Чужая (СИ)

От удара подбородком о землю я больно прикусываю язык, до металлического привкуса во рту. На глаза наворачиваются слёзы. Но всё это беспокоит меня в последнюю очередь, потому что в ноги и руки впиваются чужие, жесткие пальцы. 
— Переверните её! Хочу видеть её жалкую рожу, когда буду снимать одежду. 
Я переворачиваюсь сама и делаю рывок корпусом вперёд, чтобы вонзить зубы в руку одного из них, но тут слышу крик. Нет, даже свирепое рычание. 
— Не трогайте её, козлы! 
Стас буквально налетает на того, в кого метилась я сама, и валит его на землю рядом. А главного осла сзади за шею хватает... Громов. Секунду смотрит на меня поучительным взглядом, мол, вот, что бывает, если не слушаться меня и нарываться, а затем бьёт парня кулаком в живот. Тот с хрипом сгибается пополам, но Громов дергает его обратно и рычит: 
— Забирай своих прихвостней и вали отсюда подальше, пока я добрый. И запомни, ещё раз увижу тебя рядом с ней, обязательно сломаю тебе руку или ногу. Договорились? 
— Да! — выплёвывает тот, уничтожая меня взглядом. 
Сдаётся мне, не договорились они. Далеко не договорились... 
— Стас, кончай там возиться, — отпускает осла Громов. — Пусть валят отсюда. 
Смотрю на мешанину тел, которая значительно отдалилась от меня. Стас даже и не планирует останавливаться. Эти двое продолжают бороться между собой, катаясь по земле. 
Я подскакиваю на ноги и подбегаю к ним вместе с Громовым. Он мерит меня насмешливым взглядом и отталкивает от них, а сам склоняется и ловит за плечо Стаса, который в этот момент оказывается сверху. 
— Хорош! Твоя принцесса спасена, успокойся, — удерживает он блондина возле себя. 
— Черти! — орёт Стас. — Гнилые мрази! 
Его соперник неловко поднимается на ноги и даёт деру вслед за своими друзьями, которых, к слову, уже и след простыл. 
Стас провожает его взглядом, тяжело дыша, а затем смотрит на меня: 
— Ты в порядке, Эль? 
Я сглатываю кровь и коротко киваю. Мы ещё пару секунд вглядываемся друг в друга, и Стас, тоже кивнув, отводит взгляд. Мои внутренности, словно дёргает крюком, и я бросаюсь ему на шею. Обнимаю крепко и благодарно шепчу: 
— Спасибо, Стас. 
Он обнимает меня в ответ, а Громов, сделав шаг от нас, грубо спрашивает: 
— И какого хрена ты здесь забыла, конопатая? 
— Не называй её так! — тут же вступается за меня блондин, выпуская из рук. 
— Имею полное право называть её как моей душе угодно, — хмыкает придурок. — Уже второй раз спасаю от унижений. И никакой благодарности, кстати. 
Ждёт, что я упаду его величеству в ноги? 
— Да что она тебе сделала? — недоумевает Стас. — Вроде и помогаешь ей, но и тут же затаптываешь в грязь. 
— Это наше с ней дело, — впивается он взглядом в меня. Смотрит мгновение, а затем опускает глаза вниз, на наши со Стасом сцепленные пальцы рук. Едва заметно морщится и бросает, прежде чем уйти: — Плевать. Дальше сами разбирайтесь. 
Мы со Стасом провожаем его спину, а затем, посмотрев друг на друга, улыбаемся. 
— Мир? — весело щурится мой приятель. 
— Мир, — соглашаюсь я, смеясь. 
Стас присоединяется ко мне и утягивает меня в сторону озера. Я осторожно оглядываюсь себе за плечо, запоминая место, где валяется мой несчастный телефон. 
В ближайшее время нужно будет придумать, как за ним вернуться. 
Н-да, задачка-а-а... 
  
Глава 9. Ева
 
— Так что им нужно от тебя? — интересуется Стас, усаживаясь у воды в сторонке от остальных веселящихся ребят. — Ник ничего толком не объяснил, когда понял, куда они направились. 
— В смысле? — не понимаю я, усаживаясь рядом. 
— Ну... Я заметил, что тебя нигде нет, спросил у него: не видел ли он тебя, а он такой: так вот куда они пошли. И сорвался в лес, позвав меня с собой. 
Хм. Громов не видел, как я уходила, но увидел, как ушли эти уроды, сопоставил и помчался меня выручать. Невероятно, но факт. 
Очень интересно... 
Я опускаю ноги в тёплую воду и рассказываю Стасу о вчерашней стычке. 
— Громов чувствует вину! — делаю я вывод в конце. 
 
