Еще посмотрим, кто попал (СИ)

Надеваю свое кроваво-красное платье и перчатки, поверх них, на пальцы — несколько крупных перстней.
— А это еще зачем? — удивленно спрашивает Федя.
— Ну, мало ли. Если что, смогу использовать, как кастет — пожимаю плечами, отвечая блондинчику.
Итак, я готова. Очень и очень надеюсь, что вечер пройдет спокойно, а завтра я вернусь в дом к Дариусу. Я даже готова там убирать все комнаты, только бы вернуться.
  
Глава 24
 
— Ира! — окликает меня Федя, когда я собираюсь выходить из комнаты, потому что в коридоре отборных невест уже ждет распорядитель.
— Да? — нетерпеливо спрашиваю, лишь слегка притормозив, но не остановившись.
— Совсем забыл. Хотел тебе показать, думаю, ты не видела.
— Федечка, давай быстрее, я не хочу опаздывать, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание.
Вместо слов блондинчик протягивает мне коробочку. Удивленно на него смотрю.
— Нашел возле твоей кровати. По всей видимости, она лежала на прикроватной тумбе, а ты ее сбила на пол.
Вау. Интересно, что это. Вчера Дариус что-то говорил о подарке для плохой девочки, но потом все так закрутилось, и мы оба забыли обо всем. Во всяком случае, я так точно забыла.
С замирающим сердцем открываю коробочку. А там, на черном бархате, лежит белая с золотом камея. Дрожащими руками достаю украшение. Мне никогда не дарили ничего настолько прекрасного.
— Ваууу — раздается рядом восхищенный выдох Феди.
— Красиво, правда? — почему-то шепотом говорю я, легонько, едва касаясь, провожу кончиками пальцев по искусно вырезанному девичьему профилю на камее.
— Это больше, чем просто красиво — так же тихо отвечает блондинчик. — У тебя в руках семейная реликвия, Ира.
— Что? — подозрительно смотрю на упырика.
— Да. Я видел это украшение на портрете матери и бабушки Хозяина в семейной галерее. Думаю, это не просто украшение. Скорее всего, это еще и какой-то амулет. Давай наденем?
— Еще спрашиваешь. Конечно.
Я поворачиваюсь спиной к Феде и поднимаю волосы вверх, оголяя шею, чтобы блондинчику было удобнее застегнуть цепочку. И когда он это делает, а подвеска красиво ложится на мою грудь, я моментально ощущаю, что да, Федя прав. От камеи идет какое-то ровное и приятное тепло.
— Ну как? — поворачиваюсь к упырику лицом, чтобы он оценил красоту.
— Великолепно — усмехается Федя. — Теперь можно идти.
— Мы все вместе пойдем?
— Нет. Разрешили только мне и Зигу, поскольку он твой телохранитель.
— Будем надеяться, что все обойдется — говорю я с оптимизмом, которого совсем не ощущаю, но сейчас не время ныть…, пока еще не время.
Увы, все обойдется — это не про меня. Едва я выхожу в коридор и присоединяюсь к остальным невестам, как сразу же случается конфуз. Пару минут мы стоим, слушаем распорядителя, куда и как нам идти, что делать и так далее. А потом он дает знак, и мы начинаем строиться по двое. Первыми идут самые знатные и видные, а я с еще одной вампиршей, угадайте где? Правильно, в самом конце.
Так вот, я поворачиваюсь, чтобы среди толпы невест найти мою пару, с которой я должна входить в бальную залу. Увидев девушку, устремляюсь к ней, чтобы тут же дернуться назад, услышав громкий и вполне узнаваемый треск ткани. Резко оборачиваюсь и, естественно, рядом никого нет. Зато у моего платья сзади, начиная от самой талии, оторван почти весь шлейф, и волочится за мной драной тряпкой. Чудесно!
Вокруг раздаются издевательские смешки, но, конечно, едва я поднимаю голову, чтобы посмотреть, кто там такой веселый, как наталкиваюсь на абсолютно отмороженные лица, у всех невест поголовно. Понятно. Каждый сам за себя. Какое-то время рассматриваю испорченный шлейф, а потом понимаю, что быть как все у меня уже не получится, поэтому принимаю решение слегка видоизменить наряд.
Чуть поворачиваюсь, покрепче ухватываю оторвавшуюся часть и резким движением дорываю ее до конца. Верхняя юбка отличненько отрывается по строчке на талии. Скидываю ее вниз и остаюсь в одной из нижних юбок. Благо дело, их еще три, а еще хорошо, что эта такого же красного цвета, как и верхняя часть платья, иначе было бы не смешно. А так — вполне неплохо, если не брать во внимание, что мой наряд теперь коротковат для вечернего, все желающие могут видеть мои ступни, обутые в любимые красные туфли на высоченных металлических каблуках, хотя по этикету мою обувь видно быть не должно. Увы…
 
