Пробуждение Оливии

– К черту. – Он со вздохом берет меня за руку. – Но за пределами этой комнаты об этом никто не должен узнать.
Я закатываю глаза:
– Ты действительно думаешь, что я собиралась хвастаться тем, что танцевала с тобой?
– Меня не зря называют королем тустепа всего Колорадо. – Уголки его губ приподнимаются впервые за вечер. Учитывая его вялый танец с Джессикой, который я только что лицезрела, в это трудно поверить.
– Ну и кто тебя так называет?
– Ты сама будешь так меня называть, когда мы закончим. – На его лице появляется дерзкая ухмылка, благодаря которой он мог бы получить от меня все, что захочет. Буквально все, что угодно.
Он вращает меня сначала в одну, потом в другую сторону так быстро, что я едва поспеваю за его движениями. Я представляла его во многих ипостасях, но в подобной – ни разу.
– Срань господня! – восклицаю я. – Где ты этому научился?
– У мамы. Она на полном серьезе учила нас всем этим дурацким танцам, словно это жизненно необходимые навыки.
Я слегка улыбаюсь, когда у меня в мыслях возникает образ юного Уилла, которого Дороти насильно учит танцевать. Интересно, есть ли у нее видео…
– И как, они тебе пригодились?
– Благодаря им я уложил не одну девушку, – отвечает Уилл, снова вращая меня, и я настолько потрясена, что едва не выпускаю его руку и не улетаю прочь. Уилл выглядит даже более потрясенным, чем я. – Я не должен был этого говорить.
Я вращаюсь обратно и оказываюсь так близко к нему, что моя грудь прижимается к его груди, а наши губы разделяют какие-то миллиметры.
– Уилл, – тихо говорю я, – я и без того знала, что ты можешь этим уложить девушку.
Его глаза встречаются с моими, и я замечаю в них что-то неистовое, какую-то напряженность, которой я прежде не видела.
– Не делай так. – Он вздрагивает, а затем отстраняется и направляется прямиком в уборную.
Я возвращаюсь к нашему столику с желанием побиться об него головой. Черт, почему я решила, что могу сказать ему нечто подобное? У Уилла есть Джессика, а даже если бы не было – вряд ли я бы когда-нибудь его заинтересовала.
Уже за полночь, когда я забираюсь в постель, в мое окно раздается стук. Я поднимаю штору и обнаруживаю Брендана, стоящего с озорной улыбкой на лице и с упаковкой из нескольких банок пива в руках.
– Должно же быть какое-то преимущество в том, чтобы расти в крошечном одноэтажном доме, – подмигивает он. – Одевайся.
Я хватаю толстовку и вылезаю в окно.
– Итак, какие у нас планы? – спрашиваю я.
– Пойдем в конюшню. Мне необходимо немного отдохнуть от Джессики.
Как и мне. Несмотря на то что мы с Бренданом остаток вечера провели, играя в дартс и избегая их, само пребывание с ней в одной комнате портило все удовольствие.
– Ты же не думаешь, что он на ней женится?
– Не-а, – смеется Брендан, – даже Уилл не зайдет так далеко с этим дерьмом о моем отце.
– Ты о чем?
– Сейчас ты ни за что не догадаешься, но в старших классах Уилл доставлял немало проблем: его несколько раз арестовывали, и они с отцом спорили до посинения практически по любому поводу. Отец почему-то считал, что если бы только Уилл перестал валять дурака, то смог бы заполучить такую девушку, как Джессика. Именно так он и говорил: «Возможно, тебе даже удастся заполучить такую девушку, как Джессика». И каждый раз у Уилла было такое лицо, как будто его попросили съесть миску блевотины. А сейчас он снова дома и у них все серьезно… Это просто в голове не укладывается.
Дороти тоже говорила что-то в этом роде, но мне все-таки кажется, что я выдаю желаемое за действительное. Хоть мне совершенно не хочется это признавать, однако даже я понимаю, что есть масса причин, почему мужчина захотел бы встречаться с Джессикой. Даже Уилл.
Мы доходим до конюшни, и Брендан падает на стог сена, махнув мне, чтобы я к нему присоединилась.
 
