В академию за хозяином Драконьего Края (СИ)

– Куратор факультета искусствоведения и драконьих танцев стоит ближе к входу, – произнес мужчина неожиданно очень приятным мягким и низким голосом.
– Я знаю, но я к вам.
Некоторое время куратор молчит, но потом с уверенностью отвечает:
– Нет, не ко мне. Вы не маг.
– С чего вы так решили?
К нашему с куратором разговору с огромным интересом прислушиваются остальные маги‑абитуриенты.
– Вы – веда.
– А это откуда такая информация?
Ну правда, у меня ведь на лбу не написано, что я веда.
– Я это вижу.
– Как?
– По глазам, – туманно ответил куратор.
– Если бы вы могли определять у человека наличие той или иной силы, то точно знали бы, что я маг. – Гордо фыркнула под конец своей речи.
– Покажите ваши документы, – потребовал куратор. – Если вы меня обманули, шанса на поступление в академию у вас не будет в принципе.
Достаю из‑за пазухи свиток выданный мне после проверки на наличие сил. Там все – место моего рождения, дата рождения, информация о силе и семейном положении. Даже есть мое черно‑белое моментальное магическое изображение.
Протягиваю свиток куратору, и когда он его разворачивает, украдкой заглянуть в бумагу пытаются все пятеро поступающих, среди которых три парня и две девушки.
Куратор свиток прочитал и быстро свернул обратно и отдал мне. Молчит.
– Что там? – не вытерпела одна из девушек‑магов, видимо, не успевшая ничего прочитать. – Так она маг?
– Ждем еще пару минут желающих поступить на магический факультет и уходим, – сухо произнес мужчина.
Желающих больше так и не нашлось. Судя по тому, сколько народу кучкуется возле других кураторов, магический факультет самый малочисленный.
Куратор повел нашу небольшую группу к большому главному зданию, больше напоминающему сказочный дворец.
На ходу куратор пояснил, что экзаменов у нас не будет, только еще раз на всякий случай измерят силу, мы заполним все бумаги и нас отпустят.
Я решила поинтересоваться насущными вопросами. Если примут, то когда заселят, а одежду ученическую выдадут ли. Кормить! Кормить‑то будут? А стипендию тут дают?
Ответы для меня не особо утешительные. Заселиться можно будет после того, как вывесят списки поступивших, это за три дня до начала занятий. Это означает, что я остаюсь без места для ночлега еще полторы недели. Это если еще возьмут в академию. Сейчас как выйду отсюда, сразу в городе начну искать подработку и жилье.
Кормить будут, формой обеспечат, но все опять же после поступления. Стипендии у магов нет.
Девушки маги спрашивают все больше про то, будет ли с ними учиться сам хозяин Края, или все это обман и формальность, ну а парни интересуются занятиями.
Нас завели в аудиторию, с тремя магами в комиссии и установленным на одной из парт артефактом проверки сил.
Куратор лично при комиссии стал замерят силу магии, причем меня оставил напоследок, когда всех проверили и оформили, осталась я.
– Господа маги, а тут особый случай. Это веда и маг. Айлин Ниока из рода вед, – представил меня куратор и уже ко мне тихонько обратился. – Веда, снимите дорожный плащ. Вы перед высокой комиссией уважаемых магов.
– Не могу, – также тихонько отвечаю я. – Господа маги оскорбятся сильнее, если плащ сниму.
– Не может такого быть, – тем временем выдыхают маги из комиссии.
– Быстро снимайте, – требует куратор.
– У меня платье порвано. Нет куска подола. Утром от собаки убежала.
А комиссии все равно, что там на мне надето, сразу затребовали проверку.
Показатели хрустального шара мне замеряли трижды, скрупулезно расспрашивали обо мне, матери, отце, удивлялись высоким показателям сил.
  
Глава 7
 
В общем, долго меня не отпускали, я успела вновь проголодаться, хотя и не так чтобы была очень сыта.
Когда сказали, что можно идти, пулей вылетела из аудитории и помчалась искать туалет. В этом месте мне нужно не только переодеться, но и сделать очень важные дела – с раннего утра терпела, больше не могу. Ох, эта ужасная одинокая жизнь в чужом городе. Один год! И больше никаких авантюр. Ведическая закрытая женская школа, спокойствие и может быть даже веселье.
 
