Коловарант. Книга 3. Часть 1 (СИ)

Оставив основную группу дожидаться невдалеке от вражеского, как оказалось немаленького лагеря, мы с главными у меня специалистами, а именно Максимом и Леонидом, по тихому снятию часовых подползаем по высокой траве к месту лежки Фатея. Он же выбрал место под колючим кустарником. Молодец. Мои внушения восприниматься им достаточно хорошо, раньше бы сюда никогда бы не полез, остановился бы где-нибудь за деревом.
«Так скоро у меня появиться и настоящий Гойко Митич» — хмыкнул я, очень аккуратно присоединяюсь к нему. Вот и чужие солдаты абсолютно не смотрели в нашу сторону. Я беру свою подзорную трубу, которую передавал Фатею и в наступающих сумерках пытаюсь рассмотреть их лагерь.
Сам неприятельский лагерь, а союзников у нас тут точно нет, расположился довольно грамотно по нынешним временам. Тоже большая полу поляна, вдоль которой так же растёт «пузырчатое дерево» колючий кустарник с редкими деревьями. А чуть дальше проходит просёлочная дорога, по которой двигалисьи мы, да не доехали сюда. А вот как раз с той стороны посты этих вояк стояли, как я успел заметить. Так же на поляне расположились закрытая карета, очень ладное ландо и три большие груженые телеги. Причем, похоже, что владельцы всего этого добра находились под арестом. Они сидели недалеко в двух разных кружках рядом и возле них тоже находились солдаты с винтовками.
Ещё чуть отдельно были офицеры, которые тут всем командовали. И как раз одному помогали снимать кирасу. Еще несколько каких-то бедолаг под присмотром солдат ковыряли землю, наверное, готовили место для костра. Сейчас уже практически во всех армиях мира костры разжигают в небольших ямках или среди камней. Хоть плохо, но тоже пытаются соблюдать маскировку.
— Ну, прямо наши гаишники в засаде — тихо вырвалось тихо у меня.
— Кто в засаде? — тут же так же тихо переспросил Фатей.
— Вот и я не пойму. А где их кони? Почему наблюдаем только трёх офицерских коня? — повернулся к нему и прикрыл ладонью «лодочкой» рот, на всякий случай.
— Вот чёрт — повторил моё любимое тут ругательство Фатей. Он тоже полу прикрыл рот ладонью. — А я как-то и не придал этому значения. Но вот то, что военные саксонцы с пруссаками вместе я это выяснил. А командуют пруссаки, вон те офицеры — легко кивает головой в сторону противника.
Даю налюбоваться по нескольку минут Леониду с Максимом чужим лагерем ипоказываю им жест головой. Отходим, а вернее будет сказать, отползаем. На месте остаётся ползущий на наше место Архип. Мы же направляемся к нашим людям.
— В общем ситуация совсем не понятная. Как рассмотрел Фатей — киваю в его сторону — там сборная солянка военных. Очень похоже, что поймали каких-то дворян драпающих от беспорядков в Саксонии. Только не совсем понятно, почему саксонцы подчиняются пруссакам и где их лошади? Всего военных человек тридцать. Нас скорее, да и из-за тех же лошадей никто не пропустит. Отберут. Кто что предлагает, и что будем делать? — «рисую картину» перед своими основными помощниками. Не то чтобы я уже не принял решение, но хочется и других послушать…но и присмотреться. К тому же Звереву и Семёну-Сильверу ещё раз. В принципе, из последнего должен получиться неплохой командир конного ударного звена. Слегонца только немного дури выбить и тому чему ему раньше учили. Конных атак с саблей наголо нам тут не надо.
— Берём их всех — воинственно воскликнул Назир и схватился за трофейный турецкий кинжал ханджар контрабандистов, как только его увидел. В него он вцепился, что отобрать обратно кинжальчик теперь можно только «с мясом». Назир его в основном использует как столовый нож. Этот ханджарбыл обычным маленьким кинжалом, который больше использовали арабы. Был он традиционным для востока, и найти его можно было почти у каждого серьёзного мужчины. Размерчиком кинжал, правда, подкачал. Так что никто претензий Назиру предъявлять не стал, но в долю внесли, о чём его и проинформировали при разделе. Я это чётко записывал. Уж не знаю, с чем таким он ассоциировался у башкир этот стальной малец, но остальные его родичи смотрели на него с завистью. Зато я сделал себе пометку, на что обратить внимание следующий раз при разделе добычи.
