Мир ГП (СИ)

Почему мутация никогда не завершалась? А потому, что этот вирус работал на магии, которой у обычного мага было не достаточно для полного превращения. А когда запасы заканчивались, вирус постепенно умирал, и маг выздоравливал. Думаю сильные маги, типа того же Дамблдора, имели бы шансы пройти полное превращение, но они, из-за своей же силы, не могут даже заразиться.
Молодые маги имеют все шансы обратить изменения после смерти вируса, а вот пожилые, в совокупности с собственными болячками, чаще умирают.
Вот и бабушка, явно перешла порог, когда могла пережить откат изменений. А дед еще держался.
— Опять сны? — не удивился моим словам дед.
— Нет, — а вот мой ответ удивил. Я сел на стул и стал рассказывать. — Наверное, надо было давно признаться, дело в том, что я помню прошлую жизнь.
— Мы об этом догадывались.
— Знаю. Даже проверяли. Сложность в том, что в той жизни, волшебство считалось фантастикой.
— Как и у наших маглов, — заметил дед.
— Да. Там я родился в конце восьмидесятых, а в конце девяностых Джоан Роулинг начала серию их семи книг которую писала десять лет. Это была история про мальчика волшебника по имени Гарри Поттер.
Краткий пересказ романов занял больше часа. Рассказчик из меня так себе, поэтому деду пришлось задать кучу уточняющих вопросов.
— Значит, по тому, что никто из нас не взял опеку над потомком главной линии, ты решил, что мы умерли?
— И это тоже, но не совсем. В той истории вы упомянуты лишь вскользь, про меня и речи нет. Но сказано, что бабушка и дедушка Гарри болели Драконьей оспой. Вот я и притянул логику за уши.
— Ясно, значит ты пришел попрощаться?
— Нет. Я хочу попробовать вас вылечить, — подтянув рюкзак, я достал из него фиал с эликсиром.
— Не получится, — покачал головой дед. — Я в первую очередь дал его Дорее. Но только хуже сделал.
— Хм. Думаю это из-за того, что эликсир стимулировал выработку магии. А если сделать отток магии, то вирус скоро погибнет.
— Дорея умрет быстрее вируса. Противодраконья сыворотка, к твоему сведению, работает так же. В том и проблема, что организм старых магов поддерживается за счет магии, без неё нам конец.
— Ладно. Тогда поработаю по старинке.
— Это как?
— Думаешь, простой магл смог бы родиться магом? Я, там тоже, кой чего умел.
Я придвинул стул поближе к кровати, достал два алмаза, примотал их полоской материи к рукам. Затем протянул фиал деду.
— Подстрахуй меня. Если начну отрубаться, нальешь в рот.
Дед настороженно смотрел на меня. Он боялся и за меня, и за бабушку. Да ещё мои приготовления говорили об опасности процедуры. Но рефлексировать некогда. И я приступил к лечению.
В первую очередь я стабилизировал мутацию. Это было не сложно. После опытов на медляках, и лечения Рекса я знал как подавить подобную активность. Вот только стабилизация лишь оттягивала время, ни улучшения и облегчения не давала. Но и я не собирался останавливаться на этом. Следующим шагом было отключение болевых ощущений, и погружение в сон, а после этого — собственно операция.
Масштаб работ впечатлял. Физический носитель вируса я так и не нашел, а значит он был полностью магическим. Но воздействовал на физическое тело. Хотя и его тоже не было видно. У бабушки, за счет эликсира, стимулировавшего, в том числе, выработку магической энергии, изменения зашли очень далеко. И магия стала тратиться на то, чтобы не дать умереть организму. Возможно, поэтому и вируса не было. Можно считать, что от него она вылечилась, но осложнения от болезни не дали бы ей выжить. Наверно, она уже была не вполне человеком.
