Как по книге (ЛП)

— Удачи, — пожелала я. — Я уверена, что у тебя все получится.
— Я вернусь, ты же знаешь, — рассмеялся Рик. — Я еду в Нью-Йорк, а не в зону боевых действий.
— Я знаю, — сказала я печально. — Я просто хотела бы поехать с тобой.
— Ты ничего не теряешь, — сказал Рик. — Я уверен, что это будет цирк с конями. Кроме того, как я могу отказаться от всего этого? — Он обвел руками меня, свой очаровательный арендованный дом и горы Сан-Бернардино, окрашивающиеся в персиковый цвет в свете раннего рассвета. Я смотрела, как отъезжает его такси, чувствуя себя опустошенной и покинутой.
Когда моя рукопись была наконец представлена, Стив переслал мой новый трудовой договор в отдел кадров, и я зашла в их офис, чтобы подписать окончательные документы. Я, наконец, была внесена в штатное расписание, и с публикацией моей книги я буду иметь право на досрочный карьерный рост и пожизненную гарантию занятости. Глядя на выполненный контракт, подписанный Адамом и Стивом, я с трудом верила, что документ настоящий. Угроза безработицы миновала. У меня была карьера. У меня была книга. Моя жизнь становилась на свои места, за исключением одной важной вещи. Я сунула копию контракта в сумку.
Я хочу еще ништяков.
Импульсивно я решила пройти мимо кабинета Адама, чтобы посмотреть, на месте ли он. Кабинет президента занимал все восточное крыло административного здания, через огромные резные двери орехового дерева с девизом Фэрфакса, выгравированным на притолоке золотом: «Veritas et Virtus». Приемная была пуста, секретарша вышла пообедать, и я уже собралась уходить, когда увидела, что дверь Адама приоткрыта.
— Привет, — сказала я, осторожно постучав в дверь и заглянув внутрь. — У тебя есть минутка?
— Проходи, — сказал Адам, улыбаясь и отодвигая стопку бумаг в сторону. — Я просто работаю без обеда.
Я видела офис Адама только в особняке. Этот был больше и более официальным, чем я ожидала, со стеклянными табличками, расположенными на боковом столике, и полками с чем-то похожим на учебники права вдоль стен. Все дипломы Адама в рамках, украшенные золотыми печатями и лентами, висели над полками. Сидя напротив него, я чувствовала себя студенткой, которую только что вызвали в кабинет директора.
— Я только что подписал твой контракт на следующий год, — сказал Адам, потянувшись через стол, чтобы тепло пожать мне руку. — Поздравляю!
— Спасибо, — сказала я, невольно улыбаясь. — И послушай — про Новый год…
— Не думай об этом, — сказал Адам. — Я просто надеюсь, что ты не чувствовала себя слишком плохо на следующий день. — Он бросил на меня понимающий взгляд.
Я нервно рассмеялась, потом глубоко вздохнула.
— Я пришла, потому что хотела попросить тебя об одолжении. Я надеялась, что ты сможешь помочь с ситуацией Рика.
— Его ситуацией?
— Да, — сказала я, неловко переминаясь с ноги на ногу. — Нью-Йоркский университет пытается переманить его, но я знаю, что он действительно хочет остаться здесь, в Фэрфаксе. Я не знаю, сможешь ли ты помочь ему остаться. .
— К сожалению, решение о найме зависит не от меня, — сказал Адам, внезапно став официальным. — Он говорил с деканом?
— Я не уверена в этом, — призналась я. — Но он говорит, что его агент вел переговоры с вами.
Адам нахмурился.
— Его агент? — сказал он с иронией. — На сколько мне известно, такого разговора не было.
— Послушай, я знаю, что все это конфиденциально. Я просто хотела сказать, что какими бы ни были твои личные чувства к Рику, я надеюсь, ты не позволишь им затуманить твой разум. Он невероятно талантливый, уважаемый писатель — любая школа была бы счастлива принять его.
— Тогда, возможно, Рику следовало поговорить со мной напрямую, а не через тебя, — резко сказал он.
Я уставилась на Адама.
— Просто, чтобы ты знал, он не посылал меня сюда, — огрызнулась я. — Это была моя собственная идея. На самом деле, он скорее всего убьет меня, если узнает, что я разговариваю с тобой.
— Значит, он тебя не посылал?
— Нет! Он никогда бы не попросил меня сделать что-то подобное. Он слишком скромен. — Я резко встала. — Забудь. Я думала, что мы могли бы обсудить это, но, очевидно, я ошибалась.
 
