительно порой мог нести откровенную ахинею, но при этом делал вид умного и разбирающегося человека.
— В итоге я почти весь день провела, упражняясь в прогулках в энергетическом теле, — продолжала рассказывать девушка. — А к вечеру, благодаря выданному нам мобильному КИОСу, то есть визору, заметила в себе интересное изменение.
Девушка замолчала. Я, поняв, что она ждёт уточняющего вопроса от меня, тут же задал его:
— И что это было за изменение?
— Я заметила, что уровень красного элемента вырос на целых семь грамм, — ответила та. — С этими новостями я на следующее утро пришла к нашим учёным. Рассказала им всё и тем самым нарвалась на различные опыты.
— Ничего себе, — нахмурился я. — И какие опыты они над тобой проводили? Не обижали?
— Нет, конечно, — рассмеялась девушка. — Они там все безобидные. Но, тем не менее, продержали меня в лаборатории целых шесть часов. Сначала я просто сидела, а они мониторили количество элементов во мне в реальном времени. Затем попросили ходить. Потом бегать. Потом выполнять всякие физические упражнения. А потом я устала и решила восполнить силы любимым способом — помедитировать. Я ведь не вчера стала и инструктором по йоге. До падения астероида у меня была собственная школа. Точнее, школа моей мамы.
— Понятно, — кивнул я. — И что в итоге?
— В итоге учёные выяснили, что из всех проведённых опытов быстрее всего красный элемент рос именно во время занятий йогой, — сказала Алла. — Кто бы мог подумать, да?
— Да уж, — покачал я головой. — Я бы точно никогда до такого не додумался.
— Ну а после лаборатории я пошла к Кудрину и предложила ему таким образом прокачивать наших людей, — дополнила свой рассказа Алла. — К моему счастью, он против не был. Более того, даже похвалил за инициативу.
— Да ты молодчинка, — оценил я труды девушки.
Алла положила руку мне на грудь. Я отметил, что ощущения от прикосновения в энергетическом теле воспринимались намного ярче. Я буквально почувствовал тепло её ладони. И, при этом, её тепло было наполнено эмоциями, которые я мог считать. Но держала она свою ладонь не долго, поэтому всего букета эмоций я разобрать не успел. Но одно я ощутил точно — девушку явно тянуло ко мне. Возможно, именно поэтому она и прикоснулась ко мне — чтобы я это ощутил.
— Ну так, что, ты присоединишься к нам? — подмигнув мне, спросила девушка и, взяв меня за руку, потянула к остальным ученикам. — Ты же, вроде, сегодня выходной. Так?
— Да, выходной. Но нет, извини, — ответил я. — Прямо сейчас, к сожалению, не могу. Нужно в срочном порядке бежать в штаб. Разбор полётов у Кудрина пропускать нельзя. А я уже итак сильно заговорился и с тобой. И, судя по всему, уже опаздываю. Начальник за это по головке не погладит.
— Что ж, Максим, — расстроенно вздохнула Алла. — Раз начальство приказало, надо идти. Но, если вдруг надумаешь позаниматься йогой, то обязательно сообщи мне, — она снова мне подмигнула. Только в этот раз в этом подмигивании я рассмотрел некий намёк. — Могу даже провести для тебя индивидуальный урок.
Даже так? Она сейчас только йогу имела ввиду или что-то большее? Или это я уже сам додумываю?
— Кстати, ты можешь написать мне или даже позвонить с помощью визора, — отпустив мою руку и отойдя от меня на пару шагов, рассказала Алла. — Лёня вбил в справочную систему программы адресаты всех участников проекта «Вторжение». Точнее, Наташа это сделала, а не Лёня. В общем теперь можно связаться с кем угодно, кто находится на базе. очень удобно.
Я улыбнулся девушке и ответил:
— Спасибо, я подумаю над твоим предложением, Алла. Особенно заманчиво звучит предложение про индивидуальный урок.
Девушка слегка засмущалась. Призрачный облик не мог передать живой оттенок её лица, но было и так понятно, что она раскраснелась.
— Одно могу сказать точно, что урок йоги точно не помешает, — продолжал я. — Я обязательно напишу тебе.
— Буду ждать с нетерпением, — очень мило улыбнулась девушка.
— И ещё, Алла, — показал я рукой на свой физическое тело. — А как мне теперь вернуться обратно?