— Как вариант, — жмёт плечами приятель. — Но сейчас не о нём. В общем, я за то, чтобы ты больше никогда не оставалась в одиночестве. Предлагаю свои услуги в роли телохранителя. 
— Очень смешно, — улыбаюсь я. 
— Ты же видела меня в деле! — лыбится он. — Ладно, я серьёзно, Эль. С ними надо что-то делать... Может, расскажем моему крутому тёзке? 
— Крутому? — поднимаю я брови. — Успел проникнуться к Эсвэ? 
— Ты всем прозвища придумываешь? — улыбается он. 
— Его имя пока выговоришь, — жму я плечами. — Я берегу свое время и язык. 
Длину которого, кстати, кое-кто не собирается проверять. 
Вот чёрт, засело же в голове! 
— А у меня от тебя прозвище есть? — щурится Стас. 
— Выбирай, — хмыкаю я. — Блондинчик, диджей-щегол, но Стасом тебя называть, проще, да. 
Парень хохочет, обнимая меня одной рукой за плечи, а просмеявшись, спрашивает: 
— Блин, откуда ты такая? Тащусь от тебя. 
— Спасибо, — саркастично бросаю я, глядя вдаль. 
Противоположный берег сплошь состоит из высоких вершин. Вот бы попасть туда, после того как я верну свой телефон, конечно. 
И, кстати, зря я тут «очаровываю» Стаса, потому что в будущем его ожидает настоящее разочарование. 
— Так что? Расскажем Эсвэ? 
— Нет. Назло им не стану жаловаться, — говорю я твёрдо. 
— Тогда решено. Буду возле тебя круглосуточно, — лыбится этот шутник. 
— Ещё чего! — пихаю я его плечом, а затем прошу серьёзно: — Рассказывай. Как ты, чёрт возьми, связался с наркотиками? 
Из Стаса тоже испаряется веселье. Он сгибает ноги в коленях и укладывает на них руки, устремляя взгляд в сторону. Молчит около минуты, затем спрашивает: 
— Тебе когда-нибудь хотелось выглядеть в чьих-то глазах крутой? Ну да, — тут же усмехается он. — Ты сама по себе такая... 
— Чушь, — не соглашаюсь я. 
— Ага. Так вот, однажды в клубе, в котором я играл, меня свели с крутыми людьми. Они, как бы, сразу приняли меня в свою компанию... А я очень хотел тусить с ними. Дебил. Вот так и зашёл разговор, кто на что способен. Честно? Я капец как очковал, но ещё больше боялся ударить в грязь лицом перед ними, понимаешь? Строил из себя не пойми что... Первая партия была мизерной, я легко её сбыл, даже играючи. Мозги совсем отключились, походу, от эйфории. Это была проверка с их стороны, знаю. На второй, побольше, меня и поймали. Теперь мне в точности знакома фраза: упасть с небес на землю. Никогда не забуду разочарование в глазах родителей. Особенно в маминых... Полный трэш. Я на полном серьёзе собирался в тюрьму, Эль. Хотел по всей строгости закона ответить за свои проступки. Но та же мама настояла на «Золотом городке». Любит меня вопреки, как будто я заслуживаю... 
— Заслуживаешь, — вновь пихаю я его плечом. — Хорошо, что ты одумался, Стас. Серьёзно. 
Его рассказ, на самом деле, меня поразил до глубины души — раскаяние видно не вооружённым глазом. Мне даже стыдно стало за своё поведение. 
— Извини меня, ладно? — спрашиваю я тихо. — Я не имела права тебя осуждать, не выслушав твою историю. 
— Зато это лишний раз напомнило мне о том, каких я по-настоящему хочу иметь друзей, — улыбается он. 
— Эй, мы знакомы третий день, притормози! — смеюсь я. 
— Серьёзно, я ещё не встречал таких девчонок, как ты. 
— И больше не встретишь, — прячу я за мнимой важностью жуткое смущение и киваю на воду, чтобы закончить этот тревожный разговор: — Мне кажется, или тебе пора освежиться? 
— Кстати, почему я ещё не увидел тебя в купальнике? 
— Я не умею плавать, — пожимаю я плечами. 
— Шутишь? Чего там уметь? — не на шутку удивляется он. 
— Не люблю я воду, ясно? — грубо бросаю я. — Всё. Вали. 
— Окей, отстал, — поднимает он руки, сдаваясь, и встает на ноги. Сморит мне за спину и спрашивает у кого-то: — Присмотришь за ней? Я тогда пойду всё же побью твой рекорд.