 
— Ну, кто бы сомневался — улыбнулся я.
— Я тоже считаю, что надо их брать…и срочно. Раз нет лошадей…значит, они за ними послали — переглянулся Фатеем с Семёном.
— Если там дворяне, то их нужно выручать — теперь уже Зверев переглядывается с Титовым. Ого, у меня по ходу дела уже начинаются складываться разные партии влияния в отряде. Так надо не пропустить это дело. Леонид с Максимом раз, Фатей с Семёном два, но эти и раньше были знакомы, ну и в противовес им объединились Зверев с Титовым. И когда только успели? Но а башкиры…те сами по себе. Для них только я и авторитет.
— Что конкретно вы предлагаете? — опять ставлю задачу.
— Ну, вы же, Дмитрий Иванович все давно решили. Зачем же нас спрашиваете? — хмыкнул Титов.
— Да-а. А учиться вы не пребывали, Владимир Павлович? Или вы и так же по приезду домой в жилище преступников с длинной саблей наголо врываться будете — хмыкаю я. Все на этот мой выпад заулыбались, даже те, кто не участвовал в деле Юмашева.
— Зато с вами я превращаюсь в ночного татя с большой дороги — несколько обиделся становой пристав на мою подколку.
— Что есть, то есть. Главное остаться живым и здоровым. Мне как-то и Степана Кулика во хватило — и показываю себе на горло. — И больше хоронить своих людей я не хочу.
Эта фраза тут же настроила людей на серьёзный лад. Принялись обсуждать план нападения. Тут же ознакомил всех, что у пруссаков могут быть винтовки Дрейзе, позволяющие стрелять им лежа. Поэтому выработали план следующий, в котором я больше командовал, чем слушал других. Всё равно у них нет ассоциаций и с тактикой пластунов из них никто не знаком. Так же никто из сидящих вокруг не воевал на Кавказе, чтобы быть с чем-нибудь похожим и знакомым.
Рисую приблизительный план местности, где расположился вражеский лагерь. Основное нападение производим со стороны колючих кустов. Как показала практика, тут нас точно не ждут. Впереди двигаются Максим с Леонидом. Их задача как можно больше бесшумно вырезать солдат. Леониду я передаю свой кольт, с которым он знаком и с которого он хоть не много, но стрелял. Если сегодняшнее дело выгорит, оставлю ему его навсегда.Ему, как показывает практика нужнее, а мне пока и одного револьвера хватит. У Максима будет два пистолета. Один двуствольный, второй одноствольный, но оба длинных кавалерийских нарезных. Очень кстати не дешёвых. Обычно такие есть только у богатых и знаменитых или у больших военачальников. С револьвером на практике он пока ещё не знаком, вот и отдавать его ему нет смысла.
За ними будут двигаться, так же ползком по двое башкир с луками. Возглавлять их будут Назир с Кидрасом. Исхан с ещё шестью самыми легкими соотечественниками присоединиться к тройке Семёна. В неё вошли, командиром Семён и в усиление Черкасов с Серовым. Они подведут лошадей на поводу, а разгон коней начнут с первых наших выстрелов. Одной стрелой можно и не убить противника, как показывает практика. Но у моих башкир трехгранные охотничьи срезени. Убить может сразу и не убьёт, но из боя противника выведет сразу, да ещё и при стрельбе чуть ли не в упор. Да и сами противники у меня не бронированные, а те три офицера уже сняли кирасы на ночь.
Дальше уже за четвёркой башкиров будут двигаться все остальные, в пересмешку с лучниками охватывая стоянку полукругом. Я же со Зверевым буду двигаться в сторону охраны пленных.
— Два момента. Оружия у нас у всех хватает. Стреляем только лежа или с колена, за исключением лучников. Но им тоже стараться не высовываться. Траву на поляне они уже всю вытоптали…стадо слонов — пытаюсь дать последние наставления.
— А слоны это кто? — вдруг влез Назир.
— Слоны…это слоны. В общем, очень-очень большие животные — смотрю на него и вижу, что не понимает — гораздо больше верблюдов. — А я что знаю, во сколько они больше? Ну, пусть будет раз в десять…для солидности так сказать. — Раз в десять больше двугорбых верблюдов.