– Итак, у меня вопрос, – начинает он, открывая банку пива. – Почему ты ночуешь здесь перед соревнованиями? Я ни от кого не могу добиться прямого ответа.
Что-то во мне смягчается от понимания, что Дороти и Уилл в самом деле не собираются никому рассказывать обо мне. Хотя, зная их, наверное, не стоило удивляться.
– Ты решишь, что я ненормальная…
– Эй, все-таки я числюсь как сексуальный преступник. – Брендан пожимает плечами. – Так что не мне бросать камни.
– Чего?
– Малоизвестный факт: те, кто бегает голышом на публике в ходе вступительных испытаний в студенческое братство, как ни странно, считаются сексуальными преступниками. – Он одаривает меня широкой, необычайно дерзкой улыбкой. – Это так несправедливо! Просто взгляни на меня: да тем девчонкам невероятно повезло, что они смогли это увидеть. В общем, проехали… Лучше расскажи, почему моя мама хочет тебя удочерить, а мой брат рискует работой и здравомыслием ради того, чтобы ты у нас ночевала.
Я колеблюсь с ответом. Я еще никогда добровольно не рассказывала кому-либо свою историю. Уиллу мне пришлось рассказать, так что это другое. И хотя мне по-прежнему стыдно этим делиться, все-таки то, что я раскрыла свою тайну Уиллу и Дороти, как будто делает ее чуть менее мрачной.
– Мне снятся кошмары, и я бегаю во сне. Что-то вроде лунатизма, только по-настоящему стремно.
– Хм. – Он откидывается назад, абсолютно невозмутимый. – То есть ты можешь проделать всю дневную тренировку во сне и даже не заметить? Это даже круто.
У меня вырывается смешок. Разумеется, его реакция совершенно нелепа, однако это такое облегчение, что он не смотрит на меня как на одержимую демонами…
– Пожалуй, «круто» – это преувеличение, но, по крайней мере, когда я ночую здесь, Уилл не дает мне бегать перед соревнованиями.
Брендан лукаво улыбается:
– Разве он не может с этой целью просто ночевать у тебя? Так у вас было бы намного больше уединения.
Я вспоминаю сегодняшний отказ Уилла, и мое сердце снова сжимается.
– Ему это неинтересно. – Я сглатываю ком в горле. – И мне тоже.
– Я на это не куплюсь – ни на то, ни на другое, – отвечает Брендан с ухмылкой. – Но зато я слышал, что его брат чрезвычайно горяч. И свободен. Во всяком случае, это помогло бы Уиллу вытащить голову из задницы.
Я снова смеюсь:
– Потому что у вас еще недостаточно напряженные отношения?
Огонек в глазах Брендана немного тускнеет.
– Ты бы поверила, – произносит он, допивая пиво, – что когда-то он был моим лучшим другом?
  
Глава 41
 
Уилл
Сегодня вечером все, что только могло пойти не так, благополучно пошло, начиная с того момента, когда Оливия прижалась ко мне в танце… Господи, мой стояк, наверное, было видно из космоса.
А с Джессикой у нас вообще все наперекосяк. Она была чертовски напряженной весь вечер, но стоило ей услышать, что я ночую у мамы, как все стало еще хуже. Пока мы едем к Джесс, она почти всю дорогу молчит, а когда все же начинает говорить, я мгновенно об этом жалею:
– Оливии нужно найти собственную семью.
Не могу поверить, что именно Джессика – у которой есть огромная любящая семья с их ежегодными поездками на лыжи, отдыхом на море и кучей семейных традиций, – Джессика говорит мне, что та скромная помощь, которую мы можем предложить Оливии, – это уже перебор.
– У ее единственной родственницы болезнь Альцгеймера: так где, по-твоему, ей нужно найти себе семью? Уверен, она с удовольствием прислушается к твоему совету.
– Ты знаешь, о чем я, Уилл. – Джессика раздраженно фыркает. – Тебе необязательно быть ее единственной поддержкой. Ты уже сделал для нее все возможное, но благотворительность должна когда-то закончиться.