Это наша ночь

Терри усмехнулся.
— На это была веская причина, правда? Мы уже пришли. Пойдем и посмотрим, что мама приготовила в своей чудо-печке.
Аннабелла выдавила из себя улыбку.
— Ты, наверное, думаешь, что я веду себя как неразумный ребенок.
— Нет, ты ведешь себя как женщина, которая только сейчас обнаружила, как много от щедрот своих ей дала природа.
— Поздновато я это обнаружила, ты не находишь? — невесело усмехнулась Аннабелла.
— Нет. Для подобных вещей в жизни нет четко установленных сроков. Каждый человек живет в своем собственном ритме.
— Держу пари, твой ритм очень быстрый, и природа задала его весьма рано.
Терри засмеялся и, убрав руку с плеча Аннабеллы, распахнул перед ней двери дома. Поколебавшись мгновение, она подняла голову и пошла впереди него. Взгляд Терри скользил по ее тонкой талии, по плавному изгибу бедер, обрисовывающихся при ходьбе под струящимся материалом платья, по изящным лодыжкам стройных длинных ног.
— Истинная женщина, — пробормотал он и поспешил вслед за Аннабеллой.
К своему удивлению, Аннабелла не испытывала в этом доме смущения, расслабилась и получила огромное удовольствие от обеда. Аппетитно зажаренные цыплята с гарниром и оригинальный салат из свежих овощей были изумительными. На десерт Мэри Расселл предложила вишневый пирог и ванильное мороженое. Беседа за столом текла живо и непринужденно, и Аннабелла приятно удивилась, обнаружив, что все члены семьи Расселл обладают тонким чувством юмора и редким умением смеяться над собой.
Дом Расселлов не был очень большим, и в нем царила атмосфера уюта, радости и людского тепла, которая незаметно обволакивала Аннабеллу. Это было настоящее семейное гнездо, в котором всегда можно рассчитывать на поддержку и заботу любящих людей. Видя, какими нежными улыбками обменивались родители Терри и какой гордостью загорались их глаза при взгляде на сына, Аннабелла искренне радовалась за всех троих.
Казалось, что каждый предмет в доме Расселлов до самых мелочей источал любовь. Но, как ни странно, родители и дети не принимали эту любовь как должное, а лелеяли и берегли ее, как самую большую ценность в своей жизни.
Терри рассказал за обедом, как однажды забрался на крышу пошпионить за одной из сестер, сидевшей на крыльце со своим поклонником, а вторая «противная сестра», как он выразился, убрала лестницу, приставленную к крыше, и Терри вынужден был просидеть на «наблюдательном пункте» несколько часов, пока родители не хватились сына и не кинулись его искать.
Аннабелла от души посмеялась над приключениями незадачливого мальчишки и густо покраснела, поймав на себе внимательный взгляд Терри.
— А вы выросли в Талсе, мисс Аннабелла? — обратилась к ней Мэри, когда они доедали пирог.
— Да, я училась и жила в закрытом католическом пансионе. Мой отец умер, когда мне было четыре года, а мама тяжело болела и не могла заботиться обо мне и заниматься моим воспитанием. Как только я немного подросла, меня определили на обучение в пансион к монахиням. Мама умерла, когда мне исполнилось двенадцать.
— Бесси Монтгомери приходилась вам тетей? — участливо спросил Майк.
— Да, но я не подозревала о ее существовании до тех пор, пока адвокат не разыскал меня и не сообщил о похоронах и доме, оставленном мне в наследство. По всей вероятности, она поссорилась с моим отцом много лет назад и не желала признавать его дочь. Для меня стало большой неожиданностью известие, что я имела каких-то родственников. Все эти годы, проведенные в пансионе… В общем, я думала, что совершенно одна на свете.
«И одинока», — подумал Терри. Он готов был поклясться в том, что Аннабелла росла очень одинокой девочкой. Но разве она повзрослела и добилась чего-то в жизни лишь для того, чтобы остаться одинокой женщиной?
— Очень эгоистично было со стороны Бесси не вспоминать о вас долгие годы, — сочувственно сказала Мэри.
— Наверное, у нее были на это свои причины, — ответила Аннабелла без всякой обиды. — В любом случае, я безумно рада, что она оставила мне свой дом на Персиковой улице. Он милый и удобный, и к тому же Хармони мне нравится гораздо больше Талсы.
 
— Многие люди хотят жить в Хармони, — не без гордости заявил Майк.
