Второй шанс 6 (СИ)

– Тогда пойду поужинаю, а то уже кишка кишку ест.
– Так и здесь есть кофе, молоко, чай, батон, в холодильнике яйца два десятка, колбаса, масло и сыр.
– Неохота готовить, лень, дойду до столовки, ту всего-то пять минут идти.
Вернувшись полчаса спустя, обнаружил Кошкина уже переключившимся на программу «Время», где как раз ведущий Евгений Кочергин предложил посмотреть репортаж со спортивных арен Олимпиады-80. Показали сюжет и с турнира боксёров, промелькнул на пару секунд Кошкин, отчего тот довольно хрюкнул со своей кровати, корреспондент за кадром перечислил фамилии советских боксёров, прошедших дальше, и посочувствовал неудаче Акопкохяна.
Дальше я вырубился, и спал так хорошо, как давно уже не случалось. Без сновидений, просто закрыл глаза под бормотание телевизора и открыл, когда на часах уже было половина седьмого. С кухни доносился звук электробритвы, это мой сосед приводил в порядок свою физиономию.
– Проснулся? Здесь позавтракаем или в столовую сходим?
– Да давай здесь позавтракаем. Я, кстати, чё-то голодный как собака, как ты насчёт яичницы?
– Я не против.
– Тогда яичницу с колбасой зафигачу. Надеюсь, десятка яиц нам на двоих хватит?
Всё-таки молодцы организаторы, обеспечивают продуктами каждый день. Правда, обслуживающий персонал сам заходит, со своими ключами, и всё больше пока спортсмены отсутствуют, но лично у нас с Саней пока вроде ничего не пропало.
Сегодня у меня выходной, а завтра выходить на ринг против восточного немца Герберта Бауха. Я уже видел его бой, тот был атлетично сложен, часто встаёт во фронтальную стойку и мощно бьёт с обеих рук. После обеда появился Грачёв, провели небольшую разминку в местном спортзале, оборудованным всем необходимым для бокса, и по ходу дела придумывали план на бой. Решили, что я постараюсь действовать в своей манере, не буду в очередной раз подстраиваться под соперника. Прощупаю его в первом раунде, а там уже окончательно определимся с тактикой на бой.
Приехал врач сборной, и в местном медпункте поставил мне снова «витаминный коктейль». Его ли стараниями, или мой организм сам восстанавливался такими темпами, а может, и всё вкупе, но в день боя я уже чувствовал себя достаточно неплохо. Что сразу вызвало у Лаврова сдержанный оптимизм.
– Подвигайся в первом раунде, подёргай его, – посоветовал он мне.
Ну мы это и так планировали, но всё равно спасибо за подсказку. В зале снова скандируют моё имя и поют про батяню-комбата, уже сразу несколько человек, организованно. Такая поддержка лучше всякого допинга.
В угол ринга положил уже изрядно потрёпанного олимпийского мишку. Правый глаз-пуговичка уже болтается на нитке, надо Ингу попросить пришить его как-то, а то одноглазым бандитом останется. Из угла соперника слышу громкие наставления:
– Du musst sofort zeigen, wer der Boss ist. Hast du verstanden? Mach weiter! [26]
Даже при моём слабеньком знании немецкого понимаю, что секундант требует от подопечного давления с первых секунд. Слово «Boss» истолковать двусмысленно в данной ситуации затруднительно.
Тот и рад стараться, попёр на меня «Королевским „Тигром“», выбрасывая в направлении моего лица поочерёдно левую и правую перчатки. Ну так я, само собой, не собирался стоять неподвижной мишенью, принялся выполнять план на бой. Сильных попаданий не получилось в первом раунде, но, надеюсь, судьи что-то засчитали. Тем более что и немец особо меня не достал, разве что на финише первой трёхминутки довольно чувствительно приложился в район пресса.
Второй раунд я начал активнее, с ходу обрушил на оппонента град ударов, после чего разорвал дистанцию, прикидывая, один раз я ему крепко засандалил или всё же попал пару раз? Немец только встряхнул своей квадратной головой и продолжил переть на меня, пытаясь прижать к канатам и пробить мою защиту. Но сегодня самочувствие позволяло мне хорошо двигаться, я даже демонстративно потряхивал руками, опустив их вниз, естественно, на безопасной для себя дистанции. Ну или на дистанции, где соперник всё же мог меня при желании достать, что он и пытался раз за разом сделать, но движение корпусом и головой из стороны в сторону помогало мне пока оставаться неуязвимым.
 
