Дикая птица (СИ)

Дагни перелетел на подоконник, обиженно посмотрел на хозяйку серым глазом и выпорхнул в окно.
***
В Царских Палатах было необычно тихо. Слуг не видно, немногочисленные стражники прохлаждались, предпочитая службе крепкий послеобеденный сон прямо на рабочем месте. Это значило только одно: царь и Власта отбыли из терема.
— Где царь? — Рогнеда растолкала стражника у входной двери.
— Госпожа Рогнеда. — Он тут же приосанился и потёр заспанное лицо. — Отбыл в Звёздную Башню, госпожа.
— Встречается с Советом Чародеев? — Она удивлённо вскинула брови. — Это ещё зачем?
— Не могу знать, госпожа. — Пожал плечами стражник, а потом наклонился и продолжил заговорческим шёпотом. — Ходят слухи, что это из-за Гвардии. Говорят, у них что-то не ладно.
— Так а царь тут при чем? Гвардия ему не подчиняется. Да и Совету тоже.
— Не могу знать, госпожа.
— Ладно. — Рогнеда махнула рукой. Сейчас было не до этого. — А царевич Дарен здесь?
— Был. — Кивнул стражник. — Наверное, как всегда, в библиотеке. Но вы лучше у слуг спросите, если отыщете кого, конечно.
Рогнеда бросила стражнику небрежное «спасибо» и направилась наверх, в сторону библиотеки. От одной мысли об этом месте, по телу пробегали мурашки, а перед глазами снова возникал устланный птичьими трупами ковёр. Рогнеда силой затолкала эмоции вглубь себя, на задворки сознания, туда, где не будет слышно даже слабого эха. Сейчас не время.
Отец учил её подавлять эмоции. Сохранять голову холодной и ясной. Всё контролировать. Себя, окружающих, ситуацию. Ему это прекрасно удавалось. Большую часть времени. Когда дело не касалось азартных игр. Рогнеде удавалось хуже. Она легко злилась. Слишком легко. Грусть, радость, отчаяние, обида, боль, страсть — она подавляла их мгновенно, давила в зародыше. Но гнев иногда брал верх, раздирал на части и вырывался на свободу. И это чертовски раздражало.
Рогнеда остановилась и сделала глубокий вдох. Ну, вот, опять. Стоило об этом подумать, и в груди заклокотало раздражение. С выдохом раздражение затихло и нырнуло в темноту к остальным эмоциям, а Рогнеда открыла дверь в библиотеку.
Дарен был не один. Он сидел за столом, а вокруг юлой вилась Есения. Свет падавший на неё из большого окна заставлял светлые волосы и кожу буквально светиться.
— Но ведь волк сделал за Ивана всю работу! — смеялась Есения детским заливистым смехом. — А ему досталось всё готовенькое. И царевна, и полцарства. Нечестно как-то.
Дарен покачал головой, рассмеялся и ткнул пальцем в книгу.
— Нет, всё правильно. Это ведь не простой волк — это предок, посланный Ивану из загробного мира специально, чтобы помочь.
— Предок? То есть это мертвец? — Есения прикрыла рот маленькой ладошкой. Ей было тринадцать полных лет, но Рогнеда с трудом дала бы девчонке десять — слишком уж кристально чистый, незамутнённым мыслью взглядом она смотрела на мир.
— Скорее дух. — Рогнеда вмешалась в разговор, выступая из тени.
Улыбка исчезла с лица Дарена. А улыбка на лице Есении сделалась ещё шире.
— Рогнедушка! — Девчонка бросилась к ней, заключая в объятия. Она была такой маленькой, что макушкой едва доставала Рогнеде до плеча. — Ты так давно не заглядывала к нам! Я соскучилась! И матушка соскучилась.
— Уверена, у Власты и без меня много хлопот. — Рогнеда неловко похлопала Есению по голове и попыталась отстраниться.
— Отца нет. Зачем пришла? — спросил Дарен сухо.
— Дарен, не будь таким грубияном. — Есения выпятила нижнюю губу и нахмурилась, став до неприличия милой.
— Ничего страшного. — Я улыбнулась и снова попыталась выскользнуть из объятий. — Можешь меня отпустить.
Огромные небесно-голубые глаза посмотрели с надеждой.
— Рогнедушка, ты не обиделась на этого грубияна? — Есения положила щёку ей на грудь и закрыла глаза. — Не обижайся на него, пожалуйста, он исправится.
