Деревенщина в Пекине (СИ)

День складывался не из приятных, а этот звонок, если верить предчувствию, не сулил ничего хорошего.
Хотя и не ответить нельзя:
— Слушаю.
— Лян Вэй! — в трубке раздался знакомый голос бригадира с местной стройки, где я подрабатывал разнорабочим. — Ты сможешь сегодня выйти на смену?
— Сегодня? — вчера же договаривались, что у меня выходной.
— Нужно срочно заменить Чжунь Шэня, он сильно заболел. Сможешь выйти?
— Подумаю пару минут и перезвоню. Всё-таки на выходной были другие планы, — сбрасываю вызов, иду к дому.
Вопрос бригадира риторический: у здешних работяг банально нет возможности отказаться в таком случае, иначе тупо теряешь работу.
С разнорабочими здесь разговор короткий.
Я уже размышлял в этом направлении, разговор с начальником лишь подлил масла в огонь: а стоит ли оно вообще того?
На стройку я-прошлый устроился исключительно ради подходящего графика ежедневных выплат, не ради их размера. В день получаю около восьмидесяти юаней, это при условии, что отрабатываю все восемь часов.
Порой приходится задерживаться, сверхурочные не предусмотрены. Работники, которые жаловались бригадиру на переработки, моментально лишались работы.
В неделю я работаю пять дней, получается четыреста юаней. В месяц, соответственно, выходит около тысячи восьмисот, при этом от меня ничего не зависит.
В том же Гуанчжоу во время ковидного кризиса, когда рабочие места начали сокращаться, случались целые трагедии у тысяч людей и семей, вплоть до самоубийств из-за кредитов.
Вообще, работать в Китае на хозяина — идея так себе. Никаких прав, одни обязанности, о поощрениях речь тоже не идёт, хоть даже просто о добром слове. Такое впечатление, единственный формат общения руководства с подчинёнными — орать дурниной без грамма позитива.
А здесь, в глубинке, ко всему этому добавляется ещё и полное отсутствие перспектив — расти банально некуда. Так посмотреть, все соседи в посёлке по десять-двадцать лет на одной должности сидят.
Расклад кислый, любого нормального человека не устроит, по-любому нужно отсюда выбираться.
За размышлениями проходит минута, а то и больше. Телефон снова звонит, я по дурости машинально отвечаю.
— … Какого чёрта⁈ Ты что о себе возомнил⁈ — стоило принять вызов, как бригадир раскрывает глотку. — Где тебя носит⁈ Быстро ноги в руки, и чтобы через четверть часа был здесь! Не явишься — уволю!
— Пожалуйста, не звоните мне больше. — Ну а что, какой смысл слушать это всё дальше. — Я согласен, что у вас больше не работаю и давайте на этом остановимся.
Если думать мозгами, а не эмоциями (типа привычек к родному месту и нежелания перемен), вывод очевиден: терпеть и держаться за такую работу логики нет. В итоге всегда жалкие копейки, никаких перспектив ремиссии либо повышения. Рано или поздно подобный конфликт неизбежен, это вопрос времени.
Чтоб вырваться из заколдованного круга безнадёги и бесперспективной беспросветности глубинки, умными словами, необходимо менять свою социальную роль.
Пока я обо всём этом размышлял, не особо образованного бригадира разрывало от злости — я ему любой ценой нужен на смене. Уж очень он дорожит своим местом, как и статусом мелкого начальника.
— Вот урод! Да я тебя!.. Ни премии в этом месяце, ни бонуса — ничего не увидишь!
— Закрой фонтан. Свои подачки, я о премиях и бонусах, можешь свернуть трубочкой и… — дальше озвучиваю, что сделать.
Теперь только разорвать соединение под ошеломлённое молчание собеседника и убрать телефон в карман.
Н-да уж. В этой деревне, как и в любой другой по соседству, лишь тоска и рутина. Если не свалить в места поприличнее, деградация неизбежна — вон, примеров вокруг хватает.
Не зря та молодёжь, которая имеет голову, старается как можно быстрее уехать в любой большой город. Здесь делать нечего, и очень жаль, что предшественника учёба не интересовала.
Под впечатлениями от разговора с начальством, теперь уже бывшим, по дороге к дому думаю, думаю.
Хорошо, что у меня знания есть, по местным меркам — и вовсе премиального уровня. Пускай школьные оценки моего тела оставляют желать лучшего, но даже с имеющимся баллом можно поступить в приличный университет, если нормально сдать гаокао¹. С этим я точно должен справиться.
  
Опять же, хороший университет означает большой город, а большой город — возможности заработка. Заработка совсем другого порядка, чем на стройке, куда я не пошёл.
В мегаполисе легко найду работу на неполный день или какую-нибудь удалёнку, но уже по ценам мегаполиса, а не за четыреста юаней в неделю. Навскидку: можно сесть в IT-отделе какой-нибудь розничной сети, кодить их бухгалтерскую программу за четверть зарплаты дипломированного специалиста, но продукт выдавать значительно лучше среднего по рынку — багаж за спиной позволяет. Даром, что документами не подтверждён (пока).
Разогнавшиеся мозги со скрипом, но начинают простраивать схемы. Ради перспективной должности в хорошей компании, чтобы зацепиться, на первых порах можно вообще напроситься волонтёром — какое-то время поработать бесплатно.
Из предыдущего личного опыта не здесь: на собеседовании в кадрах есть смысл в лоб заявить, дайте мне испытательный срок, денег платить не надо. Просто посмотрите на мою работу без обязательств с вашей стороны — а разговор о моём возможном рекрутинге продолжим сразу после. Как только мой продукт или результат у вас заработает.
Есть основания ожидать, когда они увидят мой перформанс, сами начнут подкатывать с более вкусными предложениями.
Так это и работает, в аналогичных ситуациях я бывал, пусть и не тут.
Разговор с бригадиром предсказуемо окончился озадаченным молчанием с его стороны и невероятным облегчением с моей. Мужик изумился и в итоге повесил трубку первым.
Кое-какие сбережения у меня есть от предшественника, тут ничто не держит — решение, по большому счёту, принято. Единственный момент — будет некрасиво молча уехать, оставив здесь Ванг Ксу.
Хотя она и девушка предшественника (и я-новый не особо к ней привязан), но всё это время она была рядом.
Первое время именно она помогала мне осваиваться — весьма приятная позитивная фемина, пусть даже её мировоззрение местами удручает, к-хм…
Дом Ванг Ксу находится неподалёку от нашего. Её отец, насколько знаю, занимается перевозкой товаров из крупных городов в нашу деревню плюс соседние и наоборот, а мать половину жизни оставила на кукурузных полях — здешний район уже лет пятьдесят живёт преимущественно выращиванием кукурузы.
Кстати, необъяснимым выглядит отсутствие амбиций у моей пассии: отличница Ванг Ксу не захотела уезжать в крупный город, отказалась продолжать учёбу, даже не думает поступать университет (я уже подкатывал с разведкой девичьих планов на будущее).
Ладно, её дело.
Открываю ржавую калитку, вхожу во двор их дома. Как обычно, стучу в стеклянное окно три раза, чем быстро привлекаю внимание подруги.
Прибежав на шум, она расплывается в улыбке:
— Всего час прошёл, а ты опять вернулся?
— У меня за этот час столько произошло…
За несколько минут пересказываю последние новости: и про свадьбу с дочерью председателя, и про разговор со строительным начальством, и про конфликт с собственным отцом вручную.
Последний удивляет собеседницу даже больше, чем история с Сяо Ши — с меня активно требуют подробности.
Не принято здесь так, ох, не принято.
Отвечая на вопросы, попутно делюсь накипевшим и сообщаю планы на будущее. Затем перехожу непосредственно к предложению, ради которого пришёл:
— Погнали в город вместе?
Рассудительный ответ без паузы меня изрядно озадачивает:
— Давай посчитаем.
Школьная отличница Ванг Ксу молнией тянется за блокнотом, стремительно укрывая чистую страницу цифрами в столбик:
— Лян Вэй, в твоём сценарии накопить на квартиру у тебя получится хорошо если лет через десять, и то не факт. Смотри.