Мир Терского фронта. Тетралогия
— Идёт успешно, но иммигранты пытаются оказывать сопротивление и прорваться в глубь страны.
— Я считаю, что в данном случае полиции следует проявлять максимальную твёрдость. Особенно если нарушителями являются люди, чьё пребывание на нашей территории нелегально! Раз уж порядки в нашей, — король выделил голосом это слово, — стране называли «шведским социализмом», то давайте брать пример в этом вопросе с самой большой социалистической страны!
— Да, Ваше Величество! — откликнулся единственный из присутствующих, не носивший формы. — Я отдам соответствующие распоряжения. — Начальник СЭПО[127] сделал пометку в блокноте.
— Что у менее дружественной, так сказать, стороны? — Карл Густав отодвинул в сторону фотографии.
— У них картина схожая. Район Кёнигсберга и Палтиски,[128] — на немецкий манер назвал русский анклав адмирал, — подвергся мощному удару. — На столе появились соответствующие снимки. — Палтиски полностью разрушен, Ваше Величество.
Карл Густав внимательно вгляделся в фотографию — на фоне узкой, километров пять-шесть в самом широком месте, отчётливо выделялись две чёрные точки, окружённые своеобразным ореолом. «Места попаданий и зоны разрушений вокруг!» — догадался шведский монарх.
— Санкт-Петербург? Кронштадт?
— Мы пока не решились на пролёт через зону ПВО русских. Если у них уцелели ракетные дивизионы, то они сейчас в полной боевой готовности, а «Аргус» — это не «Блэк Бёрд»[129] и не «стелсфайтер».
Король повернулся к начальнику военной разведки:
— Что сообщают ваши источники, Стефан?
Главный военный разведчик ответил немедленно:
— Первые три дня информация приходила в основном по кабельным линиям связи. Сейчас сотрудникам ФРА[130] удалось наладить радиосвязь с нашими представителями в Прибалтике. Правда, для этого пришлось перегнать «Орион» к Сааремаа. — Все присутствующие, естественно, знали для чего нужен единственный национальный специализированный корабль радиоразведки, и генерал-майор Руссандер продолжил: — Ситуация, Ваше Величество, складывается крайне интересная.
Практически сразу после начала войны, когда стало понятно, что удар по русским не случайность, наши южные союзники попытались решить русскую проблему, изолировав «неграждан», — тут разведчик усмехнулся, — как подрывные элементы. Одновременно войска Эстонии и Латвии начали наступление в глубь русской территории. Члены НАТО обязаны выполнить свой долг перед альянсом, не так ли? — Лёгкая улыбка снова осветила интеллигентное лицо докладчика.
«Как всегда, Стефан немного играет. Но это и неплохо — каждый его доклад — маленький спектакль, который интересно слушать… И при этом МУСТ[131] работает без всей этой джеймсбондовщины…» — подумал король.
— Но случилось несколько вещей, о которых доблестные эсты и латы не подумали! Во-первых, русская пограничная стража не разбежалась, как они, наверное, рассчитывали, а храбро вступила в бой, задержав их наступление, а затем и остановив его. Во-вторых, семьдесят шестая воздушно-десантная дивизия под командованием полковника Виноградского не попала под ядерный удар, и уже спустя несколько часов первые подразделения русских десантников выдвинулись к границам.
— Насколько я помню, части этого соединения участвовали в войне с грузинами? — спросил генерал Грундевик.
— Совершенно верно, Берндт. А до того не вылезали из Чечни.
— То есть нашим балтийским союзникам не поздоровилось?
— От полного разгрома их спасло только то, что наступали они с двух направлений, а одной, пусть даже очень подготовленной, дивизии на фронт в триста пятьдесят километров явно недостаточно.
Но тут, господа, в дело вступил ещё один фактор… — Руссандер сделал театральную паузу. — «Неграждане», поняв, что на этот раз за них взялись не хуже, чем в сорок первом году, в ответ взялись за оружие. Безусловно, они вооружены совершенно недостаточно, но восстанием сейчас охвачены довольно значительные территории. Так, уезд Ида-Вирумаа[132] практически полностью захвачен русскими повстанцами. Тяжёлые бои идут на территории уездов Вырумаа[133] и Пылвамаа,[134] а также в приграничных районах Латвии.
