Второй шанс 6 (СИ)

Когда стало смеркаться и народ наелся от пуза, взрослые пошли в дом пить чай, а молодёжь устроила настоящий костёр. Здорово, прямо как в пионерлагере на закрытии смены! Трещат поленья, вьётся столбом дым, отгоняя надоедливых комаров… Красота! Гитары только не хватает. Тут ко мне подвалил Саня Руднев.
– Макс, а ты где учишься?
А перегаром-то хорошо несёт, да и так видно, что выпил крепко.
– ПТУ в этом году заканчиваю. Машинистом буду!
И толкнул локтем засмеявшуюся Ингу.
– А чё, нормально. А я в МАИ. Летать буду.
– Тоже ничего.
– А что не пьешь?
– Так мы с Лёхой спортсмены, нами режимить приходится.
– Тоже борец?
– Не… Я в шашки играю. В русские. Чемпион района.
Инга уже ржала практически во весь голос.
– Русские? Это какие?
– Ну типа поддавков. Не видел? Обалденная игра.
Кстати сказать, ещё удивило, что меня вроде как никто и не узнал из присутствующих. Почему? А хрен его знает. Может быть, я сам себя переоцениваю в смысле популярности? Или может кто и узнал, но не стал афишировать. И это очень хорошо, ни к чему тянуть на себя одеяло, становясь эпицентром всеобщего внимания, хочется побыть просто одним из всех.
Тем временем и гитара появилась. Сосед Лёхи, его тёзка, очень даже профессионально исполнил несколько битловских песен. Причём, что интересно, на языке оригинала. И голос есть, и слух отличный. Возьмём парня на заметку, мало ли… Потом инструментом завладел Руднев. Пытался что-то исполнить, но, видимо, зеленый змий, с коим тот весь вечер боролся, всё же стал его одолевать, и Саня отказался от сольного выступления. Протянул мне гитару.
– Чего ухмыляешься? Давай чё-нить сыграй обществу. Или ты не умеешь.
– Нет, почему же, мы с ребятами во дворе много песен играем.
Надо сказать, что, примерно представляя себе такое развитие событий, я заготовил пару песен. Ну слушайте. Песни-то и впрямь дворовые, но в исполнении Владимира Маркина они просто классные. Попробую исполнить не хуже. И таким гнусавым голосом начал:
 
 
А ты опять сегодня не пришла
 
А я так ждал надеялся и верил
 
Что зазвонят опять колокола, колокола
 
И ты войдешь в распахнутые двери…
 
 
«Сиреневый туман» народу тоже понравился. Давай ещё, требуют. А пожалуйста! «Белая черемуха» тоже зашла. Ещё хотят… Ну так у нас песен-то много. «Я начал жить в трущобах городских…» в варианте «Несчастного Случая» вообще «на ура». Не, ребят, хорош. Заканчиваем концерт хоровым исполнением митяевской «Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались».
А на улице-то всё темнее становится, не пора ли нам с Ингой к дому собираться? Ведь через лес идти придется. Хотя ночь-то светлая, но тем не менее.
Мы так по-английски, особо ни с кем не прощаясь, кроме Лёхи с Людой и родителей, покинули общество, где уже начались танцы под кассетный магнитофон. Лёха проводил нас до просеки, ну а дальше мы и сами не заблудимся.
Всё-таки, наверное, судьба решила мне хоть частично компенсировать свой косяк с проигранным финалом. Потому что на следующий день после возвращения с дачи мне позвонили из секретариата ЦК ВЛКСМ. Приятный женский голос сообщил, что я выдвинут на соискание Премии Ленинского комсомола за свою дилогию о Викторе Фомине. Подведение итогов состоится в преддверии Дня образования комсомола – 29 октября.
Отлично! Вот уж порадовали так порадовали, если это, конечно, не был фейковый звонок. Но в это время пранкеров ещё нет, так что я практически не сомневался в том, что моя дилогия и впрямь выдвинута на премию. Не удержался, позвонил Полевому.
– А я где-то этого и ожидал, что давно пора какому-то из твоих произведений получить премию, – прогудел он в трубку. – Думал, но вслух не говорил, чтобы не сглазить. Если станешь лауреатом, то получишь диплом, нагрудный знак и целых 5 тысяч рублей. Как раз на «Жигули» хватит, а то ты всё, я смотрю, безлошадный.
– Так у меня мотоцикл есть.
 
