Жека 4 (СИ)

На втором этаже было самое интересное. Столы в центре сдвинуты в один, длинный. За столом во главе, как патриарх, восседает Жека. В малиновом пиджаке и чёрной рубахе-апаше. Вид у него довольный и радостный. Рядом Сахариха в моднющем брючном комбинезоне, закосе под 70-е годы: широкие брюки-клеш, белой кофточке с коротким рукавом, перетянутой на груди широкими ремнями комбинезона. Босоножки с напедикюренными пальчиками, светлые волосы зачёсаны на одну сторону и перехвачены синей налобной повязкой. Сахариха разыгрывала роль жены миллиардера. Отпускала идиотские шутки и улыбочки. Всё как всегда. Придуряется.
— Светка! Ссать захочешь, и как снимать эту халабуду? — рассмеялась Пуща.
— У меня есть слуги, чтобы держать эту херню! — подмигнув, уверенно ответила Сахариха. — Догадайся, кто. Хахаха!
— Щас за шею щекотить буду! — Пуща грозно нахмурила брови, и сделала вид, что поднимается со тула, и Сахариха на всякий пожарный завизжала.
Рядом с Пущей сидел Славян. Тоже в малиновом пиджаке, но только синей рубахе. Напротив Графин с женой. И он тоже был в малиновом пиджаке. Они всё-таки решили последовать примеру Жеки, и тоже купили эти пиджаки.
— А вы все одинаковые! — заявила Сахариха, когда все расселились за стол.
— Ну ты ж нас не спутаешь? — рассмеялся Жека, прижимая строптивую подружку, и целуя её в ароматные губы, пахнущие клубничной жвачкой.
Жена Графина была беременна, и это для Жеки стало откровением. Графин никогда не распространялся о своей семье. Денег не просил, считая это ниже мужского достоинства, обходился сначала зарплатой рядового охранника, потом рядового члена силовой бригады, и только сейчас, официально назначенный Жекой начальником охраны Сибирской металлургической компании, присел на хороший оклад в 10 тысяч рублей. Неофициальные обязанности были куда шире. И оплачивались куда лучше. Спектр обязанностей широкий. В первую очередь — оперативное решение проблем. Всеми путями. Глядя на его каменное жестокое лицо со шрамом на щеке, можно быть уверенным: любую проблему он решит. Причём так кардинально, что виновнику это сильно не понравится.
Однако ж вот... Беременная жена, а это уже ослабляющий фактор в случае чего. Но Жека вдруг как-то неожиданно осознал, что люди, работающие с ним, — это и есть обычные люди, а не бездушные марионетки. Да. У них могут быть беременные жёны. И дети. И родители. И свои проблемы. Не всё в этой жизни сводится к деньгам.
Митяй пришёл с другой девушкой. Антонина оказалась слишком принципиальной и занятия своего парня не одобряла. Разошлись, как в море корабли, без скандалов и истерик. Нет так нет. Новую девушку звали Диана. И была эта Диана из интеллигенции. Худощавая симпатичная светловолосая красотка работала экономистом в конторе одной из шахт, куда Макс с Митяем привозили компьютеры. И познакомились вот. Была она старше Митяя года на три. Чем уж взял дворовый простодушный пацан рафинированную 23-летнюю барышню, непонятно. Может, и взял искренностью и простодушием, которых отродясь не было среди офисных хомячков, поедающих живьём друг друга за пару шекелей и карьеры.
Лёха, одетый в солидный чёрный костюм, белую рубаху и галстук-бабочку, приехал с Маринкой, понятное дело. Была она очаровательна, как и всегда. Блестящее короткое платье, под которым угадывались крупные упругие груди, Жека так любил их целовать когда-то. И красивая задница. На неё первым делом уставились абсолютно все. Марина поздоровалась и села на стул, вежливо поданный Лёхой.
Жека пригласил Ирину с мужем. Обладая весомой долей капитала в новой компании, имела право войти в управляющее ядро. В том числе и на отдыхе. Ирина долго отнекивалась, но потом согласилась.
— Мне неловко как-то, да и Виталик мой никуда почти не ходит, — призналась она.
— И мы когда-то не ходили, и неловко было, — заявил Жека. — И шкерились первый раз, когда с ворами пришлось в одном кабаке виснуть. Тоже шугались каждой тени. Всегда когда-то бывает первый раз. Ир, ты стала крупным бизнесменом, нашим инвестором, и тебе надо знать нашу компанию изнутри. Посмотреть, что эти люди из себя представляют. Тебе надо быть уверенной в том, что мы делаем, и в нас. Мы приступаем к большим делам, где отлетать могут охрененные деньги. И должны доверять друг другу. Меня могут спросить те, кто даёт мне деньги и ломает со мной хлеб, с кем я работаю и кто мой компаньон, и мне нечего будет сказать. Тебя они не знают. А сейчас узнают. Это на пользу всем.
 
