(Не) брать! (СИ)
В своей внешности меня все устраивает. Все, кроме роста. Быть бы чуть- чуть повыше, а то и ста шестидесяти сантиметров не наберется. А так, все обычное: глаза серые обычные, фигура обычная — ни худая, ни толстая. Вот волосы — тут спасибо маме — густые, ниже лопаток, цвета шоколада — ими я горжусь. Распускаю, правда, редко, неудобно с распущенными и жарко. И когда мое «красиво» заменилось на слово «удобно»?
— Ты там заснула? — раздался голос Аньки из-за двери.
— Иду, — сняла халатик с крючка, повернулась к зеркалу и застыла. Следы от пальцев, от губ….чьих-то губ. Они повсюду! Черт! Провела рукой по ключице и ниже к груди, отметены были везде, и как вспышка: тяжелое мужское дыхание на моих губах и поцелуй. Резко втянула воздух носом, по телу прошла небольшая дрожь. Быстро одела халат, плотно запахнула и покинула ванную.
— Пошли. Кофе сделала, на балкон чашки отнесла.
— Спасибо, дорогая, — улыбнулась я.
— Ну? — отхлебывая горячий напиток, вопросительно уставилась Аня.
Я шумно выдохнула и произнесла.
— Ань, я ничего не помню.
— Как это? — недоверчиво уставилась на меня подруга.
— Вот так вот, Ань, вот так вот! Помнишь, я тебе рассказывала про выпускной в школе? Вот это примерно оно.
— Мда…приехали, — немного помолчала. — И на каком моменте ты потеряла память?
— Ну, помню, как в клуб входили, как у сцены плясали…
— А хорватов? Хорватов помнишь?
— Каких хорватов?
— Ну те, которые пришли чуть позже? Мы еще с тобой их столик заняли. Потом мы их поздравляли с победой сборной Хорватии по футболу. А потом Вы с одним из них лед друг другу за шиворот запихивали.
— Лед? А лед откуда?
— Из ведерка. У них там водка была, в ведерке со льдом, — со смехом сказала Аня.
Я как могла напрягала память. Смазанные картинки стали всплывать в голове, правда пока смутно и хаотично. Я не видела лиц. Отрывками вспомнила какую-то возню. Вот парень подбегает, вот что-то пихает за шиворот, холодно и мокро. С победным криком отпрыгивает, смеется. Я беру лед и вокруг стола за ним бегу. Вот он перехватывает меня, поднимает на руки и ставит на стол. Стопки, стаканы падают, что-то липкое проливается на мои ноги в босоножках. Я смеюсь и танцую.
— Боже, как стыдно! — провыла я, опуская лицо в ладони.
— Да, ладно тебе. Ничего ж такого! Ну, пошалили. Подумаешь.
— Так это был хорват? — скорее самой себе, чем Ане сказала я.
— Ну да. Они болельщики за сборную Хорватии. Мы с тобой их поздравляли с победой команды, — еще раз зачем-то повторила Аня.
— И неплохо так поздравили, судя по всему, — ухмыльнулась я.
— Ты о чем?
— С кем из них я уехала? С парнем, которому лед запихивала в футболку? С ума сойти, изменить первый раз мужу и с кем? С фанатом сборной Хорватии! — не переставала причитать я.
— Что? Неееет! Ты что! Не хорват. Другой был парень. Ты его Зорро называла. Там грек какой-то к тебе пристал, парень отбрил его. Не знаю кто по национальности. Но он нечто! Думаю, ты с ним уехала. Такой симпатичный, с татухой. Ну, я тебе скажу с таким и не грех..! Стоп! Изменить? Ты сказала изменить? — Аня в неверии уставилась на меня.
— Грека? Какого грека? — безэмоционально, скорее, уже устало спросила.
— А такой с бородкой, он еще на танцполе все вокруг тебя крутился. А потом ты куда-то с ним ушла, а вернулась с этим, с татухой. Так ты реально про измену?
Я попыталась напрячь память снова. В сознании мелькнул какой-то мужик, но кроме растительности на лице, ничего о нем не вспомнила. Он зачем-то меня куда-то тащил за руку. Я пыталась спросить куда и зачем, а он повторял: «сейчас, сейчас». А потом голос, мужской голос, сильный такой, говорит что-то на английском и одно слово по-русски:
— Пошли.