– Не всю же жизнь на нём ездить, тем более это летний вид транспорта. Да и травмоопасно к тому же. Дело твоё, можешь в Фонд мира деньги перевести…
– Нет уж, – вспомнил я недавно переведённую валюту на счёт какого-то «Станкоимпорта». – Такая корова нужна самому.
– Ого, знаком с творчеством Михалкова, – хохотнул тот. – Так что раньше времени поздравлять не буду, но надеюсь, что премию ты отхватишь. Я, кстати, вхожу в жюри премии.
На этой оптимистической ноте наш разговор закончился. А тем временем подкрался день нашей с Ингой свадьбы. Наши родители приехали накануне, её предки накануне росписи переночевали у нас, а вот следующую ночь уже проведут у Сергея Борисовича, чтобы молодожёны могли после свадьбы уединиться без посторонних. Мои тоже прибыли заблаговременно, им я снял номер в гостинице «Берлин», хороший номер, полторы сотни за два дня проживания выложил. То есть официально-то он стоил 30 рублей в сутки, но так просто заселиться было попросту невозможно, пришлось дать администратору «на лапу». Хорошо живут администраторы престижных гостиниц, но, уверен, чтобы занять такую должность – нужно иметь определённый блат. И ещё неизвестно, сколько они сами дают «на лапу», прежде чем припасть к этой кормушке.
Ну а сейчас, пятничным вечером накануне свадьбы, все собрались в нашей квартире.
– Бог ты мой, какая прелесть! – ахала Нина Андреевна, разглядывая на дочке свадебное платье. – Сам Зайцев!..
– Максим, надень, пожалуйста, костюм, хочу посмотреть, как вы будете смотреться вместе, – подхватывала моя мама.
– Ой, а вы кольца купили? – снова суетилась Нина Андреевна.
И весь вечер в том же духе. Правда, Михаил Борисович в какой-то момент вдруг решил посмотреть мой гараж. Мы пошли с ним и моим отцом. Показал, что к чему, те одобрили, главное, сказал батя, что с размером не промахнулись. Да уж чего промахиваться, там пока только мотоцикл стоит. Но в случае чего можно и легковушку загнать. Может быть, даже «Волгу», но тогда мотик придётся убирать к дальней стенке гаража.
А когда вернулись, батя вдруг снова попросил ключи от гаража. Мол, ещё раз сходит посмотрит, прикинет кое-что. Отсутствовал минут сорок, мы уж с Ингой начали волноваться, а вот мама почему-то не проявляла признаков беспокойства, лишь загадочно улыбалась, как и родители Инги. Хм, они что-то явно мутят.
Утро 14 июня выдалось слегка пасмурным, но синоптики обещали, что распогодится, и обойдётся без дождя. К 9 часам к нашему дому подъехал «Mercedes-Benz W116» синего цвета, за рулём которого сидел владелец авто – Владимир Высоцкий. Ну да, так получилось. Я изначально искал для нас, молодожёнов, престижную иномарку, напряг Алку и ещё кое-кого, и когда уже почти отчаялся что-то найти, раздался звонок и знакомый хрипловатый голос спросил:
– Привет! Слышал, ты вроде иномарку искал на свадьбу?
– Есть такое дело, Владимир Семёнович…
– Мой «Мерс» тебя устроит? За рулём я буду сам.
– Акхм… Эм-м-м…
Мой лоб почему-то покрылся испариной, а в горле запершило.
– Вы это серьёзно?
– Думаешь, такими вещами шутят? – хмыкнул он. – Свадьба – дело серьёзное. Так что решил выручить коллегу и хорошего боксёра. Кстати, смотрел финала чемпионата страны, сто процентов тебя засудили… Ну так что, согласен?
– Ещё бы! Сколько?
– Чего сколько?
– Н-у… Сколько всё это будет стоить?
– Макс, неужели ты обо мне такого низкого мнения? Для друзей мои услуги бесплатны.
Вот так вот, сам Высоцкий меня в друзья произвёл, хотя и виделись-то мы с ним всего пару раз. Нехило, да? Может, прослышал, что это по моей просьбе его в лечебницу определили? Тогда бы, пожалуй, наоборот, имел бы на меня зуб, почему-то мне так кажется.
 
Как бы там ни было, в 9 утра у нашего подъезда уже стоял синий «Мерс», возле которого с сигаретой в зубах прохаживался Владимир Семёнович Высоцкий. Понятно, что вокруг него и его авто успела собраться приличных размеров толпа. Пацанов-то помладше, которых не разогнали по лагерям и деревенским родственникам, интересовала, ясное дело, машина, а те, кто постарше, во все глаза пялились на Высоцкого и, видно было, стеснялись подойти, попросить автограф или просто высказать своё уважение к его творчеству.