Что нужно женщине
– Мистер Дрейк рассмотрел, как выглядел тот человек?
Шарлотта покачала головой:
– Нет, Он говорит, что не успел, потому что все произошло слишком быстро. Только сказал, что грабитель был маленького роста. – Шарлотта досадливо поморщилась. – Говорит, грабитель был примерно моего роста. А что, я правда маленького роста?
Лючия пожала плечами.
– Если бы ты была мужчиной, то да, пожалуй. Я предпочитаю высоких и статных красавцев. Так приятно, когда на тебе лежит такой мужчина…
– Больше мистер Дрейк не заметил ничего. Ничего, кроме его ножа, – снова перебила Шарлотта.
Ей хотелось говорить с подругой о Стюарте, и она не понимала, почему вдруг стала такой стыдливой. Ведь прежде они с Лючией часто говорили о мужчинах – зачастую столь откровенно, что сами мужчины, наверное, покраснели бы, если бы услышали их разговоры. В последние годы Лючия была ее лучшей подругой. Когда же Шарлотта после смерти мужа решила вернуться в Англию, Лючия напросилась к ней в гости, и Шарлотта с радостью пригласила подругу к себе.
Но почему же сейчас она не захотела откровенничать с лучшей подругой? Может, после возвращения в Англию в ней пробудилась английская часть ее натуры, дремавшая в ней около десятка лет? Каждый раз, когда Лючия затевала разговор о Дрейке и начинала перечислять его достоинства, Шарлотта перебивала подругу и заговаривала о чем-нибудь другом – только бы не обсуждать Стюарта. А ведь ее, Шарлотту, иногда и раньше влекло к порочным мужчинам, но сейчас она впервые стыдилась говорить о мужчине с Лючией. И уж конечно, никакая сила в мире не заставила бы Шарлотту рассказать о том, что происходило между ней и Дрейком минувшей ночью. Лучше бы он уехал отсюда. Было бы очень хорошо, если бы леди Килдэр успешно справилась с возложенной на нее миссией, – тогда Стюарт непременно уехал бы из этого города. А когда его здесь не будет, она, Шарлотта, сможет полностью сосредоточиться на том, чтобы наладить отношения со Сьюзен. И на том, чтобы начать в Англии новую жизнь.
– Нож? Ты сказала про нож? – Лючия в изумлении уставилась на подругу. – Выходит, по дому разгуливает какой-то сумасшедший с ножом? Что же нам делать?
– Надо сделать так, чтобы в следующий раз злоумышленник не смог к нам войти, – ответила Шарлотта. – По-моему, этой ночью слуги не на шутку испугались. Видишь ли, когда я пришла домой, Стю… – Она вовремя сообразила, что едва не проговорилась о том, что Дрейк проводил ее до дома. – Так вот, когда я пришла, все двери и окна были заперты. Именно так будет и впредь. Стану увольнять всех, кто хоть раз забудет это сделать. И найду таких слуг, которые сумеют позаботиться о безопасности дома.
– Он набросился с ножом на мистера Дрейка?
Шарлотта кивнула:
– Он порезал ему руку. Если бы мистер Дрейк не оказался крупнее его и сильнее, грабитель перерезал бы ему горло.
Подруги какое-то время молчали. Причем Лючия заметно погрустнела, что было вовсе не в ее характере.
– Наверное, он искал здесь что-то ценное?
– Черт возьми, но что именно? – в возбуждении воскликнула Шарлотта. – Было бы намного проще, если бы злодей оставил записку, в которой написал бы, что ему здесь нужно.
Лючия в недоумении захлопала ресницами.
– Тебе известно, что находится в этих ящиках?
– Более или менее. Камердинер Пьетро разложил по ящикам все вещи, которые имелись в доме. Я даже не успела все распаковать.
– Может, нам стоит самим поискать? – предложила Лючия. – Мы могли бы все разложить и посмотреть, нет ли там… чего-нибудь необычного. Чего-нибудь такого, ради чего можно убить человека.
– Этими ящиками и сундуками заполнены целых три комнаты в этом доме, – проворчала Шарлотта. – Но никуда не денешься, их все равно рано или поздно придется распаковывать.
– Конечно, придется. И надо сделать это как можно быстрее. Разве ты не понимаешь, что наша жизнь в опасности?
Шарлотта знала, что Лючия права, но не могла пересилить себя.
– Видеть не могу все эти вещи… Я даже подумывала о том, чтобы избавиться от них.
