В академию за хозяином Драконьего Края (СИ)

– Вы можете подтвердить свои слова на артефакте правды? – спрашивает ректор выставляет на стол подставку с хрустальным шаром. – Коснитесь его. Если сказанное вами было правдой, он окрасится в зеленый цвет, нет – в красный.
– Я не хочу ничего подтверждать. Вы меня в чем‑то обвиняете? – спрашиваю дрожащим голосом. Что‑то мне совсем страшно стало. Давление ощущаю чудовищное.
– Нет, но выяснить все обстоятельства необходимо. Предположим, вы ответили на прошлый вопрос. Ответьте, пожалуйста, на следующий. Ректор сделал знак, и Милиру с Нелидой вывели из кабинета. – Откуда вчера ночью появились над зданием драконы?
– Я понятия не имею.
– То есть, вы не знаете, что это за драконы и откуда?
– Нет.
– Вы можете устанавливать контакт с драконами, общаться с ними?
– Нет.
– Вы понимаете, что сокрытие факта своей возможностей общения с драконами является серьезным государственным преступлением?
– Нет. Не слышала о таком.
– Теперь будете знать. Повторю вопрос еще раз. Вы можете общаться с драконами? Это вы привели их на театральную улицу?
Двоякая ситуация. Что получается? Если я сейчас под давлением признаюсь, в способностях, которые скрывала, стану государственной преступницей? Тогда зачем мне сознаваться? Драконы не выдадут, я, почему‑то в этом абсолютно уверена.
Пока стою молча, раздумывая, кто‑то из присутствующих магов не выдерживает.
– Вообще, это, конечно, безобразие, которое допустили вы, господин ректор. Принять в академию мага без семьи, еще и с уникальным случаем – с ведической силой, не сообщить никому об это и не выяснить, к какому она принадлежит роду – потрясающая халатность. Магических родов, а тут предположительно дева из рода говорящих с драконами, не так уж много, предлагаю по артефактам крови узнать, к какому именно роду она относится и пусть глава рода ее забирает и решает, что с ней делать, а также несет за нее полную ответственность. Проведем исследование прямо сейчас. Пусть сдает кровь.
Остальные присутствующие в кабинете одобрительно загудели, а у меня волосы дыбом. Я не хочу ни в чей магический род, чтобы мной кто‑то управлял и решал, что мне делать и как быть. Ощущение такое, что меня просто… делят.
– Я не буду давать свою кровь, – говорю я с испугом. – Не хочу ничего знать. У меня есть мама, и мне этого достаточно.
– Нет, недостаточно, – вздыхает ректор. – Поскольку вы маг, то по правилам, если хотите продолжать учиться, необходимо знать и иметь принадлежность к определенному роду. Да, ранее закрыл на это глаза, и это стало моей ошибкой. Кровь придется сдать, и уже глава вашего рода будет решать все вопросы связанные с вами.
Бросаю взгляд на “своего” магистра. Но он молчит.
– Нет!
Неожиданно раздается за моей спиной. Рядом со мной встает маг.
– Что “нет”? – устало спрашивает ректор.
– Я не разрешаю проводить исследование, – говорит стоящий рядом со мной старшекурсник.
– С какой это стати? – усмехнулся глава академии.
– Моя невеста этого не хочет, я уважаю ее чувства, да и не важно, к какому магическому роду она принадлежит, ведь за нее уже несу ответственность я. Как только этот учебный год закончится, мы поженимся, и она войдет в мой род. – Шен приобнял меня за талию и скинул капюшон. В кабинете вновь повисла давящая тишина.
  
Глава 54
 
– М‑да, – скептично произнес ректор. – Шен Ризвайр, а у вас есть какие‑то доказательства того, что адептка Ниока ваша невеста? Или это у вас голословное утверждение про невесту?
– Есть! Я связывался с отцом, и он дал мне разрешение на брак. Вот семейный помолвочный артефакт и письмо с разрешением от отца.
Под моим изумленным взглядом Шен достает из кармана и правда какое‑то письмо и бархатную коробочку. Письмо передает ректору.
Я не могу поверить, что самое все это действительно происходит. Кажется, что жто дурной сон.
Ректор достает из конверта бумагу, читает ее, открывает коробку, пару мгновений разглядывает находящийся в ней перстень.
 
