Приспособленец (СИ)

  
Пролог
 
Февраль 1982 года, Швеция, Эребру отель Грандис. Номер 16, люкс.
— Господа, переходим к главному вопросу нашего собрания – численному составу нашей организации, — Стивен оглядел присутствующих членов Совета дароносцев и поморщился – вокруг одни старики, только Эльза достаточно молода – 56 лет, но таких в организации мало, более 60 человек имеют возраст более 75 лет и уже не могут активно выполнять свои обязанности. А моложе 40 лет – единицы.
— Но прежде, чем начать обсуждение, прошу подумать над составом нашего Совета – из пяти человек двоим за 80, еще двое имеют возраст более 70 лет. Мы имеем огромный опыт, но возраст не позволяет нам активно руководить организацией. Предлагаю перевести в группу экспертов двух самых старых членов Совета, включая меня, а на их место ввести двух новых членов в возрасте до 40 лет. Подобрать кандидатуры в Совет и на должность Председателя Совета надо до предстоящего общего собрания организации – у нас есть три месяца. Предлагаю поручать эту работу Эльзе, ее предлагаю и в кандидаты Председателя Совета.
Прошу голосовать – принято.
— Теперь – главный вопрос – численность членов организации дароносцев. Сегодня нас 117 человек. За последние двадцать пять лет найдены и прошли первую инициацию пять человек, из них один погиб в автокатастрофе, двое по своим психофизиологическим параметрам не способны стать полноправными членами организации и подлежат деинициации, оставшиеся готовы ко второй инициации, но одному из них уже 60 лет, второй – 45. И это все!! За эти же 25 лет умерли от старости, погибли от несчастных случаев, были похищены васидами сорок восемь человек. Иначе, чем катастрофой такое положение назвать нельзя.
— Предлагаю считать первоочередной задачей нашей организации на ближайшие пять лет – поиск и проведение первой инициации новых дароносцев. Также считаю возможным снизить срок между первой и второй инициацией до двадцати лет. Эту задачу надо поставить перед всеми дароносцами на ближайшем общем собрании. Совету – взять под контроль ее решение и на каждом заседании Совета отчитываться об ее выполнении.
Прошу голосовать – принято.
— Теперь последний вопрос – в Совет поступили заявления от восьми дароносцев о проведении им деинициации в связи с преклонным возрастом. Группа экспертов их рассмотрела и предлагает утвердить. Прошу голосовать – принято.
Таким образом, если не произойдет каких-либо трагических событий в ближайшие три месяца, на следующем общем собрании дароносцев должно присутствовать сто одиннадцать человек.
Теперь можно перейти к культурной программе. Эльза, бери управление в свои руки!
  
Первая глава. Неожиданная встреча
 
2 июля 1963 года. Молодежный лагерь “Елочка” в Подмосковье.
“Что-то сегодня мало народу на пляже, — подумал Артур, оглядываясь по сторонам, — наверное, испугались облаков, закрывших часть неба. Но солнышко еще пробивается на землю и есть возможность хоть чуть-чуть загореть. А то казаться бледной немочью среди отдыхающих очень не хочется”.
Артур Алексеевич Бойцов находился в лагере уже третий день и кроме Саши и Сергея, с которыми оказался по соседству в номере на шесть человек в старом корпусе лагеря, больше ни с кем не успел хорошо познакомиться. Была смена заездов, старые отдыхающие уезжали, новые – приезжали, и знакомства не заводились. Неделю назад Артур сдал последний экзамен за первый курс в электротехническом институте в Ленинграде и как отличник, и активист-профорг получил бесплатную путевку в “Елочку” на три недели. Конечно, в этом сыграло роль и то, что Артур был сиротой, жил в общежитии, и деваться летом ему было некуда. Немного денег он заработал в лаборатории на кафедре автоматики и телемеханики, где работал лаборантом по вечерам, плюс пособие, плюс повышенная стипендия как отличнику за первый курс. Так что он считал себя вправе отдохнуть три недели, а с августа снова на работу в лабораторию, где его ждали новые дела.
 
