Дайте мне меч, и я переверну мир! Том 1 (СИ)

После боя, надо будет эту ситуацию получше изучить. Поговорить и с девчонкой, и с этим пареньком, чего они как крысы. Не думаю, что отец не согласился бы помочь парню после такой трагедии, и воровать бы никому не пришлось. 
Не нравился мне этот скелетон, от него какой-то продирающей до костей жутью веяло. Но не я собирался с ним бежать, а сердце женщины, это та еще головоломка. 
Я встал сам. Хотя опять не выспался. Тело было ватное. Я пошел и принял контрастный душ, немного взбодрило. Пошел тренироваться. Даже если отец психанул, и не придет, мне все равно нужно было немного размять мышцы перед боем. Но отец пришел, а Роджер нет. 
Я сосредоточился на применении своих соколиных навыков. И пару раз мне даже удалось поймать удачу за хвост. 
Вдруг отец схватил меня за плечи и внимательно всмотрелся. 
– Вот как, – удивился он. – Я поздравляю, мальчик, за какие-то неведомые заслуги, скорее всего, моими молитвами, Триликий пожаловал тебе второй уровень силы. И что-то есть еще, но не пойму что… В любом случае у лорда Роджера третий уровень. И навыки владения мечом куда лучше твоих. Так что, я в последний раз тебя спрашиваю, ты уверен?
– Уверен, – твердо ответил я, удивлённый словами отца о втором уровне. 
Что именно отец имел ввиду? И почему сразу второй? Неужели мои полёты в облике сокола так помогли мне? Или тренировки? Ладно, разберусь с этим позже.
– Так тому и быть, – кивнул отец. – На сегодня тренировка окончена. 
Шансы у меня были неплохие. После слов отца о втором уровне я резко поверил в себя и шел довольный, мечтая завалиться в ванную. И хорошенечко там отдохнуть. 
И застыл на полпути. Из соседнего коридора до слуха донесся приглушенный разговор.
– Фил, мне очень жаль, что так случилось с твоей матерью, – различил я голос лорда Ганса.
– Ясно, – безэмоционально ответил Фил. 
– Мы обязательно найдем преступника, – горячо пообещал лорд Ганс, – и он понесет за это ответственность. Герцог обещал мне. 
– Ясно, – опять бесцветно согласился Фил. 
– Ну что ясно?! – теряя терпение, сердито поинтересовался Ганс. – Ты считаешь меня виноватым, да? 
– Нет, – спокойно возразил Фил, – это моя вина. Я как единственный мужчина в семье должен был защитить маму и сестру.
– Фил…– с какой-то затаенной болью пробормотал Ган. – Это не твоя вина, это тот негодяй…
– Сэр Ганс, чем я могу вам помочь? – перебил Ганса Фил. – Могу почистить ваши сапоги, или постирать белье. Если приказаний нет, разрешите мне идти, у меня сегодня много дел.
Я понял, что Фил может быть и очень жестким, вроде бы и словам он Ганса не попрекнул, а так прям тонко дал понять отцу, какое он дерьмо. При этом на людях отца Фил всегда защищал. Я в очередной раз сделал себе пометку, что пацан он дельный. 
– Фил… – умоляюще прошептал Ганс, оборвал себя, тяжело вздохнул. – Да, иди, конечно, иди, если тебе нужно. 
Фил свернул в правое крыло и пошел по коридору ко мне навстречу. Такой понурый и сердитый, что даже и не заметил бы меня, если бы я его не окрикнул.
– Эй, Фил, привет, ты чего такой? – надеясь вывести друга на откровенность, схитрил я.
– А, Эрик, привет. Да, скажи, ты не видел случайно Изи? – вдруг поинтересовался Фил, и на всякий случай пояснил. – Кухарка, такая хорошенькая…
– Нет, – соврал я, – а что?
– Она вчера попросила ей утром помочь настряпать пирогов, ей по делам нужно было куда-то сходить. 
– И часто ей нужно по делам? – поинтересовался я, скрещивая руки на груди. 
– Мне не трудно ей помочь, – пожал плечами Фил, уставившись в пол. 
Мне прям захотелось взять и хорошенечко встряхнуть друга. Он был похож на пай мальчика отличника, которого взяла в оборот школьная красотка. Он ей всю домашку делает, портфель таскает и даже дышать забывает в её присутствии, она же и спасибо-то не всегда соблаговолит сказать. Виляет хвостом перед другими, а этот дурак будет прозябать в вечной френд-зоне, пока она замуж за какого-нибудь идиота не выйдет. 
 
Нельзя так с бабами, им волю дай – они на шею сядут и ножки свесят. Не зря сам Пушкин, знатный ловелас, говорил: «Чем меньше женщину мы любим, тем больше нравимся мы ей». Бестолковой бабе, как сучке, нужен хороший хозяин и крепкий поводок, а в некоторых случаях еще и намордник не повредит.
Но это так просто не втолкуешь, такая мудрость достигается в основном только методом проб и ошибок. 
– Что в этот раз пошло не так? – сдержав раздражение, спросил я. 
– Я постряпал пироги, а ее все нет. Я не умею их печь. А если Альфред спохватится, то ей несдобровать. Сегодня на кухне уйма работы. Гостей кормить. 
Вот и первый урок для Фила. Однако не повернулся у меня язык, сообщить Филу, что его зазноба, скорее всего, свалила в закат с тощим уродом. 
– Пойдем, у меня есть немного времени, помогу тебе, – вздохнул я. 
– Спасибо, Эрик! Но чем ты поможешь? Ты разве умеешь печь пироги? 
Что я всегда умел делать мастерски, так это хорошо готовить. Меня с раннего детства родители оставляли надолго одного дома – у всех с утра до вечера была работа, поэтому обслуживать себя сам я научился лет так с пяти. Потом долгая холостяцкая жизнь. 
Да бабы вообще готовить не умеют, я сколько испытывал их на это дело. Не-е, хочешь сделать вкусно, делай это сам! 
– Я на этом деле собаку съел! – заявил я.
Фил покосился на меня с опаской. 
Оказалась, печь пироги я умел на нормальной современной плите, но никак не в печи. В итоге, мы сожгли все к черту, при этом горелое умудрилось быть еще и сырым. На кухне бедлам, вонь, дым. Мы же оба все угваздались в муке и к тому же смертельно устали.
Прибежал Альфред. Старик обвел ошеломленным взглядом кухню, сначала смертельно побледнел, а потом на лице его выступили багровые пятна. 
Он выхватил нас и за шкирку вытянул из дымового облака. 
Старик был по-настоящему взбешен. И я понял, что здесь меня уже никакой титул не спасет. 
– Что вы здесь устроили, во имя всех ликов Триликого?! – изменяя своей обычной сдержанности, взревел Альфред. 
Фил от страха потерял дар речи и как рыбка беззвучно шевелил губами. 
– Мы тут пирожками балуемся, – как нашкодивший мальчишка, пробормотал я.
Я думаю, если бы не субординация Альфред сунул бы мне эти злосчастные пирожки в жопу. 
Но он решил найти более безопасную цель для своего гнева. 
– Где эта вертихвостка, Изи?! – требовательно спросил он у Фила. 
– Мы не знаем, – жалобно пискнул Фил.
– Чем я теперь буду кормить гостей?! – в отчаянии поинтересовался старик, глядя на нас как на исчадия ада.
– Э-э-э, а давайте, бутеры замутим, – чувствуя себя виноватым, предложил я. 
– Вы оба, – старик махнул рукой, – делайте что хотите, но, если к ужину не будет мало-мальски приличной еды, Фил, не обессудь, я попрошу Тома тебя выпороть! А на вас, ваша светлость, нажалуюсь вашему отцу. Тоже не обессудьте!
А мне даже понравился такой подход Альфреда. Он посулил наказания нам обоим, так как мы были виноваты оба. Не стал лебезить передо мной и срывать злобу только на Филе. Это было справедливо, и я еще больше зауважал старика. 
  
Глава 15
 
Я ненавидел эту ведьму Изи, нашла время усвистать со своим приятелем, могла бы хоть дождаться пока гости разъедутся. Неблагодарная тварюшка, а я-то голову ломал, зачем она столько жрачки наворовала, ведь это ж и за неделю не съесть, особенно если ты ходячая анорексия, а Изи просто с запасом взяла, в дорогу.
И все равно, что-то тут не сходилось и это подбешивало меня еще больше. 
Я умаялся с этой готовкой. Фил виновато пытался меня сослать с кухни, но без меня он ничего бы просто не смог сделать при всем своем желании. 
Мы с Филом справились. Наделали легкие салатики и бутеры. А эти знатные лодыри сочли это милой экзотикой.