— Я не обиделась, но нам с царевичем очень нужно поговорить. Дарен. — Рогнеда выразительно посмотрела на него, а потом на Есению. — Может, заберёшь уже от меня свою дорогую невесту?
 
— Есения… — начал было Дарен.
Есения разомкнула объятия и подпрыгнула на месте.
— Ой! Когда я выйду замуж за Дарена, а ты, Рогнедушка, — за царя, я смогу называть тебя матушкой!
Рогнеда попыталась улыбнуться, но лицо свело судорогой. Это законно вообще — быть такой милой? Именно за это нужно сажать в темницу, а не за тёмную магию. Ещё немного, и тут все утонут в патоке.
— Ты хотела что-то обсудить? — холодный голос Дарена, к облегчению, понизил градус сладости в воздухе.
— Наедине.
— А Дарену нечего скрывать от меня, правда, любимый? — Есения подлетела к царевичу и всем телом прижалась к его руке.
— Уверена, это так. — Рогнеда не дала Дарену возможности ответить. — Но ты же не хочешь заранее узнать про свой подарок?
— Подарок? — Глаза Есении стали похожи на сверкающие блюдца.
— У тебя ведь скоро день рождения... — Рогнеда ткнула пальцем в небо.
— Ну, как скоро, через два месяца. — Есения пожала плечами.
— Это довольно скоро. И…
— Я поняла! Эти тайные делишки мне знать не нужно! — Есения засмеялась и поспешила покинуть библиотеку. — Надеюсь, это будет красивое украшение! — бросила она на прощание и выпорхнула за дверь.
Рогнеда выдохнула и потёрла переносицу. Пара минут общения с Есенией выжимали её до капли. И как Дарену удаётся её терпеть целыми днями? Рогнеда бы уже повесилась.
— В постели она такая же шумная? — протянула она, оглянувшись на дверь.
— Боги, Рогнеда, она же ещё ребёнок! — Дарен скривился.
— И твоя родственница, но, скажи мне, когда это останавливало царей? — Рогнеда развела руками и хитро улыбнулась. — Но, я поняла, ты из тех чудаков, кто хранит себя до свадьбы. Кто я такая, чтобы осуждать тебя за отказ от естественных удовольствий.
— Я не… — Дарен застонал и закрыл лицо рукой, а потом посмотрел на Рогнеду со вселенской усталостью в зелёных глазах. — Что ты хотела?
Рогнеда поджала губы и небрежно провела пальцами по корешками книг на ближайшей полке. Почему-то она нервничала. Возможно, потому что не привыкла просить.
— Мне… нужна твоя помощь в одном деле, — выдавила она и заложила за спину вспотевшие ладони.
— Моя? — Дарен недоверчиво усмехнулся и скрестил руки на груди. — Что же это за дело такое?
— Это касается убийцы, — соврала Рогнеда. — Есть зацепка. Ты, вроде, хотел поучаствовать.
Дарен молчал. Рогнеда продолжила.
— Есть такой чародей, Кощей Бессмертный. Он может что-то знать. Надо с ним поговорить, но я не хочу идти одна.
— Почему?
— Я… боюсь.
— Ой, да брось…
— Правда! — Рогнеда отступила на шаг, прикрыла рот рукой, вжала голову в плечи и посмотрела на Дарена самым своим невинным взглядом. — Он такой пугающий и…
— Ты при мне не моргнув глазом пытала человека и собиралась вернуть с того света труп. Думаешь, я поверю, что ты боишься какого-то чародея?
Рогнеда шумно выдохнула, сбрасывая с себя ореол невинности. Да, до Есении ей как до Восточных Островов пешком да с дохлым конём на плечах.
— К нему нельзя просто заглянуть в гости. Он не любит общаться зазря, — сухо сказала Рогнеда. — Но есть способ заставить Кощея встретиться. Он коллекционирует ценности. Диковинные вещицы, артефакты, души. Я собиралась предложить ему тебя.
— Прости, что? — Дарен поперхнулся собственным дыханием.
Рогнеда неопределённо провела пальцами в воздухе.
— Это не совсем души, в прямом смысле. Это скорее слепки. Душу у тебя никто не заберёт. Уверена, Кощей не устоит перед душой царевича. Такой широкой и доброй душой, как у тебя…
— Ты серьёзно хочешь затащить меня к какому-то непонятному чародею, чтобы…
— Если это поможет найти убийцу, — твёрдо сказала Рогнеда. — И, насколько я помню, ты тоже хотел его найти. Или струсил?
— Аньяна сказала, что к тебе приставили Сокола, может, его отправить, к этому… как его… Кощею.