— Просто подумай о том, что хочешь вернуться, — ответила она, идя от меня спиной вперед. — Сконцентрируйся на этом. Поначалу это может быть сложно, но потом освоишься. Как я понимаю, ты со своей способностью тоже не сразу был на «ты». Но в итоге освоился. Здесь тоже самое.
— Спасибо, — поблагодарил я Аллу.
Она в ответ лишь улыбнулась и телепортировалась обратно в то место, где была до моего прихода — перед людьми, которые пришли к ней на занятие.
Я посмотрел на своё тело и попытался представить, как возвращаюсь обратно в него. Но, не успел я как следует сконцентрироваться на этом, как в следующий миг я открыл глаза уже в своём теле.
Быстро же у меня получилось вернуться обратно. Надо будет позже ещё попрактиковаться в этом. А лучше, наверное, сделать это вместе с Аллой.
Как ни крути, а её предложение меня заинтересовало. И я непременно воспользуюсь её услугами. Ведь сопротивление, как показали последние миссии, очень важный показатель. Без хорошего сопротивления в зону лучше вообще не соваться.
Единственное, теперь нужно решить в каком виде провести урок с Аллой. Притащить весь свой отряд, и заставить всех сидеть в позе лотоса несколько часов? Ну или что там делается на йоге? Я точно не знаю, так как в жизни никогда не посещал подобных мероприятий.
Либо прийти к Алле на урок индивидуальный. Что уж вертеть носом. Я всё-таки мужчина. И потому не мог не усмотреть в её предложении второго смысла. Даже, если его там на самом деле и не было.
К тому же, я человек не женатый. Меня не должны тревожить встречи с девушками, так как у меня не было одной единственной. Мне не перед кем отчитываться. Лена, кстати, не считается. Так как с ней мы ни на одно свидание не сходили. А даже, если бы сходили, не факт, что я стал бы завязывать с ней отношения.
К тому же, с Леной я и вовсе могу уже никогда не увидеться…
Ведь никто не знает, чем оберенётся наше противостояние с астероидом. Да, нам обещали отгул на денёк в Москве. Но я отдавал себе отчёт, что этого может не случится. Нас вообще уже завтра могут отправить в Сибирь, а там… Там вообще непонятно что творится.
Ещё раз махнув рукой Алле, и получив улыбку в ответ, я двинулся к штабу.
Несмотря на то, что я потратил довольно много времени на разговор с девушкой, к собранию успел вовремя.
Я предполагал, что, как и в прошлый раз, соберут много военных в актовом зале. Но ошибся. Во-первых, Кудрин собрание решил проводить не в актовом зале, а прямо в своём кабинете. Во-вторых, присутствующих было немного — около двадцати. В основном это были командиры боевых отрядов. И, конечно, же капитаны Жикин и Валунин. Причём «Пороха» среди них не было. Я был единственным представителем из своего отряда.
— Присаживайтесь, товарищи, — пригласительным жестом, указал Кудрин на конференц-стол, и первым уселся во главе. Когда все расселись, он начал говорить. — Скажу вам прямо — за этим столом собрались самые важные люди в проекте «Вторжение». Да, есть ещё командование в лице Константина Юрьевича Кожина, министра обороны и даже самого президента. Но никто из них не был в поле, никто из них не ходил в аномальную зону, — он серьёзным взглядом обвел всех сидящих за столом. — А вы были. И видели больше любых наших командиров. В том числе, больше меня, — он немного помолчал и продолжил. — Поэтому, планируя дальнейшие действия проекта «Вторжение», первым делом я буду советоваться не с командованием, а с вами. И сейчас я хочу услышать ваше мнение о произошедшем вчера. А затем мы вместе решим, что будем делать дальше.
Глава 11
Совет
Признаться, заявление подполковника Кудрина о том, что я вхожу в состав, как он выразился, самых важных людей в проекте «Вторжение», мне льстило. Разумеется, если отбросить ложную скромность, то я нахожусь здесь вполне заслуженно. Всё-таки я побывал в четырёх успешных миссиях. И, главное, общими стараниями с лейтенантом Растегаевым мы смогли предотвратить превращение нашей базы в типичную аномальную зону с потерей почти всего штата проекта. Случись это, и командованию, сидящему в Москве, пришлось бы всё начинать заново.