На краю тени
Я не могу.
Глава двадцать первая
Бэ-бз-бз-бз…
— Еще пять минуточек, — пробормотала я в подушку, поворачиваясь. И вновь начала погружаться в сон, в котором попала на необитаемый остров, убежав от всех проблем, как обычных, человеческих, так и магических.
Бэ-бз-бз-бз…
— Еще темно, — громко сказала я. — Мама, не тряси будильником у меня под ухом.
Что это ей понадобилось от меня ни свет ни заря, да еще в субботу?
Я снова повернулась и накрылась с головой одеялом.
— Лея, — позвал низкий, приглушенный голос.
Я замерла.
И как это мама превратилась в парня?
На верхней губе появились колючие бисеринки пота.
— Лея, — снова позвал голос.
Я медленно стянула одеяло, села и, щурясь, взглянула на часы — 2:27.
— Я здесь, — раздался голос.
Повертев головой, я увидела темную фигуру, залезающую в окно.
— ААААААААА! — завизжала было я, но темная фигура, подлетев, зажала мне рот холодной рукой.
— Шаман, это я, Слейд… — Холодное дыхание проникло мне в ухо, и я вздрогнула. Все еще зажимая мне рот, оборотень привлек меня к себе: — Не вздумай кричать!
Тонкая ткань пижамы не спасала от холода. Все еще ощущая ледяную руку на своих губах, я кивнула. Слейд ослабил хватку, черты его лица не были видны в темноте, сияли лишь глаза. Уж не знаю, как я разглядела, что его гибкое тело облегают черные кожаные штаны и плотная черная футболка.
Сдернув одеяло с постели, я обернулась:
— Что ты творишь, Слейд?
— Идем со мной, — приказал он и протянул мне руку.
— Куда? — Я повыше подтянула одеяло.
— Ты должна сама увидеть, идем!
Он сделал шаг ко мне, но я отклонилась.
— Есть только один способ, Лея, — прошептал Слейд. — Ты должна пойти со мной. Только так ты окончательно поймешь, что произошло с Фионой и что ждет нас всех.
Его ноги почти касались моих — так близко он был. Я запрокинула голову и с минуту не отрывала от него взгляда. Несмотря на то что я не доверяла ему, других вариантов у меня, похоже, не было.
— Ладно, пойду. Только дай мне одеться, — сказала я, но Слейд не шелохнулся — стоял как вкопанный. — Может, ты отвернешься? — возмутилась я.
Он отступил на пару шагов, и я подошла к шкафу. Взяла джинсы и футболку с длинным рукавом и оглянулась на него:
— Эй, ты же не собираешься смотреть, как я одеваюсь? Выйди, пожалуйста!
— Ладно, встретимся снаружи. — Он развернулся и одним ловким движением перемахнул через подоконник.
— Какого черта я делаю? С ума, что ли, сошла? — пробурчала я, обращаясь к самой себе.
На улице холодно… Достав из шкафа куртку, я надела ее, подошла к окну и вгляделась в темноту ночи. Глаза уже привыкли, и я смогла разглядеть мотоцикл Слейда. Прежде чем вылезти, я бросила долгий взгляд на свою уютную, теплую комнату. Вернусь ли я сюда? А если вернусь, то когда?
— Ну и что ты хотел рассказать? — спросила я Слейда.
Он уже сидел на своем мотоцикле, держа в руках шлем. Как выяснилось, шлем предназначался мне.
— Чудно! — пробормотала я, надевая его.
Сев позади парня, я обхватила его за талию, и мотоцикл рванул в осеннюю ночь; он ехал так быстро, что я зажмурилась.
Спустя пятнадцать минут байк замедлил ход, и я осмотрелась. Мы остановились у небольшого здания, освещенного лишь мигающей зеленой вывеской.
— «Кэрри Пайпер», — прочла я вслух.
Название мне ни о чем не говорило. Судя по всему, мы были за городом: за зданием тянулось огромное кукурузное поле, посреди которого проходила линия электропередач.
— Где мы, черт подери? — спросила я.
Не отвечая, Слейд двинулся к входу. Мне стало страшно. Не сразу, но я бросилась догонять его.
Он толкнул дверь, чтобы войти. И в ту же секунду в уши ударил грохот музыки. Я поморщилась и скользнула за Слейдом внутрь.
