Коловарант. Книга 3. Часть 1 (СИ)

Я ел кашу с солониной, и вдруг мне так захотелось тушеной картошки с овощами, аж слюнки потекли…ну, в крайнем случае, я и на борщ был сейчас согласен. Надо что-то делать с разнообразием кухни. Многих привычных мне там блюд, ещё просто не существует. Что там едят аристократы в столицы…понятия не имею. То, что пробовал у Мальцева в Москве…половина не понравилась. Да ещё со специями большая проблема. Дороги. Вот только как это всё преподать? Кое-что не плохое из блюд уже попалось в наших трофеях…и я на это обратил внимание Любомира и Андрея Скрипника. А тот вообще все записывает, что касается кухни. Я ему намекнул, что хочу построить гостиный двор, и что он вполне сможет занять там должность управляющего по кухне. Выше нельзя…если не пробить ему личного дворянства. Хотя и это вполне возможно…надо над этим тоже подумать.
А начинать надо дома с…обычной картошки. Буквально ещё недавно по России прокатились картофельные бунты. Крестьяне не желают сажать картошку…а наши власти как всегда не почухались, чтобы им всё правильно объяснить. Вот вроде бы и правильная реформа Киселева в царских землях, но бестолковым внедрением привела к бунтам. Хоть бы посмотрели, как это сделали за границей, тот же Фридрих Великий в Пруссии. Ну а теперь крестьян тем более трудно заставить её сажать.
Ничего, вот достанется мне часть деревни Кологривовой, вот там я развернусь. Только надо будет выкупить и другую часть…чтобы мне не мешали. Заодно и церковников нагну. И плевать мне на лозунг: за веру, царя и отечество. Либо церковники будут мне приносить реальную пользу…либо останется только одна в деревне церковь. И та будет сосуществовать на подаяния крестьян…если дадут.
— Тимофей Васильевич — после того как поел, позвал я Серова. За прошедшее время я все присматривался к этому представителю купечества. Ну что сказать…с неба звезд он не хватал, но и глупым его не назовешь. Да и не водились такие у наших купцов, а те, что таковыми уродились…их старались прятать в семье и на люди не выставлять. Серов присматривался, что-то даже в тихоря записывал. Вот то, что он записывал меня и заинтересовало. Я аккуратно положил пистолет, чтобы в случае чего выстрелить.
— Слушаю вас, Дмитрий Иванович — подошел к нам Серов.
— Тимофей Васильевич не зачтите за грубость, но мне бы хотелось посмотреть, что вы там такое записываете — и краем глаза смотрю, как этому удивился сидящий рядом Зверев.
— Э…это несколько личное — замялся с ответом Серов.
— Видите ли в чём дело, Тимофей Васильевич. Вас и других «пришлых» — с улыбкой употребил я это слово — мне банально навязали. Поэтому пока вы со мной, у вас не может быть ничего личного. Я всё таки командир особого отряда…так что прошу — протягиваю я левую руку.
— Так только поступают жандармы — не спешит выполнять он мое распоряжение.
— А я и служу в третьем отделении — хмыкнул я.
— Да? — удивленный вздох сразу у двоих, Серова и Зверева.
— А что полковник Сахаров вам это не сказал? — теперь уже несколько удивлён я.
— Что вы приписаны к третьему отделению…нет — тут же сориентировался Зверев.
— Это что-то меняет в наших отношениях? — задаю ему вопрос, но не спускаю глаз Серова. Вижу как Максим и Леонид напряглись.
— Вы и за дворянами следите…и за нами? — несколько брезгливо подал голос Серов.
— А почему я должен перед вами отчитываться о своих действиях? Не нравиться…забирайте трех коней и проваливайте…куда хотите — как бы мне не жалко расставаться со Зверевым, но надо до конца разобраться в вертикали власти в отряде. То, что они промолчали во время построения, не о чём не говорит. Пришлые…они и есть пришлые.
— Как же так Дмитрий Иванович? — опешил Зверев.
— А вот так Богдан Ростиславович. Либо мы единый отряд и все подчиняются…либо вы сами по себе — отвечаю я ему.
— Ну а причём тут записи Тимофея Васильевича? — не соглашается Зверев.
— Вот и я хочу понять…причём. Миссия у меня с моим отрядом довольно значимая — медленно я подбираю слова. — И я не понимаю, что и главное, зачем Серов что-то постоянно пишет? И почему так часто? Он что писатель?
 