Да, по меркам бального наряда — провокационно, но, по моему мнению, так лучше, чем с волочащимся оторванным шлейфом. Демонстративно переступаю через лежащий на полу оторванный подол, и подхожу к той вампирше, с которой должна идти.
Девушки стройными рядами топают в бальную залу, возглавляемые ярко одетым распорядителем. Ну, что ж, надеюсь, дальше будет полегче.
Надеюсь. Ха-ха. Вы в курсе, что мое второе имя Надежда? Нет? Теперь в курсе. Я вечно на что-то надеюсь. То, что папа вернется в семью, то, что бабушка будет жить до ста лет, то, что люди в экстремальных ситуациях будут вести себя как люди, а не звери, то, что Дариус наконец увидит какая я замечательная и предложит мне руку и сердце. В общем, вы уже поняли степень моей наивности.
Понятное дело, что траблы в рядах невест только начались. Едва мы двинулись стройными рядами за распорядителем, как где-то в середине нашей огранизованной толпы раздался вскрик, а потом вопль. Мне было сказано никуда не лезть, поэтому я осталась стоять на месте, а большинство поспешило посмотреть, что же происходит. Когда моя вампирша вернулась в нашу пару, я у нее поинтересовалась:
— Ну что там?
Она вполне ожидаемо окидывает меня пренебрежительным взглядом и отвечает сквозь зубы:
— Очередная эльфа отлетела.
— Что?
Получаю от вампирши снисходительный взгляд типа «ой, смотрите, еще одна тупенькая блондинка», но абсолютно не обращаю на него внимание.
— Сдохла очередная эльфийка, говорю — переводит на общедоступный моя пара на данной прогулке.
— Она не умерла — тут же вмешивается в нашу милую беседу, стоящая перед нами блондинистая красотка. — Она впала в очень странный сон, сродни смерти. Но еще жива. Сейчас дождемся лекарей, они отнесут ее в лазарет, и продолжим наш вечер. Уже жду не дождусь танцев. Думаю, Князь меня сегодня пригласит.
А дальше идет бестолковый трёп о том, какой Князь красавец и могучий воин, и великий правитель, и так далее, и тому подобное. Но мне это не интересно, поэтому я оглядываюсь на стоящего позади Зига и киваю на толпу людей, которые копошатся возле пострадавшей. Надеюсь, мой личный телохранитель понимает, что я хочу подойти к девушке. Вижу, что он незаметно для других отрицательно хмурит брови в мою сторону. Но… уже поздно, я на полпути к эльфийке.
Пробираюсь с помощью локтей сквозь любопытствующую толпу. Девушка лежит на полу, словно сломанная кукла, а хуже всего то, что рядом с ней никого нет. Никто не плачет, не переживает, не спрашивает где же лекарь. Абсолютное равнодушие с легким налетом любопытства. Словно муха прилипла к меду, а не девушка на полу умирает.
Становлюсь на колени рядом с эльфийкой. Ее лицо бледное до синевы, а в уголке рта немного крови от прокушенной губы, наверное, когда падала, повредила. Беру девушку за ледяную руку, тру ее ладонь в своих, пытаясь немного согреть.
И тут я понимаю, что не так во всей этой ситуации. Эльфийки — энергетические доноры. Кто-то больше, кто-то меньше, но все они могут совершенно спокойно делиться энергией, потому что в их теле она довольно быстро восстанавливается. Присутствие доноров я всегда ощущаю, как теплую волну. А от пострадавшей веет могильным холодом, словно она уже мертва, хотя, судя по поверхностному, но все же, дыханию, девушка жива.
От внезапной догадки внутри меня все холодеет. Резко оглядываюсь на собравшуюся толпу в надежде увидеть, или как-то узнать того, кто это сделал. Увы. На меня никто не смотрит, кроме двух вампирш, и те с брезгливостью, как на навозного жука.
Снова поворачиваюсь к эльфийке. Теперь я знаю, что нужно, чтобы ей стало легче. Потихоньку, по капле, через наши соединенные руки лью в ледяное тело энергию. А мысли в голове так и скачут. Счастье, что я уже так наловчилась работать с энергетическими потоками, что мне совершенно не нужно сосредотачиваться или напрягаться, как это было вначале.