— Я очень довольна, что очутилась здесь, — заверила его Аннабелла.
Было ли это так на самом деле? Конечно, да. Тот факт, что со дня приезда в Хармони Терри Расселла она ведет себя как глупая гусыня, не изменит ее отношения к городу, где она нашла второй дом и жила в привычном и удобном ей ритме.
Аннабелла удивилась, когда мужчины стали помогать с уборкой посуды после окончания обеда. Аннабелла сполоснула тарелки, Мэри загрузила их в посудомоечную машину, Терри и Майк убрали все ненужное со стола и в столовой воцарился полный порядок. Все в этой семье помогали друг другу, и Аннабелла ощутила внутренний покой и удовольствие от сознания, что она замечательно провела время среди радушных и приветливых людей.
— Я так благодарна вам за то, что пригласили меня, — наконец сказала она, собираясь попрощаться с семейством Расселлов и отправиться домой.
— Мы были очень рады составить вам компанию, дорогая, — сердечно ответила Мэри. — Но не спешите уходить. Мы можем посидеть на террасе, где обычно проводим воскресные дни. Так приятно расслабиться и отдохнуть после обеда.
— Если ты одолжишь мне машину, отец, мы с Аннабеллой могли бы съездить на новое искусственное озеро. Я еще ни разу не был там.
— «Если ты одолжишь мне машину, отец», — смеясь, передразнил Терри Майк Расселл. Он протянул сыну ключи. — Знакомая фраза, навевает некоторые воспоминания.
— У меня тоже, — согласилась с мужем Мэри. — Конечно, прокатитесь до озера. Развлекайтесь, как вам хочется.
— Ты уже ездила на озеро, Аннабелла? — спросил Терри.
— Нет, но…
— Прекрасно, значит, тебе тоже будет интересно посмотреть на него. Пап, на пляже есть кабинки для переодевания, или лучше сразу надеть купальники?
— По-моему, кто-то из соседей говорил, что кабинки еще не установили. Мэри, где у нас пляжные полотенца?
— На своем месте — в стенном шкафу, — ответила Мэри. — Сейчас принесу. Сегодня отличный день для купания.
— Да, но… — вновь запротестовала Аннабелла.
— Пойду переоденусь, — перебил ее Терри. — Я скоро вернусь, а потом мы остановимся ненадолго у твоего дома, чтобы ты надела купальник.
— Но я…
— Вы умеете плавать, мисс Аннабелла? — спросил Майк, оставшись наедине с гостьей.
— Нет, не умею и очень боюсь воды. Я никогда не вхожу в воду глубже полуметра. А Терри всегда такой быстрый? Я хочу сказать, он такой энергичный.
Майк засмеялся.
— Да, он и минуты не может просидеть сложа руки. Постоянно находится в движении и частенько доводит себя до полного изнеможения. Вот почему Терри приехал в отпуск в Хармони — отдохнуть и набраться сил. Сейчас он совершенно выдохся.
— Если это называется выдохся, то я не хотела бы видеть Терри отдохнувшим и восстановившим форму, — недоверчиво взглянула на него Аннабелла.
Майк довольно засмеялся. На пороге появилась Мэри с двумя большими махровыми полотенцами в полоску. Вскоре появился и Терри. Аннабелла взглянула на него и с трудом скрыла свое изумление.
Терри надел обрезанные до колен потертые джинсы и зеленую футболку с надписью «Пилоты делают это в облаках». Майка плотно облегала его широкие плечи и мускулистую грудь, а открытые ноги были загорелыми и сильными, покрытыми выгоревшими волосками. «Терри выглядит потрясающе», — пронеслось у нее в мозгу.
— Эта майка просто чудовищна, — высказала свое мнение Мэри. — Неужели тебе нечего больше надеть?
Терри опустил глаза на надпись.
— Не понимаю, что тебе не нравится, мама. Я от нее в восторге. Ты готова, Аннабелла? Тогда поехали.
— Я… — Аннабелла поняла, что ей остается только подчиниться. — Поехали, но должна предупредить, что я совершенно не умею плавать.
Про себя она отметила, что он вновь назвал ее Аннабеллой, а не мисс Аннабеллой, как это делали все в городе. Ее имя без приставки «мисс», произнесенное его глубоким, низким голосом, звучало удивительно красиво. «Ты совсем растаяла, Аннабелла, — с укором подумала она. — Хватит мечтать. Пора возвращаться к привычному стилю жизни».