Нелегал.Том I (СИ)

— Только не переборщи с интенсивностью, — попросила Федора Васильевна, — иначе другим с ними сложнее работать будет.
В итоге за время дежурства я успел частично разобрать позаимствованные у однокашников конспекты, какие-то решил вернуть, какие-то отложил, чтобы переписать. Но это уже не сегодня. Сегодня пойду на тренировку. Ещё были свежи воспоминания о сшибке с Михеем, лениться и халтурить я не собирался. Выход на пик способностей — дело нескольких лет, а кто знает, когда в очередной раз голову в пасть льву сунуть придётся?
— На йогу когда придёшь? — уточнила Федора Васильевна, оценив напоследок состояние пациентов.
— Завтра буду, — пообещал я и отправился в институтский спорткомплекс, но когда переоделся и вышел в основной зал, то обнаружил там что-то вещавшего своим ученикам господина Горицвета, а ни Малыша, ни его подопечных на месте не оказалось.
На глаза попался Лев, он медитировал в дальнем углу, и отвлекать товарища я не стал, вместо этого завертел головой по сторонам. Яков Беляк подошёл и с недовольным видом произнёс:
— Ваши на полигоне!
— Благодарю! — кивнул я заместителю председателя студсовета, который подтянул технику рукопашного боя настолько, что уже самостоятельно проводил занятия для новичков.
Полигон предназначался для отработки боевых воздействий и создания конструкций, чья детонация была чревата масштабными разрушениями, а потому располагался на окраине студгородка, и хоть рванул я туда со всех ног, но и так прилично опоздал, в силу чего удостоился от Александра Малыша не самого тёплого приёма.
— Ну посмотрите только, кто явился! — выдал он, хрустнул костяшками пальцев и распорядился: — Разогревайся в темпе, сейчас начнём!
Я хоть и пробежался, возможность размяться упускать не стал и отошёл к остальным, заодно и перездоровался со всеми. Помимо моих сослуживцев по резервной группе на тренировку подошли Карл и Сергей Брак, которого в наш немногочисленный коллектив включили по протекции Альберта Павловича.
— Наконец-то! — скривился, пожимая мне руку, Максим Бондарь. — Я из-за тебя всё самое интересное пропустил!
Я придержал его, не спеша разжимать пальцы, и уточнил:
— Это как так?
— Да с этими поставили нянчиться! — кивнул Макс в сторону приятелей-пролетариев.
Те в долгу не остались.
— Это ещё разобраться надо, кто с кем нянчился!
— Прекращайте галдёж и разогревайтесь короче, бестолочи! — рявкнул Малыш. — Сегодня без внешних воздействий работать будете! Карл, Матвей, давайте сюда!
— Меня Мефодием зовут, — напомнил студент, но впустую.
— Начали! — дал им отмашку Малыш. — Брак! Ну-ка не филонь!
Бондарь отошёл к турнику, закрутил солнышко, а Сергей Клевец начал приседать и попутно пояснил мне:
— Близняшек в связистки перевели, Пахоту в штурмовой взвод, ещё и Митю непонятно куда услали, вот этот балбес и возомнил, будто контрразведчики его к себе возьмут, а хренушки! Вместе с нами на лесной полустанок отправили снимать с поездов тех студентов, что на фронт намылились.
Я начал делать махи руками и уточнил.
— А это где такой?
— Да на железке до Зимска, — подсказал отдувавшийся после отжиманий Илья Полушка. — С субботы там сидели, вчера только в город вернулись.
— Студентов переловили — жуть! — похвастался его приятель. — Из энергетического техникума тоже народ валом валил. Ну и разных мутных личностей хватало.
«Вы наловили, а мне теперь за вами бумажки оформлять», — мысленно посетовал я, вздрогнул и оглянулся на регбистов, которые сшиблись с такой силой, что земля дрогнула и пыльное облако метров на пять поднялось. При этом таким уж богатырским сложением студенты отнюдь не отличались, упор они в первую очередь делали на оперирование сверхсилой.
Ну да — сверхрегби, всё верно.
— Профанация! — фыркнул проследивший за моим взглядом Карл, который после поединка с Матвеем болезненно морщился и потирал правый бок. — Мы их как котят раскидаем!
— Думаешь? — засомневался я.
