Любовь со вкусом клубники (СИ)

— Простите?! — привёл меня в чувства его горделивый тон. — Это Вы вчера оскорбляли меня перед друзьями, не имея никаких обоснований своим словам.
— Никаких обоснований? — загоралась я. От прежней неуверенности не осталось и следа. — Не Вы ли всю неделю терроризировали меня своими глупыми придирками? А вчера? Вам не стыдно было выкидывать мой клубничный пирог? Так-то я старалась, желая сделать Вам приятно, — я ткнула в него пальцем. — чтобы извиниться за прошлые, высосанные из пальца, косяки.
— Никакой пирог я не выкидывал. — кротко сказал он, раздраженно поведя губой.
— Как? — недоуменно я смотрела на него.
— Не верите? — он нервно провёл языком по зубам. — Хорошо! Проходите…
— Куда? — я в ступоре не могла пошевелиться.
— На кухню! Ваш драгоценный клубничный пирог до сих пор находится в моем холодильнике. — он отошел в бок, освобождая проход. — Ну что встали? Идём!
Немного помявшись, я все-таки прошла в квартиру. Удивительно, но даже сейчас, ничего не говорило о том, что хозяин находится здесь. Обычно у мужчин все было разбросано, как попало, но Львинский был явно не один из них. «Чертов педант», — усмехнулась я.
Открыв холодильник, увидела аккуратно убранную тарелку с пирогом, от которого осталась лишь малая часть.
Антон Сергеевич стоял за дверкой, и я не могла его видеть, но готова поспорить, он был очень зол. Мало того, что какая-то левая девушка опозорила его перед друзьями, так ещё и завалилась к нему домой, ища свой драгоценный пирог. Дура.
Тихонько прикрыв дверь, не решалась взглянуть в его глаза.
— Убедились? — ледяной тон его голоса, осаждал мое взбесившееся существо.
— Убедилась. — ответила я, сжимая пальчики на ногах.
— Теперь Вы извинитесь? — он буквально приковал меня своим взглядом к полу, но я как могла сопротивлялась этому влиянию.
— Да. Но…
— Но? — рыкнул он.
— Да, но! — я подняла свой взгляд, пытаясь изобразить полную уверенность в своих словах, даже не смотря на то, что ее не было. — Вы всю неделю сыпали своими глупыми претензиями. Вот какое Вам дело до цвета супа? А жирные профитроли?! Это же уму не постижимое. Если Вы не знаете, то коем готовился на отборных, натуральных сливках, которые в любом случае будут жирные! В самом бы начале тогда думали, что ставите в меню!
Если внутри у него все и горело, то снаружи он был как айсберг, пытаясь сохранить холодность и нейтральность к сложившейся ситуации.
— Мне всегда казалось, что, если я плачу своим подчиненным, я могу требовать от них идеальное выполнение своих обязанностей. — Львинский заснул руки в карманы домашних штанов. — А Вы сейчас пытаетесь меня в этом переубедить!
— Потому что Вы были не правы, Антон Сергеевич. Даже роботы не могут делать все идеально, не говоря о живом человеке. А я, как видите, живая! Несмотря на все замечания, признайте, что они совершенно не повлияли на вкусовые качества.
— Да. Именно поэтому, я принял решение не увольнять Вас. — левый уголок его губ нервно взлетел вверх. — Но мое терпение не безгранично, Вероника Юрьевна.
— Мое тоже, Антон Сергеевич. — наши взгляды вели немую борьбу, которая должна была привести к поражению одного из нас.
Не знаю, сколько бы мы так стояли, если бы не звонок в дверь.
Львинский оторвался от моих глаз и пошёл открывать, оставив меня стоять около чертова холодильника с чертовым йогуртовым тортом.
— Мама! — послышался его голос из прихожей. — Я ждал тебя через час.
— Ты, что не рад мне? — нежный женский голос.
— Конечно же рад, проходи.
В дверном проёме показалась фигура симпатичной пожилой женщины. Если бы мне сказали, что она является матерью этого тирана, я бы не поверила — настолько они были не похожи. Белокурые волосы, голубые глаза делали из неё практически ангела. Рядом с ней, Антон Сергеевич ещё больше походил на дьявола.
— Ты нас представишь? — ласково проговорила она, с любовью смотря на сына.
— Мама, это Вероника Юрьевна и она мой повар. Я ей дал выходной, но она… — он замялся, не зная, что сказать дальше. Я уловила его посыл и постаралась выкрутиться из сложившейся ситуации.
 
