Джек Сумасшедший король. Компиляция (СИ)
В это же время король Лоренс, младший брат Джека, принявший трон Бесклахома, знакомился с длинным докладом отца Доминика. Лоренс был молод, но испытания, с лихвой выпавшие на его долю, сделали из него серьезного и дальновидного правителя. Неожиданная смерть отца, женитьба, опять же неожиданная гибель старшего брата, его возвращение, злобные интриги собственной супруги, оказавшейся чудовищной колдуньей, борьба за трон и, наконец, престол, великодушно отданный ему Джеком, – серьезная школа жизни для двадцатилетнего человека. Молодой король очень тонко уловил «подводные течения» странной истории, рассказанной монахом. На северных окраинах королевства складывалась ситуация, способная привести к гражданской войне. Если жители одной области, воспылав фанатизмом воскресшего бога, начнут навязывать свою веру другим, то кровопролития не избежать. Лучшие рыцари короля погибли в борьбе с драконом из Хауза, гвардией наемников рисковать не стоило, а мобилизация войск требовала времени и расходов. Лоренс логично предложил задушить заговор еще в зародыше. С этой целью отцу Доминику было выделено пятьдесят стрелков из лука и разрешение на все боевые действия по усмотрению монаха. Добрый священник с поклоном принял командование. Потом, подумав, направился во вверенный ему монастырь. Проведя там рекрутский набор и увеличив свой отряд на сотню здоровенных монахов, он уверенно двинулся в сторону замка Гаги Великолепной.
* * *– Трехгорье! – восторженно объявил Сэм, высунув нос из кармана великанши. Сумасшедший король придерживал его за шкирку. – Джек, а ты помнишь, как мы впервые встретились с Гербертом? Бодрый старикашка… А как он обложил тебя трехэтажной руганью? А как мы отпаивали его нашатырем? Ха-ха-ха…
– Нашатырь не пьют! Что же касается меня, то я буду только рад еще раз встретить моего друга и наставника. Ругаться он, конечно, любит, но именно его уроки неоднократно спасали мне жизнь.
– Не одному тебе, мой мальчик, – напомнил колдун со дна кармана. – Во времена наших еще студенческих попоек он вытаскивал меня из таких злачных мест, куда даже демоны не рисковали соваться без охраны.
– О ком это вы? – ненавязчиво поинтересовалась Шиз де Лигофрен. Великанша не сбавляла ходу, что, впрочем, не помешало ей чисто по-женски влезть в чужую беседу.
– Мы вспоминаем одного знакомого пенсионера, – радостно пояснил песик. – Когда-то Джек расквасил ему нос.
– Не может быть! Джек, такой милый, воспитанный мальчик, ударил дедушку?
– Он врет! – покраснел Сумасшедший король.
– Я вру?!
– Это все не так было!
– Самюэль! – возмутился пони. – Прекрати скандал! Еще раз затеешь ссору – я тебя первый выброшу.
– Вот так всегда, – сухо отметил ученик чародея. – Страдать за правду – мой пожизненный крест. И чем крепче я за нее бьюсь, тем больнее моей заднице!
– Ну, так в чем же, собственно, было дело? – настаивала великанша, и тут с ближайшего пригорка ей ответил дребезжащий голос:
– А ну, стой! Корова старая…
Бедная тетушка Шиза едва не села от такого приветствия. У знакомой сосны стоял тощий, лысеющий старик в черном балахоне. Выражение лица строгое, глаза хитрые, борода козлиная, усы торчком. Великанше он был не выше колена. Однако чувствовалось, что понятия страха для него вообще не существует.
– Я к кому обращаюсь, дылда двухмильная?
– Но… вы… мы… как это? – чуть слышно пролепетала ошарашенная женщина – по-видимому, великаны к оскорблениям не привыкли.
– Что-то я не понял… Ты хоть говорить-то членораздельно можешь? Ну, не можешь – не говори… Слушай внимательно. Сейчас я отвернусь, а когда повернусь обратно – тебя здесь уже не будет! И помни, кариатида дубовая, подобная мягкосердечность для меня не характерна.
– Здравствуйте, наставник Герберт! – радостно завопил Джек, высовываясь из кармана.
– Что?! Мои друзья в плену!!! – В руках старика молнией сверкнул невесть откуда появившийся меч. Добрая мама Дибилмэна испуганно отпрыгнула назад.
