Мир ГП (СИ)

— Конечно, Александр Леонидович, но мне кажется, что лучше отправить несколько маяков. До десятка. С разбросом по местности.
— Это уже детали. Их обсудим отдельно.
26 февраля 1990
Хагрида я, как и ожидал, нашёл в Кабаньей Голове. В снежные зимние дни, полувеликан не любил бродить по лесу, и предпочитал пропустить стаканчик другой огневиски в тепле. Так, что искал я его не сомневаясь, что найду здесь.
Отряхнув снег с плеч и головы, я подошёл к барной стойке, и заказал пива. Не той сладкой бурды, что у Розмерты, а нормального, тёмного пива. Конечно, при такой погоде, логичнее было бы огневиски, но я его не любил, и даже ради конспирации не стал заказывать. Собственно, и конспирация не особо-то нужна, просто я не хотел, чтобы о моих делах знали все кому ни попадя.
Потихоньку цедя неплохое пиво, я боковым зрением следил за Хагридом и Аберфордом, а когда первый запрокинул стакан, и второй полез за чем-то под бар, я отпустил бумажный самолётик, который стрелой метнулся под пальто лесника, и замер в кармане с зонтом.
Можно идти. Пока он первым не пошёл.
Я допил пиво, и, натянув капюшон, вышел из бара. Путь мой лежал на станцию.
Сейчас Хагрид выйдет на улицу, достанет зонт, чтобы наложить Импервиус на ботинки, и заметит письмо прилипшее к нему. Прочтет его, и тоже пойдет на станцию Хогсмид.
Прождать пришлось почти час.
— Привет, Алекс. Ты чего это в шпионов играешь? Вон каким солидным стал, а всё игры. Я твое письмо только дома увидел, когда камин разжигал.
— Здравствуй, Хагрид. Так я думал, что ты, как раньше, выйдешь на улицу, увидишь снег, и наложишь на ботинки водоотталкивающее.
— Так я ж сменил ботинки, теперь они и сами не намокают.
— Вот об этом я не подумал.
— Да ладно. Чего звал-то?
— Хочу тебе заказ сделать, химеру.
— А чего сам не сделаешь? Ты же не хуже меня в этом деле.
— Может и не хуже, да только у тебя чутьё на результат есть. Кстати, держи, — я протянул мешочек с галеонами. — Твоя доля. Я наладил производство Мясанаса, это мы так стали называть мясной ананас. Теперь его растят в моих теплицах, правда не на продажу, но в моих же столовых его готовят.
— Так, — неуверенно начал Руберус, — у меня же нет патента на него.
— Ну и что? Ты работал, я получаю прибыль и отдаю твою долю. А на продажное министерство плевать.
— Хорошо, — вздохнул Хагрид, и спрятал деньги в карман. — Так какую химеру ты хочешь получить?
— Значит так. Химеру я вижу такой: это будет мох или что-то подобное. Он будет жить в среде где температура атмосферы значительно ниже нуля, и почти на сто процентов из углекислого газа. За счет него и будет расти. Надо, чтоб рос очень быстро, и выделял много кислорода. Ещё, чтоб создавал после себя что-то вроде дёрна. Его задачей будет насыщение атмосферы кислородом. Съедобность не обязательна, главное, чтобы он мог связать углеводород.
16 мая 1990
Для ребят Артура, я разрешил строить дома в окрестностях Грейтуейт. Но это привело к ещё большему количеству желающих пойти ко мне на службу. В стольких патрульных у меня нужды не было, тем более они шли туда ради жилья поблизости от меня, и благ, которые я выделяю служащим. Пришлось разрешить строиться и другим своим работникам, тем, что работают в теплицах, и тем кто клепает пули.
Я Каждое полнолуние проводил бесплатные операции, причем не три за ночь, а шесть-семь. Плюс несколько операций не афишируя. Но оборотней в лагере меньше не становилось. Слухи расходились и они всё прибывали.
Оборотни, избавленные от заразности и безумия могли ехать обратно, но вскоре возвращались, и тоже просились жить поблизости. И мне, чтобы не получить толпу бездельников, приходилось придумывать им работу, разрешать строить жилье. Правда, разок наткнувшись на кучку сараев вместо домов, я запретил строить без архитектурного плана. Так началась стройка полноценного посёлка. С канализацией, водопроводом и электричеством. Которые пришлось тянуть вполне официально.