— Научный факт! — объявил здоровяк, поднял сброшенное на траву полотенце и протёр им макушку. — Пиво пьём?
 
— Не. Это тебе хорошо — до общежития два шага, а мне домой до комендантского часа успеть нужно.
— Линь! — во всю глотку рявкнул Малыш, который бросил объяснять что-то Сергею Браку, и махнул мне рукой. — Хватит ворон считать! Поработай с Максом!
Памятуя о нашем прошлом спарринге, я на волю случая полагаться не пожелал и сразу задействовал структуру, дублировавшую прохождение сигналов нервной системы. Даже с учётом использования упрощённой вариации этой техники дался мне такой трюк несравненно легче прежнего, не пришлось даже погружаться в медитацию.
— Только не покалечьте друг друга, бестолочи! — напутствовал нас Александр Малыш. — Карл, работай с Браком! Задохлики, живо ко мне!
«Задохликами» тренер поименовал Илью и Сергея, но ершистые приятели-пролетарии и не подумали возмутиться, более того — двинулись к наставнику с откровенной опаской.
— Малыш, как погляжу, не в духе? — указал я на него Максу.
Тот кивнул.
— Контузило в самом начале, вот на фронт и не взяли.
— Серьёзно? Это где?
— Когда обер-полицмейстера брали, — подсказал Бондарь и помрачнел. — А я из-за тебя в это время в лесу куковал…
Стремительный рывок оппонента я едва не прозевал, едва успел сместиться в сторону и сразу задействовал технику закрытой руки.
Блок! Блок! Блок!
— Не сходится! — ухмыльнулся я, разорвав дистанцию. — Обер-полицмейстера должны были в пятницу вечером брать, а вас на железку только в субботу спровадили!
Макс едва уловимым глазу движением скользнул вперёд, но на сей раз я отступать не стал и контратаковал, превратив кулаки в подобие двух чугунных чушек.
Блок! Хук! Прямой в голову!
Соперник вовремя поменял технику и ушёл от прямого столкновения, я шумно выдохнул:
— Да и не твой это профиль!
— Твой, можно подумать! — окрысился Макс.
— Матвея!
Мы вновь сшиблись и, в отличие от наших прошлых учебных поединков без задействования внешних воздействий, Бондарю не удалось перехватить инициативу и получить безоговорочное преимущество, достаточное для победы по очкам.
— Брейк! — крикнул нам Малыш, который уже успел повалять по земле Илью и Сергея, обоих разом. — Линь, давай сюда! Матвей займись Максом, а то он сегодня как сонная муха!
«Довыпендривался», — вздохнул я, но вопреки опасениям тренер так уж сильно не зверствовал, просто решил прощупать меня и оценить нынешнюю форму. Прощупал и оценил, а как после этого я очутился распростёртым на земле с гудящей от удара головой, честно говоря, и не заметил даже.
— Скорость — это немало, — заявил Малыш, протягивая руку, — но техника важна ничуть не меньше!
Я принял его помощь, поднялся и мотнул головой.
— Кто бы спорил!
— Так работай! — напутствовал меня тренер и рявкнул: — Макс, ну хватит уже танцевать!
— Да у нас весовые категории разные! — отозвался Бондарь, который в обычном спарринге ничего Матвею Пахоте противопоставить не мог.
Я отправился отрабатывать удары на боксёрских мешках, Малыш ещё несколько раз подзывал меня к себе, а под конец поставил против Матвея, но к этому времени мы оба уже окончательно выдохлись — пусть я и уступил с разгромным счётом, зато обошлось без нокаута.
— Как дома? — спросил я, когда мы тяжело отдувались после спарринга.
— Все живы-здоровы, — ответил бугай.
— Варе привет передавай.
— Обязательно.
Я стянул промокшую из-за пота и серую от пыли майку, спросил:
— Чем занимался?
Матвей провёл большим пальцем, будто закрывал рот на молнию, после развёл мощными ручищами.
— Велели язык за зубами держать. — Он вздохнул. — А в столицу меня не взяли. Говорят, там другие спецы нужны. Брешут, поди?
— Да нет, — покачал я головой. — Почему брешут? Туда сейчас десантников перебрасывают и особый дивизион. Вот как город зачистят, так и до вас очередь дойдёт.