Нелегал.Том I (СИ)
— А где Касатон? — спросила брюнетка, оглядевшись.
Ответить я не успел, меня опередила Ирина.
— А вы по какому вопросу, гражданка? — поинтересовалась она на редкость противным голосом. — Записывались на приём?
Лицо Эли от изумления вытянулось, а нос будто бы даже стал ещё крупнее.
— Я по личному вопросу! — объявила она, совладав с удивлением, и подбоченилась. — А что?
— В рабочее время решение личных вопросов неуместно! — отрезала Ирина и раскрыла какую-то тетрадь. — Ну так что — на приём будем записываться или как?
Эля лишь фыркнула и отправилась восвояси, а Касатон выждал немного, выглянул из-за двери и показал Ирине большой палец, а мне предложил:
— Давай через чёрный ход.
Мы выбрались из корпуса и отправились в столовую, я с усмешкой спросил:
— Любовь-любовь?
Касатон досадливо отмахнулся.
— Да какой там! Если б действительно по личному вопросу пришла, то и бог бы с ней, но она ж точно свой проект рекламировать собиралась! У меня эти гипнокоды уже в печёнках сидят!
— Пробивная.
— Не то слово! Знал бы наперёд — вовек бы не связался!
От выражения сочувствия я тактично воздержался.
На вечернюю тренировку по рукопашному бою явились три калеки. Это не я придумал, это так нас Малыш обозвал. Ещё командой инвалидов поименовал, что тоже было не так уж далеко от истины.
— Клевец и Полушка, дуйте к Митричу на ножевой бой. Скажите, я распорядился. — Он обернулся и гаркнул: — Жёлудь, не спи! Два круга тебе!
— За что⁈ — возмутился вновь объявившийся на тренировках Митя.
— Бегом марш! — рыкнул Малыш, посмотрел на меня и махнул рукой. — Линь, ты со своими рёбрами на йогу иди. Пока не восстановишься, можешь не приходить. Смысла не вижу.
Я спорить не стал, поскольку был согласен с этим распоряжением на все сто, отсалютовал Карлу и в компании приятелей-пролетариев потопал с полигона в спорткомплекс. Сергей при ходьбе заметно припадал на левую ногу, Илья берёг правую руку, оба выглядели какими-то помятыми, на лицах хватало чуть подживших царапин.
— Это где вы так? — поинтересовался я.
— Да нас обратно в комендатуру на время забрали, — неопределённо отмахнулся Сергей Клевец и замолчал.
Илья оказался более разговорчивым.
— Кто-то наводку на грабителей инкассаторских фургонов дал, мы и сорвались. А в квартале от адреса на обочине фугас рванул. Если б щиты не держали, точно покрошило бы, а так ушибами отделались.
— Лихо!
— У вас, говорят, тоже жарко было?
Я рассказал о последних событиях, потом спросил:
— Матвей с вами был? А то его чего-то не видно.
— Не! — мотнул головой Илья, огляделся по сторонам и, понизив голос, произнёс: — Слышал, штурмовой взвод на захват айлийской миссии при институте отрядили. Но это секрет.
— Чего⁈ — опешил я.
— Ничего! — буркнул Сергей и толкнул приятеля. — Ты чего, блин, языком мелешь?
— А что такого? Все свои!
— Болтун — находка для шпиона!
— Иди ты знаешь куда?
Этим наше общение и ограничилось. Парни отправились на тренировку по ножевому бою, ну а я свернул к залу, отведённому под медитации. Сейчас его занимала группа Горицвета, сам гуру прохаживался от стены к стене, но вопреки обыкновению не наставлял своих учеников, а что-то негромко втолковывал шагавшему бок о бок с ним Льву. Мой бывший одноклассник всем своим видом демонстрировал почтительное внимание.
Я сел в дальнем уголке и погрузился в поверхностный транс, вот только состояния внутреннего равновесия не сумел достичь ни через пять минут, ни через десять. Всё время что-то отвлекало и не позволяло расслабиться. Голоса, шорох одежды, звуки шагов. Потом только сообразил, что дело не в окружении, а исключительно во мне самом. Раз за разом мысли возвращались к Барчуку, его покровителю и папке в кабинете Горицвета.
Просто наваждение какое-то!