Самострои снесли, вместо них появились двух и трехэтажные дома, магазины, аптеки, столовые, бары. Перед моим особняком замостили площадь, рядом поставили здание мэрии, и штаб охраны порядка.
 
Вся моя деятельность едва выводила меня в ноль, и то, потому, что я укрывал налоги от министерства. Я понимал, что такая забота порочна, она привязывает оборотней ко мне, и самостоятельно они снова впадут в голод и нищету. Но и отбросить их не мог. Эти люди и так были гонимы отовсюду, и я для них стал ниточкой, которая вытягивает их в хоть какое-то благополучие.
Теплиц стало пара десятков, и не все они выращивали Мясанас, как сократили название нашего с Хагридом детища мои работники.
В моем особняке, к этому моменту, строители тоже закончили работу. И я, наконец-то запустил заложенные в стены системы безопасности, и другие функции дома-артефакта. После этого показал его Маше, попросив прикинуть, какую мебель и где поставить. Да и вообще, подумать над обстановкой. А для того, чтобы были учтены магические нюансы, познакомил её с Дореей. Бабушка, истосковавшаяся без общения, энергично взялась за работу.
В самой нижней части подвала, где было заложено сферическое помещение, я достроил катушку Тесла, и разместил на стенах конвертеры, настроенные на выработку энергии по моему образцу. Высоковольтную линию к городку уже, к тому моменту провели, и мне было откуда брать электричество для преобразования В магическую энергию.
КПД установки получилось жутким. В этом ракурсе я всё чаще стал задумываться о солнечном маяке, который в это время бездействовал. Но даже с этим КПД я получал энергии столько, что можно было не жалея тратить. И я тратил. Выполнял энергозатратные, но бесполезные заклинания, стимулируя развитие своей системы энергоканалов.
Короче развивался. Ведь в чем сложность развития как мага? В недостатке энергии. Слабый маг не может выработать достаточное количество энергии, чтобы стимулировать рост энергоканалов, а слабые энергоканалы не могут пропустить единомоментно столько, чтобы стимулировать рост источника. А с халявной энергией, я разрываю этот круг. Но и так есть порог, за которым прогресс роста тормозится в разы. Мне однажды удалось преодолеть такой, распотрошив крестраж Волди и поглотив очищенный шестой аспект из него. И, чувствую, что с такими темпами, очень скоро придется потрошить и поглощать крестраж из медальона.
23 июня 1990
— А мы поедем на рыбалку? — спросил Гарри.
— Поедем, но при условии, что ты запишешься в танцевальный кружок.
— Но это же для девчонок!
— Это для всех. Просто девочки хотят научиться быть красивыми. А мальчики просто стесняются. Но если ты не готов переступить через свой страх быть смешным, то о каких приключениях можно говорить?
Ездить по ушам ребенка не трудно, главное, быть авторитетом для него, и он примет твои слова. Но упаси бог, чтобы он поймал тебя на лжи. Поэтому только правда.
Мне нужно было, чтоб танцы закрепили ему поправленную мной осанку, а то Поттер привык прятать глаза и сутулиться. И может испортить мою работу. Общение со мной не дало усугубить это, но и не поправило. А просто так, он бы на танцы не пошёл, но так, пообещав мне, он будет стараться.
Пикник на том месте, где когда-то ставили шалаш, мы выезжали каждое лето и не по разу. Сегодня, в связи с днём рождения Дадли, Гарри снова оставили у меня. Хоть Вернону и не нравится довольное лицо племянника, когда тот идет работать у меня, и он бы, с большим удовольствием, отправил его к миссис Фигг, но деньги, которые он получал от меня, заставляли смириться.
А Гарри был счастлив. Он давно уже воспринимал меня с Машей как семью. И, если бы не необходимость жить у Дурслей, считал бы нас родителями.
Вот и сегодня мы втроём поехали на рыбалку. Вроде как по инициативе Гарри, но я ожидал, что так будет. Поэтому заранее приготовил снасти.
С того, первого раза, рыбалка для него стала для него любимым занятием. Конечно, не сама рыбная ловля, а общение со мной и Машей, с кем он чувствовал себя частью семьи.