Законы выживания (СИ)

Это была страшная и безумная битва. Осада Манежра длилась два дня. Неся большие потери, силы Адэ и Верисии пробивались к городу. На исходе первых суток кровопролитных боев, им все же удалось закрепиться за стенами Манежра и занять два района. Но дальше было хуже. Обессиленная и напуганная армия, все больше теряла дух, командиры принимали неудачные решения, смерть таилась за каждой стеной, за каждым поворотом. В общем, в городе союзная армия продержалась всего несколько часов, затем началось отступление, сначала — осторожное, тактическое, затем — неорганизованное и бездумное. Войско визиря гнало врага вглубь пустыни, нанося ему огромный урон.
Осада Манежра окончилась страшно и позорно, не многие вернулись в тыл: кто-то погиб при взятии города, кто-то — при отступлении, а кого-то ждала еще более ужасная участь — сгинуть в пустыне.
Отряд Риона отбился от основных сил и уходил на юго-запад Каваннан, преследуемый кавалерийской сотней. Приходилось несколько раз давать бой. В результате, в живых почти никого не осталось, а графу и, случайно прибившемуся к его отряду Лексу, чудом удалось оторваться от погони и скрыться в пустыне. Только вот Риона во время отступления ранили стрелой в бедро, задев артерию, алхимику пришлось наспех сделать перевязку, наложить жгут и остаток дня тащить на себе раненого в поисках убежища для ночлега. Лишь глубоким вечером Лексу удалось обнаружить одинокую скалу, расколотую пополам. И вот у ее подножья без сил лежал сейчас алхимик, а рядом сидел граф Рион, морщась от боли и, потирая ногу над жгутом.
— Ладно, — наконец, сказал Лекс, принимая сидячее положение. — Там в ущелье, я заметил немного хвороста, разожжем костер, и надо посмотреть, что там с твоей ногой, да проверить наши запасы.
— Не рискованно ли разводить огонь? — засомневался Рион. — Не заметят?
— Не знаю, — Лекс пожал плечами и тяжело поднялся. — Следы уже замело, да и вряд ли они будут преследовать несколько человек. Я думаю и уйти-то нам дали только потому, что были уверенны — пустыня нас прикончит.
— Оптимистичный ты человек, алхимик, — усмехнулся Рион.
— Идем.
После того, как развели костер и провели ревизию припасов, стало ясно — положение их плачевно. Два наполовину пустых бурдюка с водой, спички, оружие, совсем чуть-чуть еды: кусок хлеба, немного сыра и яблоко. Да кое-что из личных запасов Лекса и Риона. У графа — фляга с ромом, а у алхимика — пара зелий и немного ингредиентов: какие-то сухие листья, камешки, порошок и прочий непонятный Риону хлам, в том числе и различные, похожие на медицинские, инструменты.
— На хрена ты все это с собой таскаешь? — в недоумении прошептал граф. — Какая от этого всего польза в бою.
— Такая же, как и от твоей фляги, — отмахнулся Лекс, Рион тут же прикусил язык.
Алхимик снял повязку, ослабил, а затем и вовсе развязал жгут и под стенания графа, стал осматривать рану.
— Плохо дело, — наконец, сказал он, вытирая пот со лба. — Нужно восстанавливать артерию.
— До Альдира дотяну?
— Шутишь? — невесело усмехнулся Лекс, снова накладывая жгут. — Если ничего не сделать, утром придется ампутировать ногу.
— Вот черт! — Рион помотал головой и уставился в пустоту. — Что же делать? — прошептал он и с надеждой посмотрел на Лекса.
Алхимик задумался, морщась, потирая лоб, затем как бы принял какое-то решение, кивнул сам себе и сказал:
— Я попробую все сделать сам.
— Что? — помрачнел Рион. — Я слышал в Альдире, ты часто отказывал нашим, говоря, что не медик.
— Так и есть, но некоторые вещи мне знакомы, в том числе из области хирургии. И как сращивать некоторые ткани я знаю… В теории.
— В теории?! Нет уж, спасибо!
— А-а, — тихо начал выходить из себя Лекс. — В таком случае, ты можешь попросить кого-нибудь другого, — Сион выразительно провел рукой, указывая на пустыню. — Я не обижусь.
Граф закинул голову, зажмурился, сделал несколько глубоких вздоха, успокаиваясь, и через минуту тихо сказал:
— Прости, я веду себя глупо. Что надо делать?
