Рейд-босс2: Битва за реал (СИ)
— Та самая. — Подтвердил Асзар
— И она вообще, как? В целом адекватная, или не особо?
— Весьма адекватная.
— Ну, вот и замечательно. Адекват, ныне редкость. В таком случае, владыки, мы с госпожой Лейлой ждём вас в подземельях. — Вновь поклонился Руч, и тотчас не прощаясь телепортировался вон.
***
— А казематы то все наполняются... — Выдал в пустоту замерший перед массивной дверью тюремной камеры номер шесть, Асзар. — Вначале Сандра. Теперь вот Алан. Неужели, я настолько дерьмовый император?
— Вы замечательный император. Лучший. — Тотчас заверил его гоблин. — Я уверен, что ни один император реала, для живущих в том реале подданных не сделал и сотой доли того, что вы сделали для всех нас.
— Тогда я может быть, как личность, полное дерьмо?
— Не несите чушь, владыка. Вы личность уникальная. Даже мифическая.
— А если я действительно такой хороший, то... — Асзар развел руками. — Почему оно постоянно все так неправильно получается?
— Если вы про заключенных, повелитель, то... Это просто издержки. — Как мог попытался успокоить того Руч. — Вы же их не просто так, вы же их за дело сюда посадили. И вообще, они должны быть вам благодарны, что отделались всего лишь казематами, и не расстрелом из деструктора.
— Согласен. За их поступок наказание крайне мягкое. — Поддакнул Солинар, выпил последний третий глоток зелья райского отдыха, и добавив: «Внутрь только мы с братом пойдем. Остальные не суйтесь», жестом приказал открыть дверь тюремной камеры.
***
— Почему? — Прошептал обессилено висящий на вбитых в стену цепях, совершенно голый, если не считать грязно-серых трусов, Алан, как только дверь камеры за спинами его гостей снова закрылась. — Почему?
— Что именно «почему»? — Вопросом на вопрос ответил Асзар внимательно рассматривая пленника. Как же тот сейчас чудовищно напоминал ему одного из распятых в своё время господином императором, в таверне Весёлый окорок Кабанов. — Почему ты здесь? Почему ты ещё жив?
— Нет. — Дергано замотал головой бывший гвардеец, и впился в господина императора настолько пустым взглядом, что того даже невольно пробрало. — Почему ты допустил, чтобы она умерла навсегда? Почему ты не захотел ей помешать? Почему ты не отнял у неё деструктор?! Почему ты вообще позволил ей его заполучить?! Почему?!
— Потому, что. — Буркнул паладин, силой заставил Алана посмотреть себе в глаза, и добавив «именем создателей ты расскажешь мне всё», активировал «взгляд истины».
— Интересно. Эта фраза просто ритуал? Или без неё данная способность в принципе не включается? А ещё, интересно, на меня эти его синие глазки тоже подействует? — Мимоходом подумал Асзар, и тоже пристально уставился на заключённого, в ожидании его исповеди.
— Именем создателей ты расскажешь мне всё. — Тем временем повторил паладин.
— Я расскажу все... — Безэмоциональным голосом отозвался впавший в транс Алан.
— Чего ты добивался, когда руками Сандры пытался отравить Асзара?
— Я хотел ее дискредитировать. В его глазах.
— Зачем?
— Я ее люблю. И Асзар тоже ее любит. Но я по сравнению с Асзаром ничтожен. Асзар должен был сам отказаться от Сандры.
— С чего ты взял, что Асзар тоже ее любит?
— Он пожелал выделить её из прочих фрейлин королевы Лэйлы, дав имя, и медальон. А ещё он разрешил ей, лично ему прислуживать служить. Это знак симпатии.
— Поэтому ты решил убить его навсегда?
— Нет. Навсегда в нашем мире можно умереть только от священного бластера-деструктора.
— Уверен?
— Да. Асзару ничего не угрожало. Погибнув от яда, он всего лишь воскрес бы в своём родном подземелье, снова вернулся во дворец, разгневался на Сандру, и это был бы мой шанс забрать ее себе.
— Почему ты так привязан именно к этой фрейлине? Они ведь все одинаковые.
— Прочие — практически одинаковые. Она — нет. Она особенная. Не такая, как остальные. Была... — И Алан моментально вывалившись из транса душераздирающе закричал.
— Это насколько же его сейчас трясет? — Вновь мимоходом отметил про себя господин император. — Нет я на нервной почве тоже умудрялся чужой магий противостоять. Но там был всего лишь мини-босс Мортегар, а не бывший административный нейрокс. — После чего бесцеремонно присел перед бьющимся в истерике гвардейцем на корточки и отчётливо произнёс:
— Сандра жива. Тебя обманули. Она сейчас в одной из соседних камер точно также цепями к стене прикована.
Гвардеец тотчас буквально окаменел, а в его глазах проскочила такое неверие, что и словами не описать.
— Именно. — Повторил Асзар. — Сандра живая. И если ты будешь хорошим мальчиком, то мы с братом так и быть разрешим тебе вновь её увидеть. Да, Солинар?
— В принципе, это возможно. — Погасив глаза крайне флегматично пожал плечами паладин. — Разумеется если господин Алан действительно будет хорошим мальчиком, пойдет нам на встречу, и расскажет, кто именно надоумил его на всю эту авантюру, а также дал тот яд. Кто и где?
— В Весёлом окороке. Я там... — Осторожно подбирая слова заговорил пленник. — Я перед этим, с Сандрой поговорил. Ну, как «поговорил»? Послала она меня. Посмеялась ещё, что, мол, ей сам император знаки внимания оказывает, а тут какой-то... жалкий недо рыцарь. Ну, я и...
— Нажраться пошёл, да? — Закончил за него Солинар. — Покинул пост, и пошёл бухать?
— Нет. — Замотал головой Алан. — То есть, да. Нажраться пошёл. Но пост раньше времени не покинул. Честно смену отстоял. А потом, да. Потом в кабак пошёл. В самый обычный кабак, и...
— Привлёк чьё-то внимание, да? Чье?
— Да, привлек. На полпути. Эльфийки какой-то. Она меня это... В «окорок» и позвала. Обычно я бы туда ни за что не пошел. А тут пошел. Ну мы зашли. Сели. Выпили. Слово за слово. Я даже сам не понял почему ей всё как на духу рассказал. А она выслушала, и говорит, что может помочь. Но для этого надо будет... слегка переступить черту. Я сперва отказывался. Долго отказывался. Честно. А, она...
— У той эльфийки татуировка на лбу в виде третьего глаза была? — Внезапно поинтересовался паладин.
— Да. — Закивал Алан. — Была.
— Всё-таки Сипаи. — Подвёл итог Солинар, коротко бросил вопросительно установившемуся на него Асзару: «Это один из пяти здешних ковенантов. Подробности позже », и вновь уставившись на Алана поинтересовался: Хочет ли он всё ещё увидеть свою драгоценную Сандру? Понимает ли, что там у них будет за беседа?
— Понимаю. — Как нашкодивший ребёнок шмыгнул носом Алан. — Я все понимаю. Я все объясню... Она...