Деревенщина в Пекине (СИ)

В один из таких обходов, я вышел на палубу и застыл: кубинка залезла на шест, специально установленный прямо по центру, и вытворяла такое, что у гостей слюни текли.
Откровенно. Другие вряд ли бы смогли похвастаться такой смелостью.
Мулатку внимание противоположного пола как будто заводило. В такт музыке и аплодисментам) она активно извивалась на шесте.
Один из гостей сделал жест сопровождению, человек принёс шкатулку и вручил боссу.
Мужчина средних лет поднялся с шезлонга, подошёл танцовщице. Пара взаимных откровенных жестов. Резким движением тип открыл шкатулку с золотым браслетом.
Кубинка с улыбкой протянула запястье, толстосум тут же застегнул на женской руке украшение.
И тут я понял, ради чего меня пригласили. Видя голодные взгляды, смело могу утверждать, что эта модель — главная звезда сегодня.
Китаец перевёл взгляд на персонал:
— Пусть сядет на шпагат. Переведите.
Просьбу тоже исполнили. Не только её, щедрого гостя тоже ждал приятный бонус.
Мулатка принялась демонстрироват чудеса пластики, которую сумела бы повторить не каждая гимнастка.
Глядя, как модель завязывается в немыслимые фигуры, я старался не таращиться откровенно и отводить глаза в сторону: я здесь не развлекаться, а работать.
Шоу в разгаре, пора проверить салон.х
— … Какие формы… — мужчина не отлипал от щиколотки американки, которая смотрела на него сверху вниз.
— Чего смотришь, действуй, — она махнула рукой.
Не смущаясь, пузатый ухажёр опустился на колени и принялся целовать женскую стопу.
— А теперь сделай мне массаж, — Кэрол слегка толкнула типа ногой, затем с улыбкой победительницы наблюдала за усилиями гостя.
Ну и кринж.
Через какой это время я заметил, что не все модели позволяли подобные откровенности. Например, Бай Лу. На протяжении нескольких часов она держалась со всеми приветливо, но без излишеств, умело направляя разговоры в сторону интеллекта. Попутно мелькнула мысль: если кто-то на яхте и преследовал цель завязать полезные связи, а не просто привлечь мужское внимание, то это определённо была она.
Слева от меня раздался звонкий женский смех. Краем глаза я заметил, как две девушки из другого модельного агентства под ручку увлекают куда-то в глубь яхты пожилого джентльмена с довольным видом. Кажется, кому-то сегодня перепадёт дополнительный бонус к гонорару — судя по лицам, никакой неловкости фемины не испытывали.
Здесь всё в норме, пойду обратно на палубу.
Интерлюдия 2
Управление по борьбе с организованной преступностью центрального аппарата МВД.
Подполковник Фэн Чжиюнь сидел за столом, погружённый в размышления. В руках он держал объёмное досье, страницы которого медленно перелистывал. Вся папка касалась одного человека — Цяо Жунтая, известного чиновника и по совместительству бизнесмена, чьи корни тянулись из Гонконга. Каждый лист изобиловал подробностями: фотографии, адреса предприятий, схемы движения средств по счетам и даже данные обо всех членах семьи, включая дальних родственников.
Последние три года государство стабильно выделяет деньги на поддержку сельскохозяйственного бизнеса в Китае, чем Цяо Жунтай активно пользовался. Этот год не стал исключением. Очередную крупную субсидию направили целому холдингу предприятий в провинции Сычуань, специализирующихся на птицеводстве. Но тут обнаружился парадокс: на первый взгляд, компании разные, как и их юридические лица. Однако, тщательно изучив список имён, подполковник понял, что за всеми ними по сути стоит один и тот же человек — бизнесмен Цяо. Пусть и под именами дальних родственников и друзей. Формально получалось, что финансовая помощь идёт разным лицам, но фактически всё попадает в карман чиновника.
Каким именно образом преступник отмывал деньги, Фэн Чжиюнь доподлинно не знал, но подозревал. Если не через Гонконг, то, скорее всего, через Тайвань, где у бизнесмена имелись влиятельные друзья. Прежде чем прижать мошенника, следовало досконально всё разузнать. Подполковник не сомневался: за годы своей преступной деятельности Цяо Жунтай наверняка наследил и в других сферах. Но чтобы найти эти следы, требовалось тщательно покопаться в прошлом подозреваемого, изучить все его связи и финансовые потоки.
  
Одним из таких следов оказалось модельное агентство, куда бизнесмен регулярно переводил крупные суммы. Но тут всё было предельно явно: эти переводы оплачивали вечеринки с молоденькими моделями на яхте. Несколько фотографий с его развлечений утекли в интернет, но влиятельные друзья Цяо быстро подсуетились и стёрли компромат. Но интернет помнит всё. Доказательства тусовок с девушками лежали в той самой папке, которую сейчас листал подполковник.
И раз модели тесно общались с преступником, было бы полезно выйти на одну из них и убедить содействовать следствию. Но не тут-то было. Руководство категорически возражало против фигурирования в деле женщин-китаянок. А с иностранками и вовсе нечего было ловить — они наверняка ни о чём не осведомлены.
Фэн Чжиюнь задумчиво постучал пальцами по столу. Неужели это тупик и придётся довольствоваться только финансовыми махинациями Цяо, оставив за скобками всё остальное? Нет, не для того он взялся за это дело, чтобы отступить при первых же трудностях. Должен быть способ обойти запрет начальства и всё-таки найти подходящую свидетельницу или…
Он перелистнул несколько страниц назад, вернувшись к данным о модельном агентстве. Недавно они приняли на работу молодого парня. Фэн Чжиюнь внимательно изучил информацию о новом сотруднике: приехал в Пекин с севера, поступил в университет, подрабатывает официантом, живёт в общежитии… В агентство пошёл ради дополнительного заработка. Похоже, это и есть самое слабое звено. Парень молодой и глупый, на такого будет очень легко надавать и заставить содействовать следствию.
  
Глава 13
 
Нагруженный одеждой, которую девушки сдали после вечеринки, я поднимался на второй этаж модельного агентства. В рюкзаке позвякивали коробки с ювелирными украшениями. Всё это предстояло вернуть на склад и возврат задокументировать.
Размышляя о впечатлениях от необычной подработки, я поймал себя на мысли, что больше не хочу этим заниматься. С одной стороны, семнадцатилетнему телу и даже моему сознанию было любопытно и познавательно, с другой — слишком уж неправильным казалось происходящее.
Сдав одежду и аксессуары, я получил два талона, которые следовало показать Ли Джин перед получением оплаты. Что ж, пора с ней поговорить.
Увидев меня на пороге кабинета, стилист жестом пригласила войти и кивнула на пустой стул:
— Как впечатления?
— Вещи сдал, ювелирку тоже, — я положил на стол талоны.
— Немногословно, — заметила она, сверяя информацию из квитанций со своими записями. Удовлетворенно кивнув, наниматель отложила бумаги и подняла взгляд. — Всё на месте, ничего не повреждено — деньги поступят на карту в течение нескольких часов. Ну так что? — она подняла бровь. — Подробности будут?
Я вздохнул, подбирая слова:
— Знаете, спасибо, что приоткрыли завесу над закрытой частью мира, но в будущем я бы предпочёл с этим не связываться.
— Причина?
— Есть такое слово «нравственность», для меня означает больше, чем для окружающих. А разблагораживание доброго, разумного, вечного — худший вид торговли.
Стилист откинулась на спинку кресла:
— Презираешь девочек? Почему не покинул мероприятие?
— Я не сказал ни слова про презрение. Просто это не то зрелище, которое мне бы хотелось ещё раз наблюдать. А насчёт второго вопроса, подумайте сами, в каком свете я бы себя выставил.
— Хм.
— Во-первых, подняв шум и сбежав с яхты, я подставил бы моделей. Во-вторых — вас. Нашу договорённость я закрыл до конца, претензий нет, но уважаемая Ли Джинг, давайте сделаем так, что ноги моей там больше не будет?
— Продолжай.
— К моделям у меня претензий нет, по-прежнему отношусь ровно. Всё происходит добровольно, они сами рады туда ехать, кто я такой, чтоб осуждать.