Лекс кивнул, принимая извинения, и так же спокойно заговорил:
 
— Тебе — почти ничего. Но ты должен знать, что буду делать я. Для того, чтобы восстановить артерию, нужно сначала ее поймать. Придется сделать надрез, — Рион шумно сглотнул. — Не слишком глубокий, отсюда до этого места, — Лекс провел воображаемую линию над бедром графа. — Это самое простое.
— О-о, — слабо простонал раненый.
— Да. Затем мне нужно будет зафиксировать артерию и смазать этим лекарством, — алхимик показал колбу, на дне которой плескалась белая, вязкая жидкость. — Проблема в том, что эликсира осталось очень мало, его вообще сложно делать, потому как ринитовые соли и диадон… В общем, не важно. Короче, у меня будет две-три попытки, артерия должна быть в зафиксированном состоянии пару минут, не в коем случае не дергайся. Дальше, если все получится, останутся сущие пустяки. Понятно?
Рион, который все это время зачарованно смотрел на Лекса, даже не пытаясь скрыть ужас на лице, медленно кивнул.
— Лекс, слушай, — неуверенно заговорил он. — А будет очень больно?
— Я буду резать тебе ногу, а потом ковыряться в ране. Разумеется, это больно, — раздраженно ответил алхимик, раскладывая свои приборы.
— Ага, — обреченно прошептал Рион, облизывая пересохшие губы.
Лекс на секунду оторвался от своих приготовлений, посмотрел на графа и спокойно сказал:
— Не переживай, у нас ведь есть анестезия.
— О! — оживился Рион и протянул руку.
— Что? — не понял Лекс.
— Ну, анестезия?..
— Так вот она, у тебя, — алхимик кивнул на флягу с ромом.
Граф в недоумении посмотрел на емкость, потом на Лекса и весело рассмеялся:
— Ха-ха-ха. Да уж, если выживем, будет, что рассказать…
Алхимик закончил приготовления: достал необходимые зелья, различные инструмента (пинцет, скальпель, что-то похожее на ножницы, даже игла с нитью была!), нарезал из частей одежды ткани для тампонов. Прочистил ромом скальпель, передал флягу Риону и бодро спросил:
— Готов?
Граф сделал глубокий глоток из фляги, несколько раз быстро выдохнул и так же бодро ответил:
— Нет.
Скальпель принялся за дело.
— А-а-а-а!!! Мммм! Вот дъявол! — Рион поспешно еще раз приложился к фляге.
Лекс возился минут сорок, самое сложное, как он и говорил, было зафиксировать артерию. Крови было слишком много, тряпочные тампоны не справлялись, к тому же Рион постоянно дергался от боли. Наконец, алхимику удалось зажать рану и нанести жидкость, но неаккуратное движение графа порвало только начавшую формироваться пленочку. Пришлось начинать сначала. Но Лекс не выказывал нетерпения или раздражения, действовал сосредоточенно и методично. Это немного придало уверенности самому Риону, он чуть-чуть успокоился и со второго раза у них все получилось. Дальше, Лекс, как мог прочистил рану и принялся зашивать ее. Тоже больно, но по сравнению с тем, что пришлось пережить графу ранее — сущий пустяк.
Алхимик закончил, протер лоб и требовательно протянул руку, Рион понял — вложил в ладонь флягу. Лекс глотнул и плеснул немного на рану. Граф взревел:
— Твою мать!!! Лекс?!
— Надо обеззаразить, — лаконично ответил алхимик, возвращая флягу.
После Сион, наложил повязку (в его волшебном рюкзаке оказался даже чистый бинт), перебрался на другую сторону от костра и устало откинулся на камень.
— Чертова война, — через пару минут страдальчески заговорил Рион. — Не война — цирк, бойня. Думал, что смогу здесь что-нибудь сделать, стать героем, — он невесело усмехнулся, язык его стал заметно заплетаться. — Отец уже стар, скоро я займу его место, стану герцогом Баруды, и советники посчитали, что заслуги на войне придадут мне веса в глазах подданных… А ты? Тоже хотел стать героем?
— Мм, — неопределённо промычал Лекс, не открывая глаза.
— А знаешь что?! — вдруг повысил голос граф. — Ты ведь мне жизнь спас! Если вернемся — проси, что хочешь! Все сделаю, ну если в моих силах, разумеется. Деньги, связи… — Рион крепко задумался. — Дочерей, к сожалению, нет, ну, на сколько мне известно, ик, женить не смогу, не породнимся… Погоди! У меня племянница есть! Эмилия… Чудная девушка, ик. Так постой, — принялся спорить сам с собой граф, — ей всего четырнадцать! Нет, дружище, я все понимаю, ик, мой долг отплатить и все такое… Но она слишком юна! Ты слышишь?!