— А я обещала приготовить йогуртовый торт с бананом к вашему приезду. Антон Сергеевич очень ждал, готовился…
Львинский благодарно кивнул, первый раз за все время улыбнувшись уголками губ. Было видно, что мама — особый человек в его жизни. И она не должны была знать, какой противный человек ее сын.
— Да, он у меня такой. Заботливый мальчик. — она нежно погладила ее по щеке, буквально растапливая этот кусок льда.
— Ну что же, я не буду вам мешать. — я поставила торт на стол. — Антон Сергеевич, я приеду в понедельник в девять утра, как мы и договаривались.
— Конечно, Вероника Юрьевна. Вас проводить? — от этой напускной любезности буквально тошнило.
— Спасибо, но в этом нет необходимости. Где выход я знаю.
С максимально милой улыбкой я поспешила сбежать из этой квартиры.
  
Глава 6. Антон
 
— Ну рассказывай, как ты тут без меня. — сказала мама, садясь в свое любимое кресло, стоящее в гостиной.
— Нормально. — я сел напротив ее на диван. — Работа, дом, дом, работа.
— Ничего не меняется, Тоша. — недовольным голосом произнесла она. — Хоть бы собаку себе завёл, а то ни любви, ни ласки.
— Ты прекрасно знаешь, что у меня нет на неё времени. А обрекать бедное животное на одиночество, я не хочу.
— Зато себя ты уже давно на него обрёк. — она внимательно изучала выражение моего лица, пытаясь найти подтверждение своим словам.
— Не пытайся прибегать к своим психологическим штучкам, мам. — правый уголок моих губ взлетел вверх и на лице появилась упрямая улыбка.
— Убери это идиотское выражение лица. — она махнула рукой. — Ненавижу, когда ты так делаешь. Сразу становишься копией своего папаши.
— Как, кстати, он? — с отцом у меня всегда были натянутые отношения. В детстве он считал, что я не дотягиваю до его идеалов, и мне всегда приходилось доказывать, что я лучше, сильнее, умнее других. Наверное, поэтому, сейчас мы практически не общаемся.
— Что с ним будет? — он подперла рукой подбородок. — Греет свои бока под греческим солнцем. А я уже устала от такой жизни.
— Мама! — я засмеялся. — Ты устала отдыхать?
— Представляешь, да. — мама задумалась. — Я тут решила открыть собственную практику. Но мне будет нужна твоя помощь.
— Почему отца не попросила? — я улыбнулся.
— Он считает это ерундой. А я хочу помогать людям, а не жариться, как курица гриль в этой треклятой Греции.
Я тяжело вздохнул и покачал головой. В своё время моя мама была довольно известным психологом с толпой клиентов. Но после того, как отец решил переехать на ПМЖ заграницу, выбрала семью, забросив работу.
— Я знаю, что ты думаешь, Тош. Седина в бороду, бес в ребро. Но я уже так не могу! — она поправила свою причёску. — Он может работать удаленно, а я? Мне нужно видеть своего клиента, чувствовать его. — мама задумалась.
— Давай об этом позже подумаем. — я подошёл и наклонился, обняв ее сзади. — А сейчас просто побудем мамой и сыном, которые безумно друг по другу соскучились.
— Тогда, иди грей воду и доставай торт. — она по-родительски погладила меня по рукам.
Эти слова заставили в мыслях появиться образу невоспитанной амазонки, которая бесцеремонно заявилась сегодня в мой дом.
И ладно бы она просто извинилась и отдала торт, но нет же. Препиралась, спорила. Что она вообще о себе возомнила?
— Анто-о-он?! — перед глазами щелкала пальцами мама. — Мы идём пить чай или как?
— Конечно.
Торт оказался очень вкусным. Нежный йогуртовый крем, сладкий банан и рассыпчатый бисквит. Я улыбнулся, вспоминая изумительный клубничный пирог, который так и остался стоять в моем холодильнике.
 
— Тоша, ты обязан увеличить этой девочке зарплату. — она отломила кусочек.
— Поверь, мама, она итак получает больше положенного. — я встал, отнеся к посудомойке чашку с тарелкой.