Альбинос. Финал (СИ)
Руки легли ниже и медленно подбирались к паху. Туда, где уже всё испачкалось в смазке и явно ныло от натуги. Вот мы и подобрались к самому интересному. Левой рукой я гладил его яички, а правой повторял однообразные простые прикосновения, от которых очень сложно кончить. Вниз по всей длине, а потом обратно вверх к уздечке и круг пальцем по головке. Только большим пальцем и совсем не создавая давления. Пытка — я бы это назвал так, если не научиться ловить от это кайф.
— Забудь, что можешь кончить. — просил я и повторял одни и те же движения.
Никуда не торопился, и не давал ему двигаться на мне. Иногда казалось, он мне хер оторвет, так сжимался. Возможно, мое давление на простату усиливало эти ощущения, но я примерно понимал, каково ему сейчас. И я продолжал монотонные действия. Но эти движения только вначале кажутся простыми. Когда оргазм будет близко, каждое прикосновение пальцев он будет ловить, как что-то мимолетное и неуловимое, будет прислушиваться к ним. Будет мечтать о том, чтобы давление хоть чуть-чуть усилилось.
Всё как я и ожидал. Сначала он просто сидел и привыкал к ощущениям, а через три минуты уже не мог адекватно контролировать свои движения. Его руки то и дело подрагивали, голова то опускалась, то поднималась, а мышцы всего тела пытались сокращаться сильнее и сильнее. Я знал, что каждое мое движение вот-вот приведет его к оргазму, а если чуть ускорить их — он произойдет мгновенно. Но я хотел показать ему, что может быть лучше. И этот момент наступил.
Он перестал себя контролировать. Забыл обо мне. О себе. О том, как он выглядит, о том, нравится ли мне то, что я делаю или чего я хочу в данный момент. Он перестал думать, чего ему хочется сегодня или будет хотеться завтра. Он уже ничего не контролировал. Он сидел сверху, громко дышал, стонал в такт моим движениям, и это сладкое томление перед тем, как кончить, растянулось для него из привычной секунды в неожиданно долгие минуты. Он протяжно стонал, кайфовал, подрагивал. А вот я надеялся, что по-настоящему услышу его, и это тоже было частью плана. Когда он был «близко», он сначала просто начал выть, и воздух с шумом вылетал из легких. А когда его накрыло, он уже не стонал — он кричал. Хрипло, вязко, громко. И это был его самый долгий оргазм, я в этом уверен. У меня вся футболка намокла от того, сколько из него вышло. У него даже слюни изо рта потекли, так сильно он «ушел» в эти ощущения. За всё это время я ни разу не сбился с ритма, хотя было сложно.
Уверен, он сам не ожидал, что будет так кричать, что будет так стонать, что позволит себе выглядеть вот так. Искренне. А это сложно. Позволить самому себе быть искренним, когда занимаешься с кем-то сексом. Когда он сжимался в последних судорогах, то просто упал на меня сверху.
— Тебе было хорошо? — я любил задавать этот вопрос, как и слышать ответ на него.
— Да.
Он так быстро убежал в ванную, что даже не обратил внимание на мой внушительный стояк. Но я не я, если буду как обиженная девочка, поэтому просто «спустил» в туалете, и хватило для этого пары движений. Но зато Сашка сегодня получил по полной программе, и надеюсь, что этот раз он никогда не забудет.
========== Часть 4. ==========
POV Саша.
Из ванны было просто стыдно выходить. Ужасно стыдно, провалиться мне на месте! Когда вспоминал, как кричал, то думал, лучше бы исчезнуть куда-нибудь, только не признаваться себе, что так орал именно я. Никогда не кричал во время секса — никогда. Всегда считал, что это как-то странно и неестественно. Хотя в тот момент казалось — если не закричу, то эта пытка продолжится ещё час. Да, было очень классно… Да что там, охуенно! Никогда не испытывал такой оргазм, никогда так сильно не ощущал все эти «волны», «приливы», этот момент, который даже словами не описать.
Стоит признаться, да, признаться — это было очень круто. Вот уж не думал, что буду так кричать от того, что кто-то водит по члену пальцем. Секс у меня был разный: и страстный, и романтичный, и быстрый, и долгий, но не такой! Вырывающий тебя из контекста, вытряхивающий всю энергию…
Прохладная вода начала успокаивать меня, приводить в чувство, но стыд всё ещё захлестывал своими горячими и яркими вспышками. И как теперь ему в глаза смотреть? А на пальцы на эти как смотреть?
