Деревенщина в Пекине (СИ)

Семнадцать лет есть семнадцать лет. На мотивацию и механизмы принятия решений действуют, к-хм, кое-какие другие физиологические факторы помимо холодного рассудка.
Очень сильно действуют, я бы сказал.
— Так. Кажется, всё действительно в порядке, — администратор отступает на шаг и окатывает меня скептическим взглядом с ног до головы. — Коль скоро ты настолько ожил.
— Ты первая вошла! — «возмущаюсь» в ответ. — С моей стороны всё как раз предсказуемо!
Кое-что в разговоре вслух не прозвучало, но отлично понятно обоим. Особенно с короткой дистанции.
— Н-да, пожалуй, серьёзных проблем действительно нет, — констатирует собеседница. — Судя по кое-каким деликатным нюансам. Ну и хорошо. — Она поворачивается к двери.
— Так и уйдёшь? — сожалею искренне и вслух. — Эх-х, а как всё интересно начиналось.
— А-ха-ха, ну ты даёшь! Увидимся на работе, юная гормонально развитая личность, — судя по всему, Айлинь не оперирует понятием психологического дискомфорта, по крайней мере, в вопросах своей ну очень символической домашней одежды.
Меня щёлкают ногтем по лбу, одаряют жизнерадостной улыбкой во все тридцать два, затем админ уходит в свою комнату.
* * *
Рабочий день идёт своим чередом, проводил немцев. Чаевых меньше, чем от американцев, но жаловаться грех.
Администратор, в присутствии которой мне теперь местами неловко, вводит в зал двух китаянок. У каждой на плече брендовая сумка, одежда явно не из масс-маркета — типичные посетительницы «Горизонта».
По правилам очерёдности эти клиентки — мои.
— Добрый вечер! — кладу на стол меню и барную карту.
— Ван Япин, не хочешь сегодня выпить? — первая достаточно открыто улыбается, принимая папку с перечнем блюд, а вот вторая…
Та самая мажорка, которая целилась когтями мне в лицо, но попала по стенке — после того, как в университет на бюджет взяли меня, а её с низким гаокао отправили на контракт.
— А давай! Может, хоть настроение поднимется, — девица меня узнала, в её взгляде царит неприкрытое предвкушение. — О, я даже знаю, чего хочу. Принеси маргариту, — Ван Япин небрежно ведёт ладошкой от себя, на меня не смотрит, верхнюю губу вздёргивает.
— Две! Две маргариты! — поправляет подруга.
— Хорошо, — парой тычков в экран отправляю через служебное приложение заказ на бар, здесь этот момент автоматизирован. — Прошу прощения, счёт будет общий или раздельный?
— Общий.
— Что-то по основному меню или подойти позже?
— Ты только его принёс, когда бы мы успели прочесть? — цедит мажорка. — Иди, займись выпивкой, не стой.
И ведь не будешь объяснять, что заказ уже готовят.
— … У меня правда всё нормально, отец ни при чём. Просто официант тупой попался.
— Да вроде нормальный. Можем другого попросить, если этот тебя раздражает…
Специально за чужим разговором не слежу, но пока обслуживаю — приходится подходить к столу.
Какие-то обрывки слышу, пока раскладываю приборы, посуду, фужеры.
— Нет-нет. Пусть этот обслуживает.
Весёлый вечерок мне обеспечен, ха-ха-ха…
  
Глава 15
 
Через пару минут возвращаюсь к их столику с коктейлями.
— Маргарита, — первый коктейль ставлю перед подругой Ван Япин, второй — рядом с ней самой.
Неожиданно недоброжелательница намеренно задевает ножку своего бокала пальцем. Тот опрокидывается, заливая скатерть.
Приплыли…
— Чёрт! — громко ругается девица, вскакивая с места. — От тебя что, много требуется? Просто поставить бокал на стол! Ты и этого не можешь! Понабрали всякий сброд…
Клиент всегда прав, незыблемое правило заведения. Остаётся лишь сохранять спокойствие и учтивость:
— Сейчас будет новый коктейль, пока предлагаю пересесть за другой столик.
В теории полагается добавить извинения и пообещать, что подобное больше не повторится. Чуть подумав, решаю эту часть скрипта не произносить: от меня ничего не зависит, раз — она может переворачивать стакан за стаканом. Два: извиняться мне тоже не за что. Хотя другим это не самоочевидно.
— Бывает. Ничего страшного, не переживайте, — подруга Ван Япин без какого-либо негатива наблюдает, как пятно расползается по белоснежной ткани.
  