– Ну, что же, разрешение я вижу, но сама‑то адептка Ниока согласна быть вашей невестой.
Шен забрал кольцо, затем, широко улыбнувшись, встал передо мной на одно колено.
– Айлин, ты станешь моей женой?
А‑а‑а!
Меня будто в чан с кипятком окунули, а затем в ледяную воду. Беспомощно оглядываюсь, но помощи, похоже, мне тут ждать не от кого. Что же всем надо? Почему не могут просто отстать и дать жить спокойно? Мне ведь только доучиться и больше меня не увидят.
Последний, на кого я взглянула, прежде, чем дать ответ, был магистр. Молчит сидит. Откинулся на спинке стула, руки на груди сложил, нога на ногу. Вальяжно так сидит, словно представление смотрит, только руки в кулаки сжаты.
– Угу, – мрачно поддакнула я, и Шен тут же надел мне на палец перстень. Невестой его неофициальной была, ничего страшного. По сути, ничего особо и не изменилось. Побуду в этом статусе до окончания академии, а потом, может если получится, сговорюсь с драконами, и сбегу от всех этих магов в ведическую школу. Главное, чтобы сейчас отстали.
После оглашения помолвки нам с Шеном даже вяло похлопали, жених мой объявил, что ни на какие вопросы больше, я отвечать не буду, если не хочу, и если какие‑то претензии, но претензий не было. Даже более того, меня наградили! Вручили грамоту, медную медальку на грудь повесили, еще какое‑то время расспрашивали о деталях операции спасения, но почему‑то до момента моего выступления, а вот о том, что было после, ректор не спрашивал, свернув обсуждение.
А потом меня, наконец‑то отпустили! Шен ушел вместе со мной и крепко держа меня за руку.
В приемной вернула секретарю пиджак, сердечно ее поблагодарив, и только в коридоре вспыхнула возмущением:
– Почему там на меня так напали, а?
– Ну смотри, – Шен лениво улыбнулся. Мы вместе идем по административному корпусу в сторону выхода. – Во‑первых, ты сделала то, что другие не могли сделать годами. Это задевает их самолюбие. – Во‑вторых, почему у тех, кто хотел бы что‑то сделать, но не смог, знаешь, почему ничего не получалось? Я думаю, банду элементарно покрывали. Так что, условно говоря, половина находящихся в кабинете, злится, что их обскакала какая‑то девчонка, вторая половина злится из‑за материальных потерей в налаженном бизнесе. Еще, может, боится, что их кто‑нибудь из ныне пойманных бандитов сдаст. Так что чего ты ожидала?
– Да уж. А что насчет…
– О, вот здесь можно, – с этими словами Шен увлек меня в закуток одного из коридоров. Здание административное, немноголюдное. – Какая ты красивая, а это платье меня жутко заводит.
– Что?
Шен прижал меня к стене, буквально расплющил своим телом, и беззастенчиво лапает.
– Теперь ты моя невеста, имею полное право трогать где хочу, и как хочу, – победно заявляет парень.
Его что, прошлый раз ничему не научил?
Формирую уже хорошо отточенное заклинание, направляю в мага и… ничего.
Шен довольно цокнул языком.
– Ну вот заодно и проверили. Помолвка в силе. Брачный артефакт не даст нанести вред магией своему партнеру.
– А‑а… ты только ради этого решил помолвку заключить?
Маг весело хмыкнул.
– Вот сейчас поцелую, наконец, тебя нормально, и поймешь, для чего.
– Не смей! – только и успела прошипеть я, а в следующий момент Шен уже наклонился ко мне и впился в губы поцелуем.
Брыкаюсь, изворачиваюсь как могу, бью Шена по плечам, возмущенно мычу. Поцелуй мага такой же наглый, как и он сам, настойчивый, он целует и целует с таким явным задором и энтузиазмом, что в какой‑то момент ловлю себя на том, что стучу по плечам Шена как‑то уж очень вяло и формально. Я думала, что плавлюсь от поцелуев избранника из‑за влияния ведической силы, но, кажется, все куда более грустно и прозаично – мне просто нравится процесс. Я падшая женщина.
 
В какой‑то момент Шена от меня буквально отрывает.