— Сосать ему в машине не стыдно было, а сейчас застеснялся? — говорил я сам себе. — Подумаешь, покричал немного, что такого?! Случается иногда, всякое случается…
Когда я вышел, в квартире стояла гробовая тишина.
— Закончил? — я даже подскочил от испуга, когда за спиной оказался Слава.
— Да…
— А кто это убежал, оставив меня наедине со стоящим членом, м-м-м? — подшутил он.
Ещё лучше! Мало того, что я выставил себя орущей целкой, так ещё и о нём не подумал. Полнейший провал.
— Не переживай, мои руки не для скуки. — это саркастическое замечание ещё больше меня «расшатало». Ему ещё и дрочить себе пришлось, ужас.
Когда он хлопнул меня по плечу и ушел в ванную, я засобирался. Возникло непреодолимое желание свалить по-быстрому. Было так неловко, просто ужас! Спрашивая себя — почему такой пустяк меня смущает, я соглашался с тем, что сам загнал себя в такую ситуацию. Я настолько поддался его влиянию, настолько влюбился, настолько его мнение было для меня важно, что даже такие мелочи меня из колеи выбивали.
Поздно было уже! Слишком поздно создавать для него образ классного парня. Не при тех обстоятельствах мы встретились, не при тех обстоятельствах случился наш первый раз. Но люди — противоречивые существа. Вроде, понимаешь головой, что ничего «такого», что это всё просто «загоны», но поделать с собой тоже ничего не можешь. Я выбрал легкий путь — сбежать и переждать все неловкие моменты дома.
Вытерся плохо, и вещи отказывались на меня налезать, и пока руки терзали одежду, я придумывал сотни отмазок, чтобы не оставаться. Конечно, можно уйти, даже не дожидаясь, когда он из ванны выйдет, но это будет уже слишком. Нужно хотя бы сказать «до встречи».
— Куда собрался? — он прошел мимо меня, вытирая шею полотенцем.
— Мне домой надо… — я закрыл глаза, чтобы случайно не увидеть его эмоции и не засомневаться.
— Не понял? Ты же сам хотел остаться, что-то не так? Я смотрю, ты уже всё решил? — он аккуратно повесил полотенце на спинку стула и начал вытираться.
— Извини, мне правда…
— Оставайся, Саш, не начинай. Куда ты поедешь? — черные боксеры на нём смотрелись охуенно — взгляд не оторвать. И как же глупо было стоять одетым, в надежде уйти от него подальше по прихоти собственного эгоизма.
В итоге я остался. Легли на одну кровать, как ни в чем не бывало. Меня заботливо укрыли одеялом и предложили водичку. Только сон никак не «шел», поэтому я изучал кусочки люстры, которую удавалось разглядеть в полумраке.
— Я что, что-то не так сделал, или что-то не понимаю?! — Слава приподнялся на локте, глядя на меня, хотя в такой темноте точно ничего не увидишь.
— Всё так, просто я подумал, что неловко будет остаться у тебя. — я говорил и сам понимал, что это полная чушь, самая дурацкая отмазка, которую может сказать взрослый мужик.
— Серьезно? Ты меня поражаешь… Я-то думал, ты кайфанул, а ты сбегать собрался… — он цокнул и лег обратно на спину, заведя руки за голову.
— Можно вопрос?
— Валяй.
— Где ты этому научился? — любопытство — оно такое.
— Где… — повторил он. — Если ты думаешь, что на мне скакали красивые девочки и научили разному мастерству, то ты ошибаешься. В детдоме научился.
Из-за тишины, которая последовала за его ответом, я подумал, что он не собирается продолжать, и уже прикидывал разные варианты, как можно открыть вот такой секс, будучи в детдоме, а он вдруг начал рассказывать свою историю.
— В нашем детдоме были, в основном, мальчики, и хорошей репутацией он не прослыл. Жестокие няньки, жестокие правила, отвратительная жрачка и отношение к детям. Не думаю, что стоит рассказывать о том ужасе, что иногда там творился. — он говорил тихо и спокойно, а я замер, чтобы не «спугнуть» момент искренности. — Я ненавидел всех. Каждого. Вот реально каждого человека. Мы все были детьми и подростками, а о сексе говорили уже лет с шести. Ещё толком от горшка не отучились, но уже мат на мате и пошлятина разного формата. — он вздохнул, — Не знаю, как в других местах, но у нас за «дрочку» наказывали. Такой вот способ выместить злобу у малолеток.