В клубе, а это был клуб, царил полумрак, толпа танцевала, если это, конечно, можно назвать танцами. Я почувствовала руку Слейда на талии, он обхватил меня и повел сквозь толпу. На всякий случай я прикрыла лицо локтем, чтобы защититься от случайного удара танцующих.
— Садись, — приказал Слейд, притащив меня к тускло освещенному бару.
Я покорно опустилась на один из пустующих стульев.
Не по возрасту морщинистый бармен взглянул на нас без особого интереса, явно не впечатлившись видом девчонки без макияжа и высокого худощавого парня с подозрительно мерцающими глазами.
— Слушаю, — подал голос он.
— Мне ничего не нужно, — ответила я.
Тогда бармен перевел взгляд на Слейда, который также покачал головой.
Я сфокусировала взгляд на сцене в противоположном конце клуба. Играла какая-то мальчиковая группа. Все ее члены были бледны и одеты в черное, на головах одинаковые «ёжики». Солист кошачьей походкой ходил по сцене и пел что-то невразумительное; толпа ритмично двигалась, это был «медляк», и многие светили над головой зажигалками.
Я повернулась к бару и притворилась, что не вижу двух целующихся лесбиянок слева от себя.
— Итак? — Я посмотрела на Слейда.
Он оперся на барную стойку, широко расставив локти. Глаза сосредоточились на толпе, словно выискивая кого-то.
Мимо нас прошел парень с ирокезом на голове, и рука Слейда быстро схватила его.
— Привет! — невозмутимо сказал Ирокез.
— Расскажи ей, — прошипел оборотень и слегка подтолкнул парня ко мне.
Ирокез равнодушно посмотрел на меня мутным взглядом, но потом в его глазах мелькнуло некое подобие мысли.
— Это она… правда… серьезно? — спросил он Слейда, и тот кивнул. — Ого! — прошептал парень.
— Что — ого? — спросила я, чувствуя, как по спине пробежал холодок.
Ирокез наклонился и что-то шепнул на ухо Слейду, потом оба развернулись ко мне.
Я чувствовала себя как крохотная невинная мышка, на которую вот-вот налетит сокол и сожрет.
— Шаман… — обратился ко мне Ирокез. Его тонкие губы изогнулись в ухмылке, на секунду он принял облик волка (я скорее угадала это, чем увидела), после чего вернулся в человеческое обличье.
Желудок ухнул вниз. В животе стал разрастаться горячий страх, горло и грудь сдавило.
— Поможешь нам? — спросил парень.
Я вздрогнула, когда он коснулся моих волос, но он тут же опустил руку. Глаза его светились желтым.
— Назад, Ашер, — сказал Слейд и быстро положил руку на живот приятеля.
Ашер сосредоточил на мне свой взгляд, теперь его глаза отсвечивали темно-фиолетовым.
— Она все исправит… — прошептал он.
— Расскажи ей, — приказал Слейд; его рука все еще лежала на животе Ашера, служа барьером между нами.
Ашер облизал губы, я заметила, что язык у него раздвоен.
— Небытие разрушает наш мир. Вскоре от него ничего не останется, — сказал он.
Я кивнула:
— Да, слышала. А разрушают его фоморы, демоны из небытия.
Ашер повернулся к Слейду и восхищенно выдохнул. И снова обратился ко мне:
— Да, это они, хорошо, что ты поняла это. А ты не хочешь отправиться в наш мир, чтобы увидеть все собственными глазами?
Я отклонилась назад и сплела пальцы, они были ледяные.
— Нет… я просто… не могу… я…
— Я слышал, ты собираешься найти Четыре дара. — Ашер выпустил струю холодного воздуха мне в лицо.
— Не знаю… — начала было я и замолчала, услышав, как солист бой-бэнда заводит новую песню.
Он рычал в микрофон непонятные слова, но вдруг в мозгах у меня что-то щелкнуло.
Язык Существ… Он поет на языке Существ…
Я повернулась к Слейду, голова кружилась.
— Где мы? — спросила я.
— Не бойся, пока здесь, — последовал ответ. — Но ты не ошиблась — все они из Иного мира. Шаман. Они пришли сюда, потому что Иной мир охватила паника. В ночь Самайна в ваш мир переберутся даже обитатели Инис Мора, если ты не победишь небытие. Они будут жить здесь.
— Но они не могут! Ведь тогда реальный мир… тогда… они не посмеют нарушить границы.