Развод. Ты пожалеешь (СИ)

Ну, что? Лёд тронулся, господа присяжные заседатели, как говорил Остап Бендер?
Смотрюсь в зеркало и показываю сама себе язык. Я тот еще… великий комбинатор!
  
Глава 30
 
- Вика, привет.
- Стас, привет, как ты?
- Отлично. То есть… Нормально. В общем у меня к тебе важный разговор.
- Ой… прямо важный?
Она улыбается, искренне, чувствую через экран.
Вообще, Вика хорошая девочка. Честная. Нормальная.
Как… Наверное, как Машка в её годы. Тем и подкупила.
Нет, не тем, что я ищу новую Машу. Не в этом дело. Не ищу.
Понимаю, что такой нет. И не будет уже.
И как раньше тоже уже никогда не будет.
Но это не повод себя хоронить, да?
Это повод переосмыслить. Перезагрузиться. Обнулиться.
Начать заново.
Я и пытаюсь. Начать.
С Викторией.
Виктория – победа с древнегреческого, кажется? Или с латыни? Надо бы загуглить. Но моя Вика совсем не победительница.
Милая девушка. Окончила какой-то институт, кажется культуры, работает куратором каких-то проектов, на разных выставках, в музеях.
Я так понимаю, устроили её по блату, работа не пыльная, зарплата хорошая.
Вика довольна.
У Вики своя квартира в хорошем жилищном комплексе, не слишком крутом, не в центре, но двушка и своя. У Вики есть кот, немного агрессивный.
Вика симпатичная, милая, воспитанная.
И страстная.
В меру.
И границ не переходит.
И еще…
Вика не знает, что я на ней собрался жениться.
Да, да…
Я сказал это девчонкам. Почву прощупывал. Ну, еще там… паре приятелей между делом ввинтил, тех, у которых жены до сих пор с Машкой пересекаются.
И я конкретно ждал, когда Машка узнает.
Взрыва ждал.
Ждал эмоций нереальных, скандала, ненависти, презрения ждал.
Ждал, