Второй шанс 6 (СИ)

– Ты чего пригорюнился? – услышал я голос Инги, которая в этот момент оторвалась от чтения модного журнала.
Когда я объяснил ей, в чём дело, она тоже на какое-то время задумалась, а затем, прищурившись, изрекла:
– А может быть, мне позвонить дяде Серёже? Он сейчас при таких полномочиях… Да ты и сам можешь позвонить, вы же с ним чуть ли не друзья.
А что, попытка не пытка. Набрал домашний номер Козырева, трубку подняла жена, сказал, что супруг задерживается на работе, обещал быть к девяти часам. Сергей Борисович сам перезвонил без пяти девять.
– Что у тебя опять стряслось? Или это не телефонный разговор?
– Да нет, – успокоил я его, – вполне телефонный.
Снова пришлось пересказывать суть дела.
– Вытащить человека на пару дней из части? – задумчиво повторил Козырев. – В принципе, нет ничего невозможного, нужно только узнать, как он себя проявляет по службе, а то, может, с «губы» не вылезает.
– Да вы что, Сергей Борисович, какая «губа»! Мы с ним, кстати, переписываться начали, позавчера только от Юрки ответное письмо получил, пишет, что всё у него здорово, никакой дедовщины, они там в музыкальной роте даже песни нашей группы исполняют.
– Диктуй адрес и номер части, попробую завтра с утра дозвониться.
– Спасибо огромное, Сергей Борисович…
– Погоди ещё благодарить, спасибо скажешь, когда вы эту свою пластинку запишете. Как, кстати, на «Голубой огонёк» сходили?
– Прекрасно сходили, я там даже всех организовал свою новую песню петь, надеюсь, её не вырежут из эфира.
– Свою? – хмыкнул в трубку Козырев.
– Хм, ну, скажем так, позаимствовал, так ведь ещё неизвестно, напишет настоящий автор её в рамках новой реальности или нет…
– Ты это, по телефону давай-ка без намёков про всякие реальности. Понял? Вот и хорошо… Инга там что делает? Журнал читает? Телевизор смотрит? Привет ей передавай.
– Инга, тебе привет от дяди, – крикнул я. – И она вам передаёт, говорит, что любит вас.
Следом я набрал номер общежития, где проживал Валька. Тот прибежал к трубке через пять минут, новость о грядущей записи на «Мелодии» воспринял со сдержанным оптимизмом.
– Давно пора было нам сделать такое предложение, – заметил он. – А то в музыкальных отделах пылятся диски с какой-то фигнёй, а хорошие группы только на подпольных магнитоальбомах услышать можно.
Затем позвонил родителям Лены. На моё счастье, те уже знали не только адрес, по которому проживали дочка с хахалем, но и её рабочий телефон. Ленка, оказывается, успела устроиться преподавателем в музыкальную школу, и можно было позвонить в приёмную.
Ей я позвонил на следующий день, как только вернулся из училища, по пути купив свежий номер «Вечерней Москвы» с заметкой про себя любимого. А ничего так я на фото выгляжу, глядишь, поклонницы вырезать на память начнут.
– Макс! – взвизгнула Ленка на том конце провода. – Я так по всем вам соскучилась… Что? На «Мелодию» приглашают? Диск записывать? Ничего себе! А когда? Пока сам не знаешь? Юрка да, в армии… Как он там? Всё хорошо, пишет? Я? Да у меня вроде тоже неплохо. Игорёша мой по морской части, что-то там со связью связанное… Ой, смешно сказала… Меня-то? Да думаю, отпустят на денёк-другой, у нас директор музыкальной школы Маргарита Петровна – очень хорошая женщина. Ты мне только как определишься с датой – сразу звони. Да, на этот… Слушай, ручка с бумажкой есть? Запиши номер наших с Игорем соседей, они тоже хорошие люди… Записал? Ну ладно, ты уж не траться, межгород денег стоит… Ой, как же я по вам всем соскучилась, даже не верится, что снова встретимся!
Такой вот родник эмоций на меня выплеснулся через трубку телефона, хотя раньше я считал Лену достаточно сдержанной девушкой. Ну, был момент, когда она меня в своём подъезде едва не изнасиловала, но это был всего лишь эпизод и так давно, что уже даже и не верится, что такое могло быть.
В среду, 19-го декабря, позвонил Козырев. Причём с радостной новостью – после Нового года Юрке дадут недельный отпуск, успеет и в Пензу наведаться, и с нами на студии записаться.
 
