Такая любовь
Джо вскинула голову:
– Нет. Я не замужем.
На губах Дэвида появилась мерзкая ухмылка:
– Так от кого же этот ребенок? Неужели от того типа, что работает в кухне? Ну, белобрысого такого?
– Ты о Гарри? – переспросила удивленная его наблюдательностью Джо. – Нет, конечно.
Дэвид рассмеялся, правда, как-то деланно:
– Хорошо, что не от него. Меня он всегда раздражал, скользкий тип, и тебе не подходит. Так кто же счастливый отец? Какой-нибудь загорелый красавец, чемпион по серфингу, с которым ты познакомилась на пляже?
– Собственно говоря, Дэвид, это не твое дело, – сдержанно ответила Джо.
Он вдруг кивнул:
– Вот это точно. Слава Богу, не мое. Хорошо, если тебе самой известно, кто отец ребенка.
Джо даже задохнулась от негодования:
– Что ты имеешь в виду?
– Да ты ведь не единственная женщина, которая, оказавшись беременной, не знает, чье имя поставить в графе «отец», – пояснил он, криво усмехаясь. – Думаю, мне просто повезло, что у нас с тобой летом ничего не было, не то тебе пришло бы в голову навязать мне отцовство.
Тут Джо не выдержала. Ее охватила такая ярость, что она чуть было не бросилась на наглеца с кулаками.
– Ты не имеешь никакого права даже предполагать такое! – закричала она. – И вот что я скажу: если бы даже ребенок был от тебя – а я безумно рада, что это не так, – то в жизни не поставила бы тебя об этом в известность. Очень мне надо связываться с тобой!
Они сверлили друг друга взглядами – злые глаза, нахмуренные брови. Стояли, сжав кулаки, – два врага, да и только. И тут неожиданно Джо с ужасом осознала, что сдерживаться больше не может, и расплакалась. А ведь когда-то поклялась, что ни за что на свете не проронит ни одной слезинки.
– Черт побери… – пробормотала она, нервно вытирая слезы со щек одной рукой, а второй роясь в кармане в поисках носового платка.
А упрямые слезы все катились из глаз. Перед ней вдруг появился белоснежный мужской платок.
– Спасибо, – буркнула она.
– Не за что, – был ответ.
Она вытерла слезы и высморкалась. Платок был безнадежно испорчен.
– Я постираю, – пробормотала она.
– У меня для этого есть работники в отеле, – напомнил он, забирая у нее платок.
Джо увидела, что он смотрит на нее совсем другим взглядом и виновато улыбается.
– Извини. Извини за все гадости, которые я наговорил тебе сгоряча, – сказал он.
Джо искренне удивилась: как, Дэвид Пойндекстер извиняется? Небывалый случай! Она с облегчением вздохнула, стараясь сдержать ответную всепрощающую улыбку. Что сказать ему? Джо только кивнула и предложила:
– Хочешь кофе?
– Да. Спасибо.
Она немедленно направилась ставить чайник, чувствуя спиной его взгляд. Конечно, она двигалась не так грациозно, как раньше. К тому же, если бы предвидела, что Дэвид появится сегодня, то хотя бы надела что-нибудь более приличное, чем этот дурацкий балахон, да еще подкрасилась бы.
Ладно, перестань! – одернула она себя. Не так уж и важно, как я выгляжу. Ему теперь до меня вообще нет никакого дела. А его реакция вполне объяснима, продолжала размышлять Джо. Ведь я же отказалась переспать с ним, что для такого, как Дэвид, стало ударом по самолюбию. И вот он приходит и видит, что я в положении – значит, кому-то другому уступила. Еще один удар.
Она поставила чашки на стол. Дэвид кивнул на ее живот и поинтересовался:
– Когда он должен родиться?
– В середине февраля.
Вот теперь он произведет несложный подсчет и определит, что Джо была уже беременна, когда встретилась с ним в июле. Молчание со стороны Дэвида подтвердило ее подозрение. Только бы ничего другого не пришло ему в голову.
– Не достанешь ли молоко? – попросила она с явным намерением отвлечь его.
Дэвид стал озираться вокруг, припоминая, где летом Джо держала молоко. Кажется, под раковиной в тазу. Но там уже никакого таза не было.
– Молоко там, – указала Джо на предмет своей гордости – большой белый холодильник.
