Дайте мне меч, и я переверну мир! Том 1 (СИ)

– Эрик, – гневно прогрохотал он. – Какого черта, ты прячешься за шторкой?!
– Я не прятался! 
– А что тогда, девок зажимал? – отец заглянул за штору. – Лучше бы девок... – растеряно пробормотал он. – Во имя всех ликов Триликого, какого черта ты прячешься за шторкой да еще и с Филом?!
– А какого черта ты высматриваешь меня за шторками?! – не найдя чем оправдать себя и вместе с тем оскорбленный до глубины души грязными подозрениями, я решил, что лучшая защита это тупое нападение. 
– Эрик, твои клоунады уже просто ни в какие вороты не лезут! Если ты вдруг забыл, мы объявили, что ты будешь драться. Или может ты решил сменить противника на меня? Я бы с удовольствием сейчас выбил из тебя всю дурь!
– Давайте уже в порядке очереди, – попросил я. – сейчас у нас Роджер!
– Так иди тогда и дерись! И только попробуй проиграть! 
Я стал пробираться к центру залы. Зрители, уже насытившись хлебом, расселись по лавкам в ожидании зрелищ. 
– Эрик, – вновь окрикнул меня девичий голосок на полдороги.
– Да? – я обернулся и встретился с прозрачными голубыми глазами дочери Ганса. – Мы с мамой заключили пари.
Она кивнула на женщину сидящую неподалеку. В этот момент я очень посочувствовал Гансу. Женщина была, откровенно говоря, страшной как все мои две жизни вместе взятых. Желтая кожа, обрюзглый живот, глаза мутные, как у рыбы и злое выражение лица. Единственное, что в ней можно было назвать красивым, это черные смоляные волосы, как у дочери. 
– А мне то что? – довольно грубо поинтересовался я. 
– Я поставила на тебя своего племенного жеребца! – пожала плечами дочь Ганса. – Маме он не нравится за его норов, если проиграешь, его искрутят на колбасу! Всем известно, что у тебя нет шансов против Роджера.
– Зачем же поставила на меня, от коня решила избавиться?
Девчонка была до омерзения вздорной и избалованной. До меня вдруг дошла отвратительная истина, а ведь маленькая стерва не только дочь Ганса, но и сестра Фила! Подумать только. Сравнить эту гадину и милого рыжего котенка – Киру. Небо и земля! 
– Нет! Отчего-то, я вопреки моей матери и здравому смыслу верю, что ты побьешь этого Роджера. 
– Ну и верь на здоровье! – процедил я, собираясь идти мимо, но девчонка вдруг вцепилась в меня своими ручонками.
– Эрик, – доверительно произнесла она, заглядывая мне в глаза. – Ты его победишь! – Она выпустила меня и с кривой насмешкой добавила: – И матери придется раскошелиться мне на новенький экипаж.
– Я с удовольствием на него посмотрю, – улыбнулся я ей, желая одного свернуть этой курочке её маленькую головку. 
– Возможно, я даже разрешу вам прокатиться в нем со мной, – кокетливо заверила девчонка. 
– А вот это вряд ли… Я даю вам слово, что в этом случае возьму свой меч избранного и расхерачу ваш новый экипаж, так, что в нем больше никто и никогда не прокатится.
Дочь Ганса ошеломленно охнула, а я, наконец-то, смог пройти к импровизированному рингу, там, где меня уже и поджидал Роджер. 
Толпа ожила. Я почувствовал энергию исходящую от этих людей. Вязкая, ленивая, но вместе с тем сильная. 
Симпатии распределились примерно шестьдесят на сорок, и я был в меньшинстве.
Дела мои, кажется, были хуже не придумать, если эти люди симпатизировали такому уроду, как Роджер, только за то, что он собирался биться со мной. Ничего, симпатия толпы изменчива, я их еще перетяну на себя.
Роджер церемонно поклонился, мне пришлось сделать то же самое. Хотя все во мне ощетинилось от этого жеста, но традиции соблюдать иногда просто необходимо.
Я материализовал меч. Клинок мелко дрожал, предвкушая битву. Ох, и наскучался он по хорошим дракам. Меч сбалансировал свой вес, так чтобы быть удобным для меня в бою. Я мысленно поблагодарил его за заботу. 
Роджер тоже материализовал свою железяку, но нападать не спешил, впрочем, как и я. Мы медленно, не отрывая друг от друга взглядов, очерчивали круг. 
