Теневая лампа. Книга четвертая (ЛП)

— Имя? — хмуро сказал Берли.
— Томпсон, — ответил мужчина. — Томас Томпсон.
Берли просмотрел бумаги на столе и достал единственный лист. Поднес его к свету свечи. — Убийство, верно, Томпсон?
— Вранье! Никого я не убивал. Меня в то время даже в пабе не было.
— Точно? — Берли заглянул в бумаги. Эта досадная неточность скорее всего и была причиной того, что Томпсон не попал на виселицу. Берли поднял глаза и посмотрел на заключенного, сидящего напротив. — Назови мне хотя бы одну причину, по которой я должен тебе верить.
— У меня жена и трое малышей, понимаете? Я их единственная опора. Попаду в тюрьму, и они помрут с голода. Они и сейчас уже на улице. Даже не знаю, где.
Берли взглянул на надзирателя. Тот покачал головой.
— Да не слушайте вы его, — скулил Томпсон. — Он же ни черта не знает. — Он наклонился вперед, подняв скованные руки. — Вы должны мне помочь. У меня есть обязательства, понимаете? Мне нужно отсюда выбраться. Семье надо помогать! 
Берли кивнул, еще раз взглянул на страницу и поднес ее к пламени свечи. — С этим я закончил, — сказал он надзирателю, когда бумага догорела. — Давайте следующего. — Он уронил пепел на пол.
— Вставай, — сказал Джекс, положив руку на плечо осужденного. — Топай.
Томпсона увели. По дороге он все еще доказывал свою невиновность. Его голос прервал стук двери, и вскоре надзиратель доставил другого заключенного. Этот был смуглым, стройным и намного моложе, чем ожидал Берли. 
— Имя? — спросил он.
— Маркус Тавернер, — ответил мужчина.
— За что сидишь? — Берли перебрал бумаги и извлек один-единственный лист.
— Ограбление с отягчающими последствиями.
— Ты грабил? 
— Я.
— Почему?
— Коув мне деньги должен… был. Я сделал для него работу, а он платить отказался.
— И ты решил сам взять?
— Ну да, босс. Пусть в следующий раз подумает. — Легкая улыбка тронула губы молодого злодея. — Я просто взыскал проценты по моим вложениям.
— Куда тебя отправляют?
— На Ганимед, — коротко ответил Тавернер.
— Не понял? — Берли удивленно взглянул на собеседника. — Ты сказал Ганимед?
— HMS «Ганимед», — объяснил из-за спины Джекс. — Семидесятичетырехпушечный фрегат сэр. У французов отбили, сэр. Теперь эту громадину превратили в тюрьму. На якорях стоит в Чатем-Саунде, сэр.
— Что скажешь о своем приговоре, Тавернер? — спросил Берли.
— Вроде бы немного дали, — он пожал плечами. — Думаю, как-нибудь переживу этот шторм.
Берли сделал пометку карандашом на странице и, не поднимая глаз, сказал: 
— С этим все. Ведите следующего.
Надзиратель увел заключенного и довольно скоро вернулся с другим заключенным в наручниках. Этого, как и других, отправили обратно после нескольких вопросов, и его место занял четвертый преступник, за которым быстро последовали номера с пятого по восьмой. Берли коротко поговорил с каждым, делаю на листах небольшие пометки.
— Этот последний, сэр, — объявил надзиратель Джекс. — Больше нету. Хотите поговорить с кем-нибудь еще раз, сэр? 
— Нет необходимости, Джекс, спасибо. — Берли взял листок, на котором писал, сложил и передал надзирателю. — Вот люди, которых я выбрал. Их надо перевести на корабль-тюрьму HMS «Дискавери».
Джекс просмотрел список, поднеся его поближе к лицу. 
— «Дискавери» стоит в Дептфорде, сэр.
— Верно. И что? — Берли отодвинул стул и встал. — Их должны перевести сегодня вечером.
— Но… взгляните сюда, сэр…
Берли сунул бумаги в карман и обошел стол. 
— Проблемы, Джекс? Или… ты предпочитаешь, что деньги, о которых мы говорили, я отдал кому-то другому?
— Времени мало, сэр, если вы понимаете, о чем я говорю… сэр.
— Точно, Джекс, времени мало. Но ты умный и находчивый парень. Я не сомневаюсь, что ты успеешь. — Он постучал по бумаге в руке надзирателя. — Они должны быть на борту сегодня не позднее полуночи.
— Если вам все равно, сэр, какая разница…
— Мне, конечно, все равно, Джекс. Так ты намерен соблюдать условия нашего соглашения, или мне поискать кого-нибудь другого?
— Простите, сэр. Заключенные будут там к полуночи.
 