Дэвид удивленно поднял брови:
– Так тебе удалось починить его?
– Это же новый – правда, подержанный. Тот был серый… Теперь, когда наладили проводку в доме, все работает. Вообще, здесь просто замечательно жить. Двери и окна плотно закрываются, крыша не течет. – Говоря все это, Джо преисполнилась благодарности к Дэвиду. – Спасибо тебе за то, что организовал тут ремонт, – сказала она, слегка покраснев.
– Не за что… Вижу, ты перешла на миниатюры, – сказал он, бросив взгляд на стол. – Это, пожалуй, легче, чем металлические конструкции, над которыми ты трудилась летом.
– А-а… Да. Сейчас мне было бы неразумно возиться с тяжелыми железяками, – ответила Джо, криво усмехнувшись. – Раз уж так все получилось.
Он кивнул, взгляд его ничего не выражал. Интересно, о чем он сейчас думает? Предполагает ли, что Джо вела себя с другими мужчинами менее сдержанно, была более доступной, в результате чего и забеременела? А может, удивляется, чем это она привлекла его летом?
Дэвид внимательнее присмотрелся к разложенным на столе деталькам.
– Что это ты делаешь? – поинтересовался он, взяв цепочку, сплетенную из медных и никелированных колечек.
– Украшения. Вот это будет пара серег, а вон из того получится ожерелье.
– Симпатично, – одобрил Дэвид, покрутив все по очереди в руках. – И весьма оригинально. Хорошо продается?
– Сейчас не очень, – призналась Джо, пододвигая ему чашку с дымящимся кофе. – Надеюсь заготовить побольше украшений к лету, когда сюда наедут туристы.
Дэвид скинул куртку и сел к столу.
– Так на что же ты живешь?
– Я продала серию скульптур «Времена года» в конце лета.
– Да ведь сейчас наверняка уже мало что от этих денег осталось, – резонно заметил он.
Ей было неприятно обсуждать свое финансовое положение. Не говорить же Дэвиду Пойндекстеру, что она практически не имеет средств к существованию!
– Мне хватает, – довольно неубедительно попробовала объяснить Джо.
– Ты же вправе рассчитывать на материальную помощь. Ну, поскольку ты… – Он почему-то не решался произнести это слово.
– Беременна, – подсказала она, удивившись его замешательству, и отрицательно покачала головой. – Можно было бы обратиться за пособием, но мне не хочется. Пока что я вполне в состоянии справиться сама.
– Все еще предпочитаешь независимость? – насмешливо поинтересовался Дэвид.
– Мне так нравится.
Они помолчали.
– А что… отец ребенка… – вдруг спросил Дэвид совсем иным тоном, – разве он не хочет помочь?
Джо выдержала его проницательный взгляд, ни за что не собираясь раскрывать ему свой секрет.
– Я не намерена обращаться к нему, – твердо сказала она.
– Почему это? – последовал резкий, почти сердитый вопрос. – Он должен чувствовать ответственность. А то, что получается, – сделал тебе ребенка и был таков?
– Мне… мне не нужна его помощь, – объявила Джо, мечтая только об одном: чтобы он прекратил это обсуждение. – Справлюсь сама.
Она замолчала, закусив губу. Дэвид не сводил с нее глаз, всматриваясь, казалось, в самую душу.
– Извини, – произнес он наконец. – Этот тип, должно быть, очень обидел тебя.
– Давай не будем говорить об этом.
Ей хотелось бы сказать, что все гораздо сложнее. Но пусть уж лучше он останется при своем мнении.
– Ты была влюблена в него?
Джо слегка зарделась.
– Нет… не очень, – нехотя призналась она и уставилась в чашку.
– Не очень? Так почему же…
– Эй, что за допрос! – возмутилась она, обрадовавшись возможности перейти в наступление. – Это не твое дело.
– Да, ты права, не мое это дело, – с горечью в голосе признался Дэвид. – Просто я пытаюсь кое-что понять… Когда летом ты дала мне от ворот поворот, я понял, что ты не из тех девушек, которые легко соглашаются на близкие отношения. Выходит, я ошибся?
Джо стало не по себе. Она вся вспыхнула и воскликнула:
– Я не вступала ни в какие отношения! Это было… это была случайность!