Как докладывает лейтенант Торвальдсен из СЭПО, эстонцы испытывают сейчас довольно большие трудности с удержанием этих районов под контролем.
— Это весьма занимательно, Стефан. — Карл Густав снял и протёр очки, потом водрузил их обратно. — Если я вдруг испытаю тоску по голливудским боевикам, то знаю, кого мне пригласить, чтобы эту тоску унять… — Король улыбнулся, но продолжил уже серьёзным, можно даже сказать, суровым голосом наследника ярлов и конунгов. — Господа, я, как верховный главнокомандующий, принимаю на себя всю полноту военной власти в стране! — Генералы удовлетворённо переглянулись. — Своей властью приказываю разработать операцию по оказанию помощи нашим балтийским союзникам, для чего задействовать амфибийные силы флота в составе полка и средств усиления, подразделения горных егерей и армейскую авиацию.
Объявить в стране всеобщую мобилизацию! Довести численность сухопутных войск до предусмотренных планами пятидесяти тысяч! В частях ввести казарменное положение! — Речь короля стала резкой, отрывистой. — Сухопутным войскам обеспечить безопасность наших границ! Подразделения территориальных сил направить для обороны побережья Проливов! Считайте, мы идём в вик![135]
Глава 12«Коробейники. Слова народные, музыка тоже»
Деревня Савинские Горки. Три дня спустя.
Ещё два дня прошли в относительном ничегонеделании. Один раз провели колонну с продуктами от Торжка к детским лагерям, а так безвылазно сидели «дома». То есть дальше пятачка Усадьба-Торжок-Медное не вылезали. Хрен знает по какой причине Виталик решил, что надо и машины получше защитить от попадания пыли, и мы обтянули все наши транспортные средства полиэтиленовой плёнкой. Не знаю, будет ли от этого хоть какой-нибудь толк, но ездить стало неудобно. Особенно мне — стоило только разогнаться больше шестидесяти, как пленка начинала отрываться от креплений, и приходилось сбрасывать скорость. Кончилось тем, что вечером я оборвал всю эту «красоту» и наклеил вместо неё полоски уплотнителя для окон по периметру всех дверей в своём «Форестере». Получилось эстетичнее, удобнее и, надеюсь, не менее эффективно.
Наконец, нас вызвали в «столицу». Летуны закончили подготовку машин к дальней экспедиции. Кстати, Вован практически переехал в Торжок, поскольку оказался прямо-таки нарасхват. А говорят ещё, что менеджеры — бесполезные создания!
Машину свою я брать не стал, тем более что на этот раз Камчатка поедет со мной, как и Витька-Химик. И если первый будет моим напарником, то во второго Ваня Колмогоров вцепился — не оторвёшь. Чуть ли не взасос целовал случайно обретённого коллегу.
Погрузившись в «Патриота», доехали до места без приключений. Но вот стоило нам съехать с трассы, как Андрюха ударил по тормозам!
— Вот ни хрена себе!
Дорогу нам перегораживал ракетный тягач! Рядом с ним, но параллельно дороге стоял ещё один — поменьше, с четырьмя осями. Огромное многоколёсное чудище раскорячилось поперёк дороги. Видимо, водитель неудачно сманеврировал и теперь пытался понять, как же ему выбраться из западни. Кабина мастодонта опасно нависала над стеной деревянного домика, и понятно, чего опасался водитель — если он ошибётся, то многотонный тягач просто снесёт стену!
— Откуда он взялся?
— Это, наверное, из тех, что под Бологим стоят. Вернее — стояли… — ответил на мой вопрос Химик. — Только сейчас доехали. Мне Ваня рассказывал, что ракетчики, как только отстрелялись, так сразу в леса рванули — чтоб ответка не прилетела. Он говорил, что у них два расчета чуть ли не с окраины Волочка запуск производили.
— Как же они доехать успели? Там же полсотни километров! Ну, между их базой и Вышним.
— Не знаю, тащ капитан. Можете у них сами спросить…