Артур разделся, сел на травку, которой был покрыт берег неширокой речки, и закрыл глаза, подставив лицо солнышку.
— Кому погадать, — раздался скрипучий голос за спиной и мимо Артура, тяжело опираясь на костыль, проковыляла старая цыганка, держа курс на стайку девушек, расположившихся впереди.
Уже третий день Артур наблюдал эту цыганку на пляже. Она появлялась регулярно после завтрака и ходила по пляжу до обеда, предлагая погадать на картах или по руке – что было, что будет, когда замуж. Особой популярностью среди отдыхающих она не пользовалась, потому что ее клиентами были в основном девушки-студентки или молодые работницы, приехавшие на отдых и не верившие в гадания. Молодые парни только снисходительно поглядывали на цыганку и на гадание соглашались не иначе как после двух-трех бутылок пива, а то и еще чего-нибудь покрепче, и после долго комментировали слова цыганки, громко смеясь при этом. Хотя некоторые выглядели весьма сконфуженными и называли цыганку не иначе как ведьмой.
Вчера Артур слышал разговор двух девушек, одна из которых поделилась с подругой, что цыганка рассказала всю ее предыдущую жизнь, а также чем и когда болела, сколько у нее братьев и чем она сейчас занимается. Гадать на будущее девушка испугалась, поскольку все сказанное цыганкой было правдой, а знать будущее ей показалось неправильным.
По наблюдениям Артура соглашались на гадание не более десяти человек ежедневно, но, учитывая, что цыганка брала за раз не менее рубля, получалось десять-пятнадцать рублей за утро. А повышенная стипендия составляла 45 рублей в месяц! Три дня – и месячная стипендия! Любой востребованный труд Артур всегда уважал и считал, раз люди соглашаются на гадание без особых уговоров, то это им зачем-то надо. Сам же он гадать никогда бы не стал, во первых не было лишних денег, а потом – делай, что должно и будет, то что будет. Это выражение он вычитал в какой-то книге и очень его любил.
У цыганки была одна нога. Когда она шла, то тяжело опиралась на костыль, а в другой руке держала складной стульчик, на который садилась погадать.
Сегодня на пляже народу было немного. Погода явно собиралась испортиться, начался ветер, солнышко постоянно закрывалось облаками. Народ потянулся с пляжа в корпуса лагеря.
Артур открыл глаза и огляделся – на пляже кроме него осталось три-четыре человека, да и те собирались уходить. Цыганка тяжело шагала на выход, волоча стульчик по земле и поглядывая на небо. Небо темнело на глазах, собирался дождь.
Артур вскочил, оделся, засунул полотенце и книгу в сумку и быстро пошел с пляжа. У ворот пляжа он догнал цыганку. Глядя, как она старается быстро идти, опираясь на костыль, он забрал у нее стульчик со словами “давайте я вам помогу”. Цыганка с благодарностью взглянула на него и наклонила, соглашаясь, голову.
— Тут недалеко, по переулку второй дом, — задыхаясь, сказала она.
К дому они подошли с первыми каплями дождя.
— Пережди дождь на веранде, — сказала цыганка, — он скоро закончится. Нечего зря мокнуть, сушить одежду тебе все равно негде, а запасных брюк у тебя нет.
Над верандой был навес, защищающий от дождя.
Жила цыганка в небольшом деревянном доме с крыльцом и верандой. От дороги дом отделял невысокий штакетник и палисадник, засаженный цветами. Ни собачьей будки, ни самой собаки Артур не заметил.
— Не страшно одной жить? — спросил Артур, оглядываясь по сторонам.
— Почему одной, — ответила цыганка, — ты же не знаешь обо мне ничего.
— Да видно же, двор зарос травой, крыльцо покосилось, штакетник давно не крашен, а слив с крыши держится на одном гвозде.
Цыганка хмыкнула и села на лавку у стола, напротив Артура.
Она положила обе руки на стол, ладонями вверх.
— Положи свои руки на мои ладони, — сказала она, — не бойся, не укушу.
Артур положил руки ладонями вниз на ладони цыганки.
— Смотри мне в глаза, — сказала цыганка, — и постарайся не отводить взгляд.