— Перестань, Энн, прости, если я тебя обидел, — сказал Адам, вскакивая на ноги. — Я просто хотел прояснить, по какой причине ты это делаешь.
— Я в огромном долгу перед Риком, — тихо сказала я. — Он сделал все возможное, чтобы помочь мне опубликовать мою книгу. Я знаю, ты мне не веришь, но он действительно хороший человек. Он позволил мне сделать карьеру писателя и жить своей жизнью. — Я почувствовала, как мое горло болезненно сжалось.
Адам задумчиво смотрел на меня.
— Понятно, — сказал он. — Это все меняет.
— Ты упустишь его, если не сделаешь предложение в ближайшее время, — слабо сказала я.
— Дай мне подумать над некоторыми вариантами, — сказал Адам. — Я не могу ничего обещать, но посмотрю, что можно сделать. — Он проводил меня до двери и протянул руку, чтобы пожать ее. — И тебе не о чем беспокоиться, Энн, — сказал он. — Я вполне способен отделить личное от профессионального. Даю тебе слово.
  
Глава 15
 
— ВИЗИТ БЫЛ ФЕНОМЕНАЛЬНЫМ, — воскликнул Рик, когда я забрала его из аэропорта. Он разговаривал по телефону со своим агентом, когда я подъехала, так что мне пришлось постоять на обочине, пока он заканчивал разговор.
— Извини за ожидание, — покаялся Рик. Он бросил сумку вместе с пальто на заднее сиденье и сел в машину. — Все происходит очень быстро.
— Значит, все прошло хорошо? — спросила я, отъезжая от тротуара и стараясь избегать пешеходов, лавирующих в потоке машин.
— Невероятно хорошо. У них есть несколько фантастических писателей на факультете, это первоклассная программа магистратуры искусств. Нью-Йоркский университет абсолютно и чертовски загружен. — Рик вытянулся в кресле, пытаясь справиться с искривлением шеи.
— Значит, люди были хорошие? — поинтересовалась я.
— Просто прелесть, именно с такими людьми мне бы хотелось выпить. Обычные люди, а не высокомерные снобы. Настоящие художники, все без исключения. — Он перечислил несколько известных имен, в том числе и знаменитую писательницу, которая давным-давно сказала мне, что семинар — это «гребаная трата времени».
— Так куда же они тебя возили? — спросила я, внутренне поморщившись.
— О, повсюду, мы ели в этом замечательном маленьком эфиопском ресторане, а потом слушали джаз в клубе. Я, конечно, зашел в «Стрэнд и Забар» и прогулялся по Центральному парку. Боже, я и не подозревал, как сильно скучаю по Нью-Йорку.
Мне нечего было ответить. Я не была в Нью-Йорке с тех пор, как окончила аспирантуру. Переночевала у друга на матрасе, расстеленном на полу, а когда ехала обратно в Нью-Хейвен, поезд застрял из-за отключения электричества. Мы просидели на рельсах в изнуряющей жаре два часа, прежде чем прибыли автобусы, чтобы спасти нас.
— Господи, ты бы видела квартиры, которые нью-йоркский университет субсидирует для преподавателей. Они невообразимы — деревянные полы, здание со швейцаром, выходящее окнами на Вашингтон-Сквер-Парк. Аренда стоит в два раза больше, чем они взимают с факультета! И жалованье тоже не жалкое. Я тебе говорю — приятно работать в университете с ресурсами. Они понимают, что за привлечение талантов нужно платить большие деньги, в отличие от некоторых известных мне мест.
Я вздохнула, признавая правоту этих слов. Фэрфакс был уважаемым небольшим колледжем свободных искусств, но он не был в одной лиге с исследовательским гигантом вроде Нью-Йоркского университета.
— Фэрфакс не может по-настоящему конкурировать, — ответила я еле слышно.
— Без шуток. Знаешь ли ты, что у Нью-Йоркского университета есть кампусы по всему миру? Я мог бы преподавать семестр за границей в Абу-Даби или Шанхае, все расходы оплачены. Я бы мог регулярно проводить субботы, чтобы писать и путешествовать. Можешь себе представить? Это было бы абсолютно идеально.