За порогом 3. Рыцарь белого единорога

Реймос видя, как барон, по его мнению, слишком щедро, разбазаривает заработанные его непосильными трудами монеты тихо бурчал, вызывая лишь усмешки со стороны Александра. В отличие от своего управляющего, который хорошо справлялся с текущими вопросами, но плавал, когда нужно было посмотреть чуть шире, Серов отлично понимал, что такое стимулирование простых бойцов пойдет только на пользу экономике баронства.
Ну вот куда может потратить обычный боец, вчерашний крестьянин, доставшиеся ему премиальные деньги, учитывая, что и из баронства он особо не выезжает, и соответственно не имеет возможность отдать монеты постороннему дядечке? Только внутри баронства: дополнительная вкусная еда, алкоголь, развлечения, одежда, предметы быта. Еще он может отдать их своим родственникам в деревню, что тоже хорошо: те могут купить более качественное посевное зерно, скотину, рабочие инструменты, которые опять же производят понемногу в Александрове. То есть каждая, таким образом потраченная, монета в итоге вернется в казну баронства прокрутившись несколько раз и оживив внутреннюю торговлю, чего Серов в общем-то и добивался.
К Черному замку вышли без задержек, к обеду второго дня. Объявив привал, сам барон отправился инспектировать крепость, которая за последний год превратилась из статусного строения, символа баронской власти и просто ценного приза в обычное защитное сооружение, на которое базируются патрули и в котором при случае можно переждать вражеское нападение. Александру такие изменения нравились, он видел в них некий символ перехода от феодальной раздробленности к просвещенному абсолютизму. Шаг в будущее, так сказать, «Франция — это я» и все остальное.
Пострадавшая от прошлогоднего нашествия монстров территория, когда юг баронства был изрядно разорен, вновь начала заселяться крестьянами, чем дальше, тем более обильным потоком стекающимися в баронство. Далеко не все хотели жить так близко к барьеру: по сути, от границы Закрытого королевства эту землю отделяло только баронство Плонтер, которое в прошлом году пострадало еще сильнее и до сих пор большая часть его земель лежала впусте — однако особого выбора Серов в этом плане не давал. Какой смысл сидеть друг у друга на головах, когда есть куча никем не обрабатываемой земли. Более того, он порой подумывал, что можно будет и расшириться на юг до самого барьера, если переселенцы и дальше будут валить в его владения. Там свободной земли еще больше.
— Ну что, как тебе? Какие впечатления? — На пятый день, когда уставшая, покрытая пылью с ног до головы колонна с небольшим отставанием от графика — к закату дойти не успевали, но отцов-командиров это не смущало, если нужно можно и по темноте пройтись — подползала к цели похода, Серов и Элей сидя верхом вполголоса обсуждали промежуточные результаты.
— Нормально, — пожал плечами главнокомандующий, он хоть и не ходил на своих двоих, но задолбался не меньше, чем простые пехотинцы, а, вероятно, даже больше, — отставших нет, всех не способных идти несем с собой.
Это было еще одно нововведение Александра: повышает боевой дух, не дает просто так отлынивать, дополнительно нагружает вынужденных носильщиков. Со всех сторон польза.
— Новики, конечно, страдают, они к таким маршам не привыкли, но в целом — лучше, чем я думал.
— Посмотрим, как завтра со всем, что для них заготовили справятся, — согласился с предварительным мнением Серов.
На следующий же день была запланирована богатая программа самых разных развлечений: штурм замка, где часть бойцов нападала, а часть оборонялась, соревнование по стрельбе — на точность и на скорость, упражнения по маневрированию в развернутом строю и так далее. Тамада, как говорится был хороший, и конкурсы интересные. Причем все это делалось в условиях приближенных к боевым: перед штурмом нужно было сначала сколотить лестницы, а во время маневрирования в бойцов летели все те же, успевшие всем надоесть пуще горькой редьки, тупые стрелы.
Ну а в качестве завершающей изюминки, уже в конце дня пятеро лучших учеников Ариена, которые за прошедшее время кое-чему научились, продемонстрировали свои умения на специально для этого построенных мишенях. Черт его знает, на сколько это было эффективно — Александр даже за два года проведенных в магическом мире так и не начал в этом деле разбираться хоть сколько-нибудь прилично — но выглядело эффектно. Вспышки, грохот, огонь, искры, летящие во все стороны куски дерева — красота.
 