— Я не хочу пересаживаться, — отрезает мажорка.
Окидываю взглядом зал, оценивая альтернативную варианты:
— Что скажете насчёт вон того столика? С видом на ночной город? На нём всегда стоит резерв для вип-гостей, он в неписаной иерархии лучший, но я могу сделать так, что он достанется вам.
— Ван Япин! Давай! — подруга резко оживляется. — Я как раз хотела забронировать у окна, а были только у стены.
— Лэй Юэцинь, я хочу остаться здесь. Что непонятного?
— Но как же вид из окна?
— Да ну его. Мне и тут комфортно, — мажорка демонстративно плюхается обратно на диван.
— То есть нам теперь ждать, пока стол приберут? — растерянно уточняет у меня её более конструктивная подруга.
— К сожалению, да.
— Подождём! — задрав нос, цедит Ван Япин.
Деваться некуда. Прямо при клиентах протираю стол, меняю скатерть. Моя будущая сокурсница с явным удовольствием наблюдает за каждым движением, а я не позволяю себе расслабиться — кто знает, какой ещё фокус может прийти в отбитую и не совсем трезвую голову.
Следующие коктейли ставлю подальше от рук, к-хм, соученицы. То же самое касается и еды, поскольку один раз я уже промахнулся: у меня была твёрдая уверенность, что открыто, при подруге, девица глупостей не наделает.
Не угадал.
По мере повышения градуса в крови язык Ван Япин всё больше развязывается, она на глазах становится всё нахальнее. Когда приношу её очередную маргариту, она снова вскакивает с дивана:
— Ты что принёс⁈
— Маргариту, как вы заказывали.
— Я просила пина-коладу! Ходишь тут с блокнотом, якобы что-то записываешь, а в итоге всё равно тащишь не то! Совсем уже⁈…
— Именно вы весь вечер пили маргариту. О другом коктейле речи не было, — кошусь на вторую девушку, надеясь, что подтвердит.
Та отвечает враждебным теперь взглядом — то ли Ван Япин успела промыть мозги, то ли ещё что-то, за пределами моей фантазии.
— Ты с каждым посетителем споришь⁈ Уж я-то лучше знаю, что заказывала! А ну,неси журнал претензий, я сейчас про тебя всё распишу!
Понеслась… вода по трубам.
И даже в этом случае согласно правил ресторана я просто обязан выполнить требование. Если нет, начинаются варианты. В самом печальном — прощай хорошая работа и привилегии, которые к ней прилагаются.
— Прошу прощения, — рядом с нами технично материализуется администратор. — Что у тебя стряслось, Лян Вэй?
— Да, представьте себе! — тут же взвизгивает мажорка. — Ваш тупой и безрукий сотрудник испоганил нам весь вечер!
— Вы могли бы рассказать подробнее? — лицо Чэнь Айлинь становится предельно серьёзным. — Буду благодарна за детали, чтобы принять меры.
— Сперва разлил коктейль на стол! Потом попытался без нашего согласия пересадить за другой! — Ван Япин с победоносным видом отогнула от кулака два пальца и готовится проделать то же самое с третьим. — Затем притащил мне совершенно иной коктейль, не тот, что я просила! И это не всё!
— Продолжайте.
— Он хотел выставить меня идиоткой! Якобы я сама заказывала, просто забыла! Мне теперь что, его хотелки из своего кармана оплачивать? Обратно по бутылкам не разольёшь!
— Рассчитайте нас, пожалуйста, — холодно бросает подруга. — На сегодня хватит отвратного сервиса.
Под торжествующим взглядом мажорки, облитый неодобрением прочих посетителей, отправляюсь за счётом. Вернувшись, кладу на стол чек, терминал для оплаты и вижу, что она не унимается:
— … почему в вашем заведении держат таких ужасных работников? Ответьте! Всё замечательно — еда вкусная, напитки тоже! Но один человек не на своём месте может всё испортить! — Ван Япин без затей тычет в меня пальцем.
— Он у вас даже чеки путает! Мы просили раздельный, — нагло лжёт подруга. — Переделать получится?