Выхожу из академии и сразу отправляюсь на поиски работы. Без денег и жилья на какое‑то время будет тяжело. Придется либо кинжал продавать, что ну очень не хочется делать, все же подарок и нужная вещь в защите от желающих сделать ребенка, либо уходить в ближайший лес и жить, как древние веды, питаясь грибами, да ягодами. А что? Сделаю себе шалаш. Главное лихих людей не встретить.
В городе в первую очередь начала обходить лекарские лавки, предлагая услуги веды, но оказалось, что без специального образования меня туда не возьмут даже помощником помощника, будь я хоть трижды ведой. И вот что интересно, почти везде мне советовали пойти поискать подработку в таверне подавальщицей или танцовщицей драконьих танцев, мол, на это сейчас в городе спрос есть, да и никуда больше юную девицу без образования тут больше никуда не возьмут, ну, если только на работенку еще хуже.
Делать нечего, уже вечереет, пошла пробовать устраиваться подавальщицей, ведь эти драконьи танцы я все равно танцевать не умею, а ела после академии только фрукты, которые нарвала со свисающих над оградами веток вдоль улиц. Благо сезон, фруктов разных много и за это никто не наказывает. Я сейчас и не голодная почти, но есть целыми днями только фрукты, не самое радостное занятие.
Захожу в первую попавшуюся, но довольно крупную таверну и сразу к мужчине за стойкой.
– Хозяин, работа есть? – не так важно, хозяин он на самом деле или нет, главное, чтобы подсказал, а если не хозяин, то ему все равно приятно будет.
Мужчина смерил меня оценивающим взглядом.
– Подавальщицы у нас есть, да ты и не тянешь на подавальщицу. Танцовщиц не хватает. Танцуешь?
– Танцую, – неожиданно даже для себя, ответила я. Надоело уже бродить по городу, устала. Есть нормально хочу, где‑то переночевать. Танцевать‑то я умею. Может и не их танцы, но уж как‑нибудь выступлю.
– До полуночи три раза с танцами выйдешь – получишь серебряный и ужин. Устраивают условия?
– Да. Скажите, а ночлег здесь возможен?
– Если только в сарае, под крышей, больше нигде места нет. Десять медяшек за ночлег.
– Отлично, я согласна.
– Иди в тот коридор, найди Ирму, она скажет, когда выходить выступать и даст костюм.
– Извините, а можно ужин сразу?
– Ирме скажи, в гримерке поешь, тебе принесут. Видишь, в зале мест свободных нет.
Что мест нет, это да, в таверне не протолкнуться. Столики все заняты, и даже вдоль стен кучкуется народ, словно чего‑то ждёт. Может тех самых танцев?
Что‑то мне уже страшновато.
Ирму нашла быстро. Настоящая красота. Жгучая кареглазая брюнетка с сочными формами. Крутобедрая, при этом с узкой талией и большими глазами.
Представилась, передала, что сказал мужчина за стойкой.
Ирма смерила меня оценивающим взглядом.
– А ты ничего. Глаза необычные. Цвет тут редкий. Голубой, но такой светлый. Надо же почти белый. Наши мужчины сразу с ума сойдут. Надо яркий акцент на глаза сделать. Волосы тоже хороши, светлые бы, но все равно тоже цвет редкий – медный. Да‑а… ходишь ты плавно, как танцовщица, но танцевать‑то умеешь?
– Умею, – киваю.
– Ладно, на сцене уже посмотрим, как умеешь. Сейчас принесу тебе ужин. Что хочешь?
– Если честно, то всего и побольше.
– Много нельзя есть перед выступлением, – наставительно произнесла Ирма. Поешь немного, остальную еду забери, потом доешь. Все, я пошла, жди тут, можешь пока наряд для выступления выбрать.
 
Ирма кивнула на длинную стойку увешанную полупрозрачными платьями.
А вот платьишки настораживают. Перебираю наряды и понимаю, что с танцами я погорячилась. Не смогу я в этой срамоте перед людьми показаться.
Но и отказываться, наверное, поздно. Куда идти на ночь глядя, без денег, места для ночлега и денег. Мне сейчас только работу танцовщицы и будут предлагать, а то и что похуже.