Муж у Иры работал учителем в школе и держался очень и очень сдержанно. Чуть не с ужасом смотрел на гуляющую компанию, да и в целом относился с каким-то ужасом, когда узнал, на упавшие на них деньги. Бывшие советские люди привыкли жить от зарплаты до зарплаты. По счастью, его жена совсем не такая, и Жека не сомневался, что она сумеет пристроить деньги, чтобы они не пошли прахом.
А самая крайняя сидела... Валька. Жека чуть не поперхнулся коньяком, когда увидел, как она уверенно входит в зал, здоровается со всеми и спокойно усаживается на свободное место в самом конце стола. Восхитительно прекрасна, что уж тут говорить. Тёмные волосы красиво завиты и волнами растекаются в разные стороны. Длинное вечернее платье почти не прикрывает небольшие белоснежные груди. Сбоку вырез, идущий с низа платья до пояса. И отчётливо видно, что она без трусов, чёрт возьми! Валька пришла в одном платье. Без лифчика и без трусиков.
— Блин... — растерянно пробормотал Жека. — Она-то тут каким боком?
— А что такое? — Сахариха лукаво взглянула зелёным глазом поверх фужера, из которого потягивала шампанское. — Это я Валюху пригласила. Есть какие-то возражения?
Возражений не было...
  
Глава 8. Корпоратив в "Омуле" и продолжение
 
— Что значит ты пригласила? — недовольно нахмурился Жека. — А зачем? Смысл этого?
— Смысл такой, что мы в детстве дружили, довольно плотно, — Сахариха закурила любимые «Fine 120». — Потом немного подохладели, когда у ней родители развелись, а мой батя пошёл зону топтать. Ну а сейчас опять вот скорефанились понемногу. А ты что, против?
Сахариха с усмешкой посмотрела на Жеку, и он не нашёлся, что сказать. По идее-то как бы и не должен быть против. Отец Вальки — один из первых людей в городе во всех смыслах. Сама Валька — близкая подруга Сахарихи, его девушки, дочери ещё одного крупного мафиозо, и кому уж, как не Вальке, быть здесь. Да и вклад Вальки в общее дело тоже присутствовал, учитывая её договорённость с СОБРом. Поэтому Жека лишь пожал плечами.
— Просто это так неожиданно. Я Валю знаю. Давно. Мы с ней встречались до тебя ещё. Потом я ей помощь оказывал в ремонте квартиры. Она нам оказала помощь, чтобы отбиться от Филимоновских. Вот и вся история наших встреч. Однако... Она не состоит в наших компаниях, а здесь собрались только самые близкие люди.
— А чего тогда ты так заволновался? — прямо спросила Сахариха. — Если всё хорошо?
— Не ожидал увидеть.
— Осенью ты её часто будешь видеть! — заверила Сахариха, выпуская клуб ароматного ментолового дыма.
— В каком смысле? — недоумённо спросил Жека.
— В прямом, — пожала плечами Сахариха. — Она, как ты знаешь, учится заочно на юридическом...
— Вот этого я не знаю! — перебил любимую Жека. — Она не говорила мне этого!
Чёрт... Похоже что запалился. Коварная Сахариха поймала его!
— А должна была говорить? — нахально улыбнулась Сахариха. — Ты же её мало видел, по твоим словам.
— Но мы разговаривали о том, да о сём, — возразил Жека. — Не буду же я с ней в молчанку играть. Она рассказывала о своей работе. Я — о своей, без лишних подробностей. Вот и всё. Но она не говорила, что учится на юридическом. И продолжай говорить, что это значит, раз уж начала. Или между нами какие-то тайны?
— Не, Жека, тайн никаких, ну что ты... — Сахариха изобразила рукой какой-то абстрактный знак. — Просто я тоже пойду после школы на юридический. И она может помочь мне. Она уже согласна. Ты же не будешь возражать, если Валька будет приходить ко мне?