Ладно хоть успел взять себя в руки до появления Федоры Васильевны, иначе непременно бы нагоняй получил. А так — отзанимался, делая упор в первую очередь на подстёгивании восстановительных процессов, затем отправился в раздевалку, где наткнулся на Карла, который тяжело отдувался, вытираясь после душа.
— Как-то сегодня совсем немилосердно нас гоняли, — пожаловался он.
— Тяжело в учении, легко в бою! — отозвался я, наскоро сполоснулся и спросил: — Чем сборище в итоге закончилось?
— По проектам-то? — уточнил Карл. — Наш, Феди Острога, Андрея Тополя и бесноватой Эли согласовали, остальных завернули.
— Совсем завернули?
— Кого совсем, кого на доработку отправили. Но от военной кафедры мы одни дальше прошли.
— Ясно, — кивнул я. — И что же — среди студентов евгенические идеи такой популярностью пользуются, раз Острог свой проект протащил?
Карл беспечно отмахнулся.
— Его мы обойдём! — уверил он. — Многие против его инициативы чисто из принципа проголосуют, она заведомо непроходная. Научный факт!
— А Тополь?
— Если подтвердим состоятельность своего предложения объективными расчётами, с Тополем тоже пободаемся. Слишком у него идея заумная. Схемотехника для большинства наших всё равно что тёмный лес. Он это тоже понимает, неспроста же на союз с мозгокрутами набивался!
— С Элей-то?
— С её компанией, — подтвердил Карл начал одеваться и сказал: — Мы сегодня решили всей инициативной группой в «Под пальмой» собраться. — Он усмехнулся. — Там наши суфражистки потом учредительное собрание вечерней школы проводить будут.
Распахнувший дверь раздевалки Лев услышал последнюю фразу и удивлённо приподнял брови:
— Суфражистки?
— Да девчонки из актива военной кафедры. Там среди главных заводил Маринка Дичок и ваша Инга, — пояснил Карл.
— Марина Дичок? — заинтересовался вдруг Лев. — Светленькая такая, стройная?
Здоровяк как-то очень озадаченно глянул в ответ и не слишком уверенно кивнул.
— Ну да. — И он тут же потребовал объяснений: — А что? Знаешь её?
— Видел с Эльвирой Генриховной пару раз, — сказал Лев и пояснил: — Это начальница моя. Они то ли родственницы, то ли просто семьями дружат. Я не понял.
— А-а-а! — понимающе протянул Карл и толкнул меня в плечо. — Так что, Петь, придёшь? Как у тебя со свободным временем?
Я без особого сожаления покачал головой.
— Нет, мне не до кафе. В десять на дежурство, так что давайте без меня.
— Как знаешь.
Карл попрощался и ушёл, а Лев попросил:
— Петя, подождёшь меня? Разговор есть.
Своего удивления я никак не выказал, не стал задавать и уточняющих вопросов, просто кивнул.
— Конечно!
Когда минут пять спустя мы вышли на улицу и Лев предложил присесть на лавочку, я поинтересовался:
— Ты домой сейчас?
— Да, а что?
— Да мне книги надо коллеге занести. Он в вашем квартале живёт.
— А! Приятелю Лии?
— Ему, — подтвердил я и помахал портфелем, который набил дипломными работами, посвящёнными разработке техник раздвоения потенциала.
Мы покинули территорию студгородка и зашагали по тенистой улочке. К вечеру воздух посвежел, но холодно не было, и барышни сплошь и рядом расхаживали в лёгких летних платьицах. Лев разговор начинать не спешил и с интересом поглядывал по сторонам, я его не торопил, хоть уже и начал испытывать нечто сродни беспокойству.
Только б не об Инге разговор зашёл! Ёлки-палки, только б не о ней!
— Да тут Антон в историю нехорошую влип, — сказал вдруг Лев, перехватил мой недоумённый взгляд и пояснил: — Ну Антон Пух, с которым мы инициацию проходили! Рыжий!
— А-а-а! — с облегчением протянул я, сообразив, о ком идёт речь. — И что с ним?
— Да на фронт сорвался, его в Зимске перехватили. Дело на рассмотрение в дисциплинарный комитет передали, а ты ведь там?
— Там, — подтвердил я. — Если дело нам спустили, значит, он при задержании не набедокурил и лишнего не наговорил, а при отсутствии порочащих отметок в личном деле беспокоиться вообще не о чем. Ещё и ускоренные курсы военной подготовки пройдёт.