– Отслужившим меньше года отпуск дают только в виде исключения, – пояснил Сергей Борисович. – Но мне пошли навстречу.
Ещё бы не пошли! Не знаю уж, как Козырев представился, но с человеком его положения лучше не спорить.
– Так что с 3 по 10 января Скопцев в твоём распоряжении. Твой домашний телефон ему обещали передать, – добавил на прощание собеседник.
Я на следующий день позвонил на фирму грамзаписи, и сообщил, что мы сможем собраться на студии ориентировочно с 5 по 10 января. Это я сделал поправку на то, что Юрка дома проведёт хотя бы пару дней, прежде чем заявится в Москву. А с мамой для подписания договора можем подъехать хоть 2-го января. Затем я снова обзвонил Валю и Лену, а Юрка теперь должен сам со мной связаться по приезду в Пензу. Хотя, может, и раньше позвонит, а может и вообще сначала решит завалиться в Москву. В общем, ждём вестей от Юрки и уже по нему ориентируемся.
Накануне премьеры «Остаться в живых» мы с Ингой решали вопрос с очередным вечерним платьем. Инвалютных рублей оставалось с гулькин нос, и поэтому в том числе я с нетерпением ждал приезда мамы, чтобы она сняла со своего счёта во «Внешпосылторге» хотя бы пару тысяч. Хотя, по моим прикидкам, учитывая, что ещё и «Вояж» пошёл по международным радиостанциям (сам недавно слышал эту информацию от Севы Новгородцева, который заодно и поставил песню в эфир своей программы)… Так вот, учитывая этот факт, на нашем счету инвалютных рублей должно быть куда больше, даже не считая всех вычтенных налогов. Кстати, пользуясь случаем, что-нибудь куплю родителям в «Берёзке».
А пока нам с Ингой пришлось думать, где достать ей наряд на выход. Ввиду невозможности заглянуть в эту самую «Берёзку» мы устроили рейд по ЦУМу, ГУМу и ещё нескольким более-менее известным магазинам, но предлагаемый ассортимент Ингу категорически не устраивал. Да и мне, если честно, ничего не нравилось. Обратились в пару ателье, но в одном приличной ткани не нашлось, а в другом сказали, что даже срочный заказ они смогут выполнить не ранее чем на следующей неделе, так как сегодня уже пятница близится к вечеру, а в воскресенье у них законный выходной. Всё же прошлись по фарце, даже пару платьев Инга примерила на «конспиративной» квартире, но и здесь ничего подходящего не нашлось. Чтобы не уходить совсем уж с пустыми руками, взяли в подарок её маме флакон французских духов. Подумав, я прихватил ещё и духи для Люды – лёхиной подруги. Что-то мне подсказывало, что в будущем мы будем дружить семьями.
– Что же делать-то? – спрашивала меня Инга с глазами, в которых плескалась неизбывная тоска.
Я только вздыхал в ответ… В это время мы миновали улицу Кузнецкий Мост, и мой взгляд зацепился за вывеску «Общесоюзный Дом моделей одежды».
– Стоп! Давай-ка зайдём, – предложил я, томимый неясным предчувствием.
– Зачем? – не поняла Инга.
– Пока сам не знаю…
Наверное, это судьба, но первым, кого мы встретили в вестибюле, был… Вячеслав Зайцев. Ещё вполне моложавый, одетый в стильное драповое пальто с большим воротником, не исключено, пошитое по его же эскизам.
– Вячеслав… Простите, не помню вашего отчества…
– Да? Что вы хотели, молодые… О, а я ведь вас где-то видел!
– Не исключено, – скромно улыбнулся я, – бывает, и по телевизору мелькаю, на днях участвовал в записи программ «Песня-79» и «Голубой огонёк». Максим Варченко меня звать.
– Точно! Молодой композитор и, кажется, ещё и писатель. Очень, очень приятно! – протянул он мне руку. – А к нам какими судьбами?
 
Когда я объяснил ситуацию, Зайцев, смерив Ингу оценивающим взглядом профессионала, переспросил:
– Так вы здесь хотите найти готовое платье для своей девушки?
– Сшить же, наверное, всё равно не успеете.
– Ну, сам-то я, во-первых, не шью, – ухмыльнулся модельер. – Я конструирую одежду, а шьют её другие люди. А во-вторых, могу предложить вариант с прокатом платья.
Мы с Ингой переглянулись. В её глазах я прочитал готовность на что угодно, лишь бы выглядеть на премьере королевой.