Берли вышел из Дома Правосудия, сел в свою карету и приказал ехать на Собачий остров в доках. Карета с грохотом понеслась по улицам, каждая из которых была грязнее и мрачнее предыдущей. В доках Миллуолла кучера отправили в паб под названием «Черное пятно». Берли небрежно бросил ему вслед: 
— Лошадей покорми, и сам чего-нибудь пожуй. Вот, возьми. — Он дал кучеру несколько серебряных шиллингов. — Возвращайся сюда и жди. Я не знаю, как долго я пробуду.
После полудня человек, о встрече с которым Берли условился, вошел в «Черное пятно». Часы на здании церкви Чапел-Хаус только что пробили три. Моряк остановился на пороге, в пабе было темновато, и Берли сразу его заметил. Слугу послали к нему и провели в отдельный кабинет, где устроился его светлость. Берли приказал принести пива и еды.
— Присаживайтесь, лоцман Саггс. Я надеюсь, вам удалось найти подходящее для наших целей судно?
— А вы не из тех, кто будет ходить вокруг да около, не так ли, сэр? — усмехнулся моряк. — Это мне нравится. — Он оглядел почти пустой зал, убедился, что подслушивать тут некому, и сказал: — Прежде чем ответить на ваш вопрос, сэр, замечу: как бы мне тут не помереть от жажды.
— Я уже сделал заказ, — ответил Берли, не обращая внимания на дерзость моряка. — Сейчас принесут. Так о чем вы говорили?
— Я нашел корабль, который отвечает вашим требованиям. Одномачтовое судно по имени «Роза из Шира»…
— Меня не интересуют подробности, — прервал его Берли. — Если судно вас устраивает, а вы выбирали его, руководствуясь нашими договоренностями, то больше мне ничего не нужно.
Глаза моряка сузились, и он громко фыркнул. 
— Да я просто из вежливости, сэр, прошу прощения.
Подошел половой с тарелкой хлеба и колбасы; за ним хозяин принес кувшин и две кружки. Берли поблагодарил трактирщика, выдал ему пару пенни, и махнул рукой. Когда они снова остались одни, он сказал: 
— Мы должны сняться с якоря не позднее полуночи. — Он придвинул тарелку с едой ближе к моряку. — Идет? 
— Приливное течение... — Саггс кивнул. — Как договаривались. — Он откусил приличный кусок колбасы, задумчиво прожевал и запил элем. — И плата монетой, как условились?
— Не беспокойтесь. — Берли отпил из своей кружки и полез во внутренний карман плаща. Он достал небольшой кожаный кошель, взвесил его на руке, словно решая, что с ним делать. Подумал и перебросил кошель моряку. — Вот. Серебро. Плачу вперед.
Саггс взглянул на кошель, но не предпринял ни малейшей попытки взять его. 
— Что мне мешает просто взять деньги и оставить вас на берегу?
Теперь уже улыбнулся Берли. 
— Смотрю, вы тоже не из тех, кто ходит вокруг да около, лоцман?
Саггс откусил еще кусок колбасы.
— Отвечу, раз вы спрашиваете, — сказал Берли, делая еще один глоток. — Если выполните остальную часть сделки, получите вдвое больше. Но для этого я должен получить обещанное. — Штурман сгреб серебро со стола. — Назначаю премию за выполненную работу. Можете поделиться со своими людьми, это уж ваше дело.
— Буду на месте до полуночи. Получите вы ваш груз.
— Я и не сомневался. — Берли встал. — Весьма рад, что мы пришли к соглашению. Обедайте спокойно. Я буду на борту «Першерона» с наступлением темноты. Не заставляйте меня ждать дольше, чем нужно.
— Не беспокойтесь, сэр, — ответил довольный моряк. — Можете положиться на Смоллета Саггса.
  
ЧАСТЬ ВТОРАЯ. Неудачные возвращения
   
ГЛАВА 8, в которой приходится справляться с сильным искушением
 
Сяньли стояла во дворе со своей любимой синей миской в окружении пестрых кур. Она как раз начала бросать им сухие хлебные корки и яблочную кожуру, когда вдруг непроизвольно вздрогнула от внутреннего озноба. День был яркий и ветреный, волосы она убрала под красный шарф. Сяньли посматривала на свою тень. Тень шевелила концами шарфа и казалась живой.