– Нет! Все в порядке! Мы просто пришли к вам в гости, – восстановил мир Сумасшедший король.
– А она?
– Она наш друг. Позвольте представить вас. Это ведун Герберт, мой учитель. Это мадам Шиз де Лигофрен, а Дибилмэн ее сын.
– О! Простите мою горячность, достопочтенная. – Старик склонился в вежливом поклоне. – Был не прав, одичал в горах, одиночество не красит интеллигентного мужчину.
– С нами еще Лагун и Сэм, – продолжал комментировать Джек, по мере того как его друзья появлялись из кармана.
– Бог и святые угодники! Лагун, старый хрыч, ты ли это?
– Я, старина. В последнее время у нас были некоторые внутренние проблемы.
– Видно невооруженным глазом. Ого, наш коврик для блох стал клубком для вязания?!
– Я – Сэм Вилкинс! Во мне живет душа пророка черных гномов. Я требую достойного обращения и отдельных апартаментов.
Герберт по очереди обнял всех троих, шаловливо потыкав песика в пузо.
– Мадам, – повернулся он к великанше, – прошу вас следовать за мной. Такие высокие гости – большая честь для меня. Ну и вы, придурки, тоже пошевеливайтесь, я хочу услышать новую историю уже завтра утром.
– А почему не сегодня вечером? – наивно поинтересовалась великанша.
– Сегодня я хотел бы рассказать вам грустную историю о любви…
Трое друзей с сочувствием посмотрели на тетушку Шизу.
* * *К утру великанша была «готова». Обстоятельная история романтической любви, поданная самым нудным рассказчиком в мире, могла уложить кого угодно! Сэм в свое время выдержал восемь часов. Шиз де Лигофрен – двенадцать! Говорят, были герои, слушавшие этот эпос двое суток, правда, потом их откачивали… В общем, будить бедную женщину было совершенно бессмысленно, и наши друзья коротали время за содержательной беседой.
– А знаешь, Лагун, тебе даже идет быть пони. Будь моя воля, я бы пошел дальше и превратил тебя в ослика.
– У тебя талант – портить настроение! – сухо откликнулся старый колдун, а Герберт уже трепал за ухо болонку:
– Сэм, дружочек, брось ты эту беготню. Давай я устрою тебя комнатной собачкой к какой-нибудь знатной леди. Тихо, уютно, харч хороший, работы никакой. Заведешь себе болоночку, щенков наплодишь. Все равно, если честно, то расколдовать я вас не смогу.
– Спасибо. Утешили…
– Неужели ничего нельзя сделать? – взмолился Джек.
– Нет, – отрезал ведун. – Магия воскресшего бога очень надежна в своей простоте. Пойми, губошлеп, ничего даром не проходит! То, что твой наставник был какое-то время сивым мерином…
– Черным конем! – возмущенно фыркнул пони.
– …наложило определенный отпечаток на всю его психику. Мек-Бек ничего не смог бы сделать, если б не нашел эту зацепку. Вернуть вам человеческий облик я не смогу. По крайней мере, пока жив заколдовавший вас кровопийца.
– Ну, так он недолго проживет на свете! – грозно рявкнул Вилкинс. – Уж об этом я позабочусь!
– У нас мало времени, – напомнил Сумасшедший король. – В плену у Гаги леди Шелти, где-то в тех краях пропал ее батюшка, потом мы совсем забыли об отце Доминике. Да и сам Мек-Бек скоро войдет в силу. Что бы вы посоветовали, сэр Герберт?
– А леший его знает!
– Мы пропали, мы пропали, мы пропали! Я всегда говорил, что с таким руководством…
– Прекрати визг, негодник! Разбудишь маму нашего Дибилмэна.
– Что ж мне теперь – и не пискнуть? – захныкал песик. – Диктаторы! Совсем права голоса лишают…
– Скажите, если я правильно понял, то моих друзей смогли превратить в животных, подобных тем, кем они были раньше, так?
– Правильно. Возьми с полки пирожок, – похвалил ведун.
– Ну а еще раз превратить их в тот же тип нельзя? – внес интересное предложение Джек. – Пони – в рыцарского коня. Болонку – в огромного боевого пса. Это ведь не нарушит принципов заклинания Мек-Бека. Они по-прежнему останутся собакой и лошадью. Просто мы подкорректируем их физические данные.
– Неплохо… – задумался Герберт.