Берет меня за руку и уводит обратно в клуб. От воспоминания даже ладошку стало покалывать. И снова неоновый свет, музыка и я с этим молодым человеком. Но мы почти не двигаемся, стоим. А почему мы стояли? Почему не танцевали? Все вокруг мелькает, а напротив он. Глаза. Они блестели в темноте. Они гипнотизировали и как-будто звали за собой. И руки его на талии. И тепло по телу. А потом…
— О, Боже! — опять застонала я. — О, Боже! — повторила еще раз, качая головой.
— Что такое? Ты меня пугаешь, Поль.
— Я вспомнила! Я сама его поцеловала! Я сама его притянула! Какой стыд!
— Потапова, ты чего? Ну, подумаешь? Ну, поцеловала и поцеловала. Это ты про татуированного?
— Да! Ты не понимаешь, я его не просто поцеловала. Я с ним проснулась в одной кровати сегодня!
— Это я уже поняла. И прям мне не терпится все-таки узнать подробности! — помолчала пару секунд и выпалила как из пулемета череду вопросов. — И как он? Как все прошло? Сто пудов он бог в постели, да? — глаза Аньки возбужденно заблестели.
— Ань, я ж говорю, что ни фига не помню. Только сейчас что-то вспоминать начинаю, благодаря тебе.
— Ну, а он-то, что сказал? Утром что-то сказал? Или вы руки друг другу пожали и разошлись?
— Он спал. Когда я уходила, он спал. Я не хотела, чтобы он проснулся. И так фигово, еще не хватало мне разбираться с незнакомым мужиком, — помолчала, отпила кофе. — Но знаешь что?
— Что?
— Мне кажется, я начинаю вспоминать. Не все, а так, отрывками. И еще, он был русский, или, по крайне мере, говорил на нашем языке, — вспомнила опять дыхание его губ на своих и снова эта непроизвольная волна прокатилась по телу.
— Раз начала вспоминать, значит все вспомнишь. Такс, а сейчас давай-ка в купальники и на море. У нас полтора дня осталось. Сегодня полдня и завтра день и домой к работе, тарелкам, проблемам. Бррррр, думать не хочу, — с этими словами Анька встала со стула и двинулась вглубь номера.
Мда уж. Вспомнить я, может, и вспомню. Но абсолютно не уверена, что оно мне надо. И еще один вопрос меня волнует сейчас — что делать с фактом измены мужу? Наверное, стоит придерживаться старой доброй аксиомы: «Что было на курорте — останется на курорте». И никто ничего не узнает. С почином тебя, Потапова, с почином!
А как все хорошо начиналось! В начале июля решено было полететь на пять дней в Грецию, на остров Родос. Пять волшебных дней без работы, без бытовухи. Пять дней, в которые я и все мое свободное время будут принадлежать только мне самой. Документы готовы, чемодан собран. И вот она — маленькая, но свобода! Чудесный остров, чудесная страна, милый отель, солнце, море. Что еще для счастья надо? Первые два дня прошли спокойно, просто великолепно: плавали, загорали, пробовали местную кухню, вечером гуляли по набережной. А потом наступил этот день. Утром, как у всех — пляж, а вечером нас ждал чемпионат мира по футболу: игра России с Хорватией в четверть финале. Нет, я не была ярой болельщицей, в отличии от Аньки. Естественно, пропустить трансляцию игры та никак не могла. Быстро сориентировавшись на местности, Анька потащила меня к бару через дорогу от отеля. Уселись за стол, заказали себе по кружечке холодного пива и уставились на экран большого плазменного телевизора. Потом наши забили гол и в честь этого бармен принес нам по стопочке узо. На мои привычные возражения «я не пью» и «мне и бокала пива хватит» Аня парировала, что я не патриот и вообще желаю проигрыша нашей команде. Я не желала, а потому повелась на ее уговоры. Примерно часа через два напряженной игры, в которой, к слову сказать наши, к сожалению, уступили со счетом 3:4, мы выплывали из бара в не самом трезвом состоянии, но с настроением поплясать. Добрались до клуба, который располагался недалеко от набережной. Ну, а дальше? Дальше Вы все уже знаете. Ну или знаете ровно то, что на данный момент знаю я.
2
Спустя 3 месяца
— Поль, я тебе говорю — это очень крутой заказ. Я сказала, что найду лучшего из лучших! И это ты! — настаивала Аня.