— М-да. Действительно…не красиво — согласился Зверев. — Отдайте ваш блокнот, пусть штабс-капитан убедиться, что вы ничего плохого не замышляете, Тимофей Васильевич — обратился Зверев к Серову.
Серов передаем мне блокнот, в который смотрю не только я, но и Зверев. В нем 'купец’как иногда беззлобно дразнят Серова, описывает довольно подробно наше путешествие. Есть даже зарисовки моих дилижансов и кухни. Однако.
— И для чего вы так…м…старались? — даже не знаю, как обозвать такое «произведение».
— Но я ведь тоже когда-то буду водить торговые караваны…вот и пригодиться — немного сконфуженно отвечает Серов.
— Да-а. А то, что вы сейчас не с торговым караваном, а в разведывательной и спасательной экспедиции, вас не смущает? — ничего себе заявочки.
— И что? — не понял он.
— А то, что не дай бог у нас что-то пойдёт не так…и вот это — я трясу блокнотом — попадет в чужие руки. Вы хоть понимаете, что вы описали работу русских корволантов. Тут практически все новые наши наработки.
Я вскакиваю и зло смотрю на зауряд –подпрапорщика. Честно говоря, до меня только самого дошло, что могло бы произойти. Вот бы немцы были рады, попади к ним в руки такой блокнот.
— Значит так… Тимофей Васильевич, ваш блокнот я у вас конфисковываю. Нужно что-то запомните и так. А чтобы вы и Черкасов не скучали, будете на следующей стоянке остальных грамоте учить. Задача ясна? — спрашиваю его.
— Кого учить под…низшее сословие? Вы же знаете, что царь-батюшка это запретил — отвечает мне хоть и смутившись, но, не сдавшись вольнонаёмный.
— Да и кого вы тут низшим сословием — а хотел он явно назвать, подлым — называете? Большинство тут мещане. Титов, так вообще становой пристав и так далее. Все тут в отряде не низшее сословие…а бойцы специальных операций. Если вам это не нравиться, то либо сейчас берете коней и валите, либо можете по возвращению жаловаться на меня полковнику Сахарову. Выбирайте…но если остаётесь, то извольте выполнять мои приказы — и смотрю прямо в глаза. Тут он меня не переиграет…с моим то бывшим опытом.
— Но нельзя же так, Дмитрий Иванович — тут же влез Зверев.
— Только так и надо, Богдан Ростиславович. Только так. Иначе по-другому мы не выживем. А я не намерен терять доверившихся мне людей. Вот поэтому сейчас и распинаюсь тут перед вами — отвечаю ему. — Так что половину людей будет учить Серов, половину Черкасов. А вы…и я будем их контролировать.
— Как-то это всё…- покачал головой Зверев.
— Непривычно — закончил я за него. — А как вы хотели? И живым вернуться…и заработать…и медаль получить… и чтобы вам за это ничего не было. Так не бывает — это уже отвечаю всем.
  
Глава 11
 
На следующий день наш отряд двинулся в путь чуть свет. Надеемся найти воду до Эльбы. Всё-таки река несколько в стороне от нашего пути…но не получилось и не повезло. Обнаруженных несколько луж и болотце нас не удовлетворило. Может ещё бы осенью подошло…но не в конце лета, когда жара. Особенно против этих источников эмоционально возражал Кидрас, крайне серьезно отнесшийся к своему назначению главным конюхом отряда. Я на это лишь улыбался, согласно кивая головой и одобрительно ему улыбаясь.
Вот так постепенно, с большим трудом и скипом наш разношерстный отряд производит трансформацию в боевой, где каждый отвечает за своё направление. Ну и материальное довольствие у начальников направления, как я объявил, тоже будет выше. Но опять же…при серьезном отношению к порученному делу. Я не стесняюсь указывать, если мне что-то не нравиться…а заодно и штрафовать. При этом я забираю только действительно ценные вещи и деньги…а разные мелочи специально оставляю. К моему сожалению, эта вынужденная для меня мера…по разным причинам. Но вот те же металлические прусские орлы, аккуратно содранные с кожаных касок, припрятали себе командиры башкиров…и были очень довольные. Зато расстраивались другие, кому не досталось, ведь орлов было только четверо у офицеров. Постепенно у моих людей добавляется разного барахла, которого в других случаях у них бы никогда не было. Конечно, некоторые это понимают, особенно «пришлые», но мне на это…наплевать.