– Раунд точно за тобой, – заверил меня Грачёв в перерыве. – Продолжай в том же духе.
Наверное, стоило прислушаться к словам наставника, но на меня нашло какое-то весёлое безумие, или безумное веселье, это смотря с какой стороны посмотреть. Не иначе прилив сил отошедшего от борьбы с весом организма добавил адреналина. И я кинулся в рубку.
Тут, что называется, нашла коса на камень. Немец с готовностью ввязался в обмен ударами, а учитывая почти полное отсутствие защиты, наши физиономии вскоре стали свекольного цвета, и у обоих, что интересно, под левым глазом наливались гематомы. Свою я чувствовал, обзор как-то сразу стал недостаточно комфортным. Подумал, что пора этот балаган заканчивать, тем более что лёгкие раздувались как меха, воздуха после такой драки вдруг как-то резко перестало хватать.
Разорвал дистанцию, встречая шедшего на меня немца прямым левой. Причём так удачно встретил, что удар пришёлся точно в челюсть и соперник покачнулся. В моём мозгу тут же загорелась красная лампочка, и действуя больше на инстинктах, нежели просчитывая возможные последствия, делаю шаг навстречу и, собрав оставшиеся силы в кулак как в переносном, так и в прямом смысле, выбросил три удара подряд. Два по корпусу, включая левым по печени, и третий – хук в голову.
– Into the corner!
Понял, иду в нейтральный угол, пока рефери будет отсчитывать сопернику нокдаун. Или нокаут? Нет, всё-таки нокдаун.
– Минута осталась, – слышу крик Грачёва.
Ну и ладненько, не будем форсировать события, чтобы по глупой случайности не нарваться на неприятный удар. После этого нокдауна бой складывается явно в мою пользу, да и так же активно работать, вымахиваться без передышки уже не осталось силёнок. Так, побросал одиночные джебы, маринуя немца на дистанции, а тут и гонг. Рефери ожидаемо поднял мою руку, я даже не испытал какого-то запредельного восторга, тут и так всё было понятно.
– Гематома какая приличная… Покажись врачу. А так молодец, медаль заработал, – похвалил меня Лавров-старший. – Но в полуфинале у тебя соперник посерьёзнее, Слободан Качар из Югославии. Чемпион Средиземноморских Игр, бронзовый призёр чемпионата мира. Так что не расслабляйся.
Расслабишься тут… Всё-таки полуфинал Олимпийских Игр, на которые приехали сильнейшие боксёры мира. И четверо лучших из лучших сойдутся на стадии ½ финала.
Во втором полуфинале в моей весовой категории встречались поляк Скшеч, одолевший на предыдущей стадии кубинца Рохаса, и представитель США Рамирес. Я видел в четвертьфинале того и другого, и показалось, что темнокожий американец выглядит предпочтительнее. Напор, мощь, скорость – всё при нём. Но пока о будущем сопернике по финалу думать рано, нужно сначала разобраться с югославом.
Врач сборной сунул мне пакет со льдом, и я его держал, приложив к глазу, до тех пор, пока он окончательно не растаял. В смысле, лёд. Гематому по меньшей мере удалось купировать, надеюсь, к следующему бою, который состоится послезавтра, она станет поменьше. Но в целом я видел после примочки нормально, хоть и в углу глаза белок покраснел от прилива крови.
После боя из Олимпийской деревни созвонился со своими. Поединок показывали по телевизору, так что мама с Ингой видели, что у меня какие-то проблемы с глазом, пришлось их успокаивать. Мама рассказала, что они с Ингой вчера ездили на дачу, провели там целый день, навели порядок. А самое главное, достали билеты на финалы турнира по боксу, которые пройдут 2 августа. Вернее, достал Сергей Борисович, что для него, как я догадываюсь, не стало невыполнимой задачей.
 
– Ты-то ведь будешь выступать в финале? – скорее утвердительное, чем вопросительно заявила мама.
– Сделаю для этого всё возможное, но пока нужно разобраться с югославом в полуфинале.