– Хотела сдать их в музей?
Шарлотта пожала плечами:
– Даже не знаю, нет, наверное.
– Тогда кому же ты хотела их отдать? Ведь там – бесценные произведения искусства.
«Ох, подруга, знала бы ты всю правду…», – со вздохом подумала Шарлотта.
К счастью, в этот момент пришли слуги с ванной. Они начали заполнять ее горячей водой, от которой шел пар. Лючия вышла в сад, чтобы выкурить сигарету и привести нервы в порядок, а Шарлотта с наслаждением погрузилась в воду.
«Наверное, для охраны дома действительно нужно нанять еще несколько слуг», – думала Шарлотта, лежа в ванне.
Она была уверена, что в ящиках не было ничего такого, что бы стоило красть. А вот нож очень ее беспокоил. Как только вор поймет, что в ящиках нет ничего, что могло бы его заинтересовать, он, возможно, разозлится, поднимется на второй этаж и попытаться сорвать свою злость на ней, на Сьюзен или на Лючии – на любом, кто попадется ему под руку. Еще совсем недавно Шарлотте казалось, что в Кенте их ждет спокойная и даже скучная жизнь, но, увы, она ошибалась.
Что ж, она потом обдумает все как следует. И если еще раз заметит, что грабитель пытался проникнуть в дом, то обязательно наймет надежных охранников. А пока, раз уж она обещала Сьюзен, что они вместе отправятся за покупками, то надо сдержать свое слово. Вчера они купили Сьюзен желтое платье, и было заметно, что девочка очень обрадовалась – была за обедом милой и даже сердечной. А сегодня Шарлотта собиралась отправиться с племянницей в модный магазин, чтобы подобрать к платью подходящие туфли. Совместная покупка новых туфель – прекрасный предлог для окончательного примирения.
Стюарт понимал, что хозяйке дома не по себе. Когда он появился у нее, Корделия Мартин не могла скрыть своего изумления. Но вскоре она взяла себя в руки и вежливо поздоровалась с ним. В конце концов, она же пригласила Дрейка к себе в гости, а он принял приглашение. И не ее вина, что этот человек так низко пал. Хотя и он, наверное, не слишком виноват.
Дрейк быстро разыскал среди гостей Джеймсона. Проходя через зал, он видел, что многие из присутствующих стараются не замечать его, но Джеймсон, едва увидев друга, с улыбкой воскликнул:
– О, Дрейк, дружище! Как я рад тебя видеть!
– Не очень-то радуйся, – осадил приятеля Стюарт. – Это моя прощальная вечеринка в Кенте.
– Только не говори, что уезжаешь, – заявил Джеймсон. – Я думал, у тебя твердый характер.
– Сейчас твердый характер – совсем не то, что мне требуется.
– Я одолжу тебе сотню, приятель, – с беззаботным видом сказал Джеймсон. – Только не уезжай. Без тебя в Кенте будет ужасная скука.
Стюарт криво усмехнулся:
– Спасибо, дружище, но сотня меня не спасет. Я тщательно забочусь о том, чтобы мои долги были не меньше тысячи.
– А… понятно. – Джеймсон перевел взгляд на свой бокал с вином, потом спросил: – Так, значит, действительно возвращаешься в Лондон?
– К сожалению, да, – кивнул Стюарт.
Осушив свой бокал, он приказал слуге принести еще вина.
Джеймсон откашлялся и, не поднимая глаз, пробормотал:
– Что же, желаю удачи.
Стюарт знал, что Джеймсон охвачен сочувствием к нему, своему другу, и от этого испытывает неловкость. Джеймсон не мог поверить, что какие-то ничтожные сплетни могут погубить чью-то репутацию.
«Мужайся и не вешай нос – все утрясется», – советовал он приятелю.
Однако Стюарт был уверен, что Шарлотта твердо решила не подпускать его к своей племяннице. А закладную за Оуквуд-Парк следовало выплатить через месяц, и за столь короткое время ему нужно было найти себе новую невесту. Значит, придется признать свое поражение и вернуться в Лондон. И постараться вернуть себе расположение отца. Если он не станет терять время даром и начнет заниматься поисками богатой наследницы прямо сейчас, у него еще будет шанс сохранить свою собственность.
– Посмотри-ка, – неожиданно сказал Джеймсон, – приехала твоя наследница. Сделай еще одну попытку, не бойся. Она сегодня чудо как хороша.