Самой серьёзной я признал проблему с печенью. Она была раздута раза в полтора, и сильно сопротивлялась моим попыткам растворить лишние клетки. В процессе пришлось несколько раз подзарядиться от камня в запястье, и то получилось вернуть прежний размер лишь у правой половины. Следующим органом требующим внимания было сердце. Из-за неконтролируемого, хаотичного роста оно деформировалось, и плохо выполняло свою функцию. Благо знания анатомии и простая логика, помогли вернуть ему размер и функциональность, пусть и без полного возврата к прежнему виду. Желудок, почки, селезёнка и другие желёзы удалось уменьшить почти до нормы. С кишечником пришлось повозиться долго, в результате его объём был уменьшен процентов не пятнадцать, чтобы он, совместно с печенью, не раздувал живот. Отдельного внимания требовал желудок. На него давила печень, смещая вниз. В принципе достаточно было удлинить пищевод, что я и проделал.
 
Торопиться с опорно-двигательной не стоило, хоть изменения значительно изменили их, но это касалось, в основном, состава. Функционал не изменился.
Но дольше всего я провозился с кожей. Зная важность внешнего вида для женщин, я уделил этому больше всего внимания. Продвигаясь миллиметр за миллиметром, я восстановил прежний вид кожи, и убрал чешуйки.
Закончив процедуру, я устало прислонился к спинке стула. Судя по ощущениям в спине, прошло не меньше пары часов.
— Четыре с половиной часа, — правильно понял мои мысли Карлус. — Почему она не просыпается?
— А, перед операцией, я увеличил выработку мелатонина. Сейчас он в норме и скоро бабушка проснётся. Можно, конечно, добавить кортизола, но лучше пусть организм сам работает.
От эликсира я отказался, а вот предложенный чай выпил. Как раз, к этому времени, моя пациентка стала просыпаться.
— Карлус? Алекс? — услышав свой голос, она замерла, ожидая нового приступа боли, но её не было. — Я же ещё не умерла? — мы синхронно помотали голову, с улыбкой наблюдая за Дореей.
— Думаю, можно считать, что ты пережила Драконью оспу.
— А ты? — с беспокойством она посмотрела чешуйки на щеке деда.
— Бабушка, — начал я объяснять, — не все сразу. Сейчас отдохну, и займусь дедом.
Слушая рассказ Карлуса, я допил чай, прогулялся до уборной, и приступил к лечению второго, на сегодня, пациента.
Случай у него был значительно лучше, но он был сильнее бабушки, и вирус в нем был всё ещё активным. И это помогло мне найти носитель вируса. Сам он, действительно, был магическим, и выглядел как сложное заклинание, уменьшенное во много раз. Самое интересное это то, что привязано оно было к капле воды. И таких капель было много, а заклинания, очевидно, умеют копировать себя. То есть, чтобы заразиться Драконьей оспой, надо было либо получить в свой организм такую каплю, либо иметь контакт с больным. Инкубационного периода нет, и вирус начинает работать сразу, правда масса изменений становится видимой через полтора два дня. Но маги, чаще всего, домоседы, или не касаются друг друга. Поэтому серьезных эпидемий не бывает. Но сама природа вируса предполагает, что кто-то намеренно заражает первого больного.
Зная суть вируса, я смог пропустить по телу деда несколько волн деструктивной энергии, которая разрушила заклинания в каплях. Эдакие микроволны против бактерий.
Откатить изменения, из-за их незначительности, я смог всего за час. Не пришлось даже усыплять деда.
— Странные ощущения, — заметил Карлус после лечения. — как будто лёгкая щекотка по всему телу. Ну что, поговорим?
— Чего уж тут. Поговорим.
Дальше был форменный допрос. Дед допытывался обо всём, и мои попытки скрыть то, что я душой русский — были обречены на провал.
— Так вот откуда ты знаешь как пить водку, — сказала бабушка.
Я сидел и смотрел прямо перед собой, опасаясь что либо говорить.
— И это всё?
— А чего ты ещё ждёшь?
— Ну, я же русский, а англичане не любят русских.
— Ты, конечно же, сейчас имеешь ввиду все те гадости, что натворила Англия в отношении России? Тут можно сказать многое. Начиная с того, что гадили маглы, а не мы. Но это не правда, маги тоже гадили. Могу лишь сказать, что это всё последствия политики сдерживания развития России. Она слишком большая и самодостаточная, поэтому, без особых усилий, может занять лидирующую роль в мире. На самом деле Англия сдерживает не только Россию, но ещё и Китай, и Индию, и Германию.