Я понимал, что Роджер не станет нападать первым, чтобы сохранить преимущество. Ведь защищаться всегда легче, чем атаковать. Я почувствовал, как в толпе начинает зреть злое нетерпение. 
 
– Давайте! Хватит медлить! – раздались выкрики. 
Ну и черт с тобой. Я на пробу нанес удар. Роджер легко отбил его. И попытался воспользоваться брешью в защите, но я был начеку и тоже легко отразил атаку.
Роджер оскалился.
– Скучно! – отчетливо услышал я голос дочери Ганса. 
Ну что ж гадючка сейчас тебе будет весело. Я что есть силы замахал мечом и быстро почувствовал, что выдыхаюсь, чем и воспользовался в итоге Роджер. Здорово так рубанул мне по плечу. К счастью, зацепило меня слегка – я успел увернуться. Но всё равно брызнула кровь. 
Я стиснул зубы. Оборону не сдал. 
До слуха донесся всхлип Стеллы – волнуется за меня. 
Бой остановился, между нами встал начальник дворцовой стражи Том.
– Господа, – торжественно произнес он. – Первая кровь! Я должен спросить. Ваша светлость, Эрик, вы желаете сдаться?
– Нет, – процедил я, зажимая кровь рукой.
– Тогда объявляю пять минут перерыва. 
Роджер, проходя мимо, прошипел:
– Дышите, ваша светлость, глубже. Пока можете.
Я оставил его дурацкое высказывания без ответа. Тратить силы на глупую болтовню можно только в тупых рыцарских фильмах. 
Ко мне подошел отец и туго перевязал рану. 
– Почему забываешь про защиту! Почему ведёшься на провокации? – недовольно проворчал он. – Будь Роджер более умелым бойцом он уже давно бы отсек тебе голову! И не забывай про ноги!
Пришлось снова стерпеть. Потому как отец был прав.
В центр снова вышел Том и объявил о продолжении боя.
На этот раз Роджер не стал медлить, а решительно пошел в атаку. Я отбивался, пытаясь опираться на свои соколиные возможности. Но меня отвлекало какое-то назойливое чувство. Эта заноза мешала мне действовать. Сковывала все мои способности. 
С досадой я понял, что это банальный страх. Однако боялся я отнюдь не Роджера, не эту бестолковую изменчивую толпу и даже не поражения. 
Боялся я себя. Боялся силы, что пробудилась во мне с дарами сокола. Она бурлила, рвалась, а я, вместо того, чтобы дать ей волю, тратил весь свой ресурс на сдерживание и ее контроль. А что если?..
Погрузившись в себя, я на мгновение потерял связь с действительностью. Роджер же, не будь дурак, воспользовался моим замешательством и пошел на сближение. Крепко вдарил мне кулаком в челюсть. 
В голове закружились звездочки. Я усилием воли удержал сознание.
Роджеру не удалось довершить успех только благодаря тому, что мой меч, в отличие от меня не сплоховал и отразил метящий в живот удар.
Я облизал губу. Во рту появился вкус металла. 
В дело вновь вступил Том. Встав между нами.
– Ваша светлость, Эрик, – как через вату донесся его голос. – Вы желаете продолжить бой?
– Да! – прорычал я. 
– Объявляю перерыв! Пять минут. 
Я отошел на край ринга. Ко мне снова подскочил разъяренный отец.
– Эрик, какого черта ты витаешь в облаках! – сердито прошипел он. 
– Познаю себя, – все же выдал я, через сбитое дыхание. 
– У тебя остался последний шанс на победу! Если Роджер в третий раз пустит тебе кровь, то Том и зрители могут решить судьбу боя в пользу Роджера без твоего на то позволения. 
– Не честно! – взвыл я. 
Я точно помнил, что, когда оговаривались правила, этого нюанса никто не говорил. 
– Этим правилам сто лет в обед! – удивился отец моему негодованию. – Или ты у сэра Артура занимаешься так же плохо, как и тренируешься?!
Я растеряно глянул в толпу зрителей. Там, застыв с подносом в проходе между лавками, стоял бледный Фил. Он с тревогой смотрел в центр зала на меня. 
Какой-то знатный толстяк, проходя мимо, толкнул его.
– Что встал здесь?! Пшел! 
Эрик послушно склонил голову. 
Перерыв был окончен. Итак, у меня остался последний шанс замочить этого гада. Шанс, которым я должен воспользоваться во что бы то ни стало.