Закончились учения, конечно же большой пьянкой. Серов не пожалел и выкатил своим солдатом несколько бочонков вина и водки и велел нажраться до поросячьего визга. Вероятно, это был самый усердно исполняемый приказ в истории. Если бы кто-то пожелал захватить баронство, то в эту ночь смог бы сделать это вообще без сопротивления.
Ну а сам Серов ночь провел с Никарой, которая продолжала гостить в Красном замке на положении гостьи. Барон иногда — не очень часто — бывал тут по делам, и никогда не упускал возможности провести время с красавицей, которая пленила его, нет не душу, а кое-что, располагающееся ниже.
Знала ли о любовнице Мариетта? Скорее всего знала, хотя ни разу этот вопрос не подняла. Что сделаешь: дикие времена, патриархальные взгляды. Иногда в этом есть свои преимущества!
 Интерлюдия 2 
 
Герцогство Тавар было одним из самых маленьких осколков некогда могучей империи. Когда-то очень давно Авенбург был центром второй по значимости имперской провинции, и в бурные годы долгой братоубийственной войны даже какое-то время претендовал на то, чтобы стать новым центром континента. Вот только что-то пошло не так, может момент был выбран неудачно, может с полководцем не повезло, а может наличие в городе второй по значимости на континенте магической академии заставило правителей этой земли переоценить свои силы, однако собравшиеся вместе соседи быстро объяснили предкам нынешних герцогов их полнейшую неправоту.
Часть земель бывшей провинции отошло новообразованному королевству Игел, часть — королевству Аринор, на чьих землях сейчас располагается Ронделийское царство, а большая часть превратилась в территорию безвластия, известную нынче на континенте, как Вольные Баронства.
Можно сказать, что те события даже в каком-то смысле пошли, ужавшейся до небольшого герцогства, провинции на пользу. Утратившие большую часть внешнеполитических амбиций герцоги волей-неволей были вынуждены сосредоточиться на внутренней политике, в коей, и это подтвердит любой хоть сколько-нибудь разбирающийся в экономике человек, изрядно преуспели.
Имея отличную базу для старта, герцоги преумножили ее, превратив Авенбург в один из самых главных культурных, научных и магических центров континента. Да Герцогство Тавар не могло похвастаться большой армией, развитым производством и уж тем более — земледелием. Сложно развивать земледелие, когда большую часть площади государства занимает столица с пригородами. Ну ладно — не большую, но весьма значительную.
Герцоги, возможно, лучше всех на континенте научились использовать «мягкую силу»: магическая академия считалась одной из лучших, работал и исправно принимал каждый год в свои стены студентов университет, дающий образование всему окрестному дворянству, при дворе герцогов всегда было не протолкнуться от разного рода менестрелей, писателей, художников и прочих людей искусства, восхваляющих своего патрона и создающих моду на все Таварское. Лучшие театральные представления, лучшие рыцарские турниры и регулярные общегородские праздники. Город студентов, магов и художников, который никогда не спит.
Напасть в таких условиях на маленькое государство — поссориться со всеми соседями одновременно, навсегда заиметь репутацию сатрапа и душителя свобод, а главное пользы от такого действия будет — чуть. Без своей репутации, без людей, слетающихся подобно мотылькам на свет знаний и просвещения, эта земля не будет стоить ничего. Ценный приз мгновенно, подобно цветку в умелых руках фокусника, превратится в разноцветный дым, который будет унесен прочь первым же дуновением весеннего ветра. Что же касается невиданных богатств герцогов, которые якобы хранятся в подвалах и лишь ждут, когда до них доберутся загребущие лапки какого-нибудь авантюриста, то любому более-менее здравомыслящему человеку очевидно, что при тех тратах, которые правители маленького государства себе позволяют, о богатых закромах можно только мечтать. Владетели же государств обычно — здравомыслящие люди, не все конечно, но думается что их процент среди правителей точно больше, чем в среднем по населению. Специфика работы, все же, как ни крути, предполагает некий уровень умственной деятельности, без которого не обойтись.