За порогом 3. Рыцарь белого единорога

Димахер был явно быстрее Александра, но, когда на соперниках доспехи, а мечи затуплены — это преимущество реализовать не так просто. Впрочем, неизвестного рыцаря данная проблема явно не смутила, сделав несколько шагов вправо-влево, он перешел ко второму раунду.
Удар — щит, удар — Серов успевает заблокировать мечом, удар — отшаг. Справа через руку прилетает удар в голову, в последний момент капитан доворачивает голову и меч скользит по стали шлема, лишь вызывая небольшой звон в ушах. Еще отшаг: нужно несколько секунд, чтобы сориентироваться, однако противник старается этого времени не дать — несколько ударов в верх щита, после чего атака в открывшиеся ноги.
Удар металлической полосой, даже не очень острой, даже сквозь плотные кожаные штаны — это больно. В этот момент Серов понял две вещи: первая — что победить он не сможет, он просто проигрывает оппоненту в умении, вторая — если он прав и все было подстроено, то сейчас его будут убивать, чего совсем не хотелось бы.
Мысль мелькнула со скоростью света на задворках сознания и растворилась в накатывающей боли — что-то в ноге кажется повредилось — а капитан принял единственное верное в этот момент решение. Правая ладонь разжалась — все равно мечом достать верткого соперника он не успевал — а здоровая нога выдала самый сильный толчок, на который была способна, отправив тело в короткий полет. Полетом это конечно назвать сложно, капитан скорее направленно упал, воспользовавшись преимуществом в массе перевел борьбу в партер, где и поврежденная нога не была столь важна.
Димахер такого явно не ожидал, иначе бы просто принял Александра на выставленные клинки, и на этом бы все закончилось. Когда же противники вошли в клинч, даже короткие пехотные мечи были уже неудобны, а потому вооруженный щитом в левой руке капитан еще и в оружии получил преимущество.
Удар о песок ознаменовал конец короткого полета, выбив из неизвестного рыцаря воздух и отправив в легкий нокдаун. Падать на спину в доспехах — это всегда занятие не слишком приятное, а когда на тебя дополнительно приземляется, туша в центнер с небольшим веса, становится совсем не до шуток.
Ну а дальше Серов без затей, ухватив щит двумя руками начал методично вбивать его в голову лежащего на спине врага. Первые несколько ударов тот еще пытался защищаться — заслонялся руками, пытался бить Серова по туловищу и вообще куда достанет, в конце концов попытался перевернуться и скинуть с себя неожиданного седока, — но тщетно. Александр отлично понимал, что если позволит сопернику встать, то с поврежденной ногой сопротивляться не сможет никак, поэтому держал из всех сил. Держал и бил.
На пятом ударе тонкий, дополнительно перфорированный для обзора и дыхания, фронтальный металлический лист шлема не выдержал издевательства над собой и прогнулся. После шестого удара из-под шлема показалась кровь, а после седьмого соперник перестал дергаться окончательно. Добавив для верности еще пару ударов, Серов бросил это неблагодарное дело и попытался подняться, однако повреждённая нога подломилась, и барон упал на одно колено.
Вокруг, меж тем, бесновался стадион. Такое зрелище — фехтование с элементами вольной борьбы — здесь видят не часто. Как это часто бывает бывший любимчик был мгновенно забыт, а трибуны во всю приветствовали нового героя, стоящего перед ними на одном колене. Понятное дело, что кланяться зрителям Серов не собирался, однако адреналин, гнавший его до этого момента, вперед начал понемногу вымываться из крови, и сил на то, чтобы встать на ноги, просто не было.
Капитан дернул за ремешок на подбородке и с отвращением сбросил шлем. В этом закрытом ведре был отвратительный обзор, да и дышалось отвратительно, но надо признать, что в одно мгновение Александра он спас.
К поверженному противнику подскочили целители — сразу два зачем-то — и начали что-то шаманить, глашатай тем временем констатировал и так всем очевидный результат боя.
— Победителем объявляется барон Серов, выступающий под гербом с белым единорогом в лазоревом поле. Он проходит в следующий круг нашего турнира.
 
Окинув взглядом песок вокруг себя капитан увидел валяющийся тут же меч, подобрал его и опершись на клинок как на трость тяжело поднялся на ноги, еще раз окинул взглядом беснующихся зрителей и развернувшись похромал на выход. Сейчас бы чашку чая с шоколадкой, книгу интересную и под одеяло, а не вот это вот все.
Соревнования пеших бойцов проводились в течение двух дней, поэтому до вечера у Александра оставалась только одна схватка, перед которой нужно было отдохнуть, перекусить, подлечиться и решить, что делать дальше. Благо целители наконец обратили и на него внимание и буквально за пару минут вернули его конечности тот вид, который и задумывала природа. Без дополнительных вентиляционных отверстий.
Вызывать барона Понтер, который аналогичным образом успешно преодолел второй круг турнира, Серов так и не решился. Слишком уж много впечатлений оставил по себе неизвестный обоерукий боец, и хоть физически капитан, по сути, был в порядке, морально бой дался ему очень тяжело. Еще одного сражения не на жизнь, а насмерть Александру не хотелось совершенно. В итоге слепой — ха-ха — жребий свел его с еще одним вольным бароном, так сказать коллегой, который во втором туре не без проблем одолел какого-то рыцаря с запада. По мнению всех, кто смотрел его поединок — Серов в этот момент отлеживался, ожидая, когда нога окончательно придет в себя — барон ничего не показал, и преодолел два тура соревнований исключительно из-за еще большей слабости соперников.
— Ваша милость, приготовьтесь, следующий выход — ваш, — протиснувшись сквозь обступившую Александра группу поддержки, сообщил маршал.
— Давай, капитан, заканчивай с этим быстрее и ужинать пойдем, — Ариен похлопал барона по плечу, всем видом показывая, что пришел только для того, чтобы поддержать друга. На самом же деле маг только что влил в Александра здоровую порцию магического допинга, наполнив его энергией под самую пробку. Серов заранее узнавал: нигде в правилах на это регламентировалось, в отличие, например, от прямого запрета употреблять усиливающие зелья или накладывать аналогичные по действию заклинания.
— Иду, — Серов бодро поднялся с лавки. Вливание энергии открыло, что называется, второе дыхание.
Снова короткий каменный тоннель, арка, за которой желтое озеро мелкого речного песка. Солнце уже зашло за край Арены и распорядители «включили» дополнительную подсветку: несколько десятков огромных масляных светильников установленных по периметру трибун. Хотя возможно сделано это было больше для антуража чем для освещения — день еще достаточно длинный и проблем с тем, чтобы рассмотреть происходящее внизу у зрителей и так не было.
Глашатай меж тем объявлял последнего на сегодня противника.
— Барон Горин из Вольных баронств, три горизонтальных серебряных полосы в зеленом поле.
Упомянутый барон для боя с Александром предпочел упаковаться в доспехи поосновательнее: кроме длинной кольчуги с нашитыми на груди пластинами, бедра рыцаря прикрывали металлические поножи, которые вкупе с наручами и кольчужными варежками вполне тянули на комплект тяжелой брони. Не совсем обычный для местных выбор.
Представление Александра вызвало вал криков и аплодисментов с трибун, зрителям то, как он сражался, нравилось.
В этот раз в качестве агрессивной стороны выступал именно рыцарь белого единорога. Сказывалась «заправка» энергией, да и подспудное желание закончить все побыстрее и пойти отдыхать толкало вперед.
Не тратя время на разведку, Серов сразу же атаковал косым сверху — простой удар по реакции на который, можно более-менее справедливо судить о силе оппонента. Его можно принять на щит, можно парировать мечом, а можно просто отступить. Барон Горин, не раздумывая принял на щит и сразу же контратаковал тычком в голову. Александр подставил верхнюю часть щита и попытался достать кончиком меча неосмотрительно выставленную вперед ногу, что ему даже удалось, однако сталь поножей легко это касание заблокировала. Тут, как не крути не спортивное фехтования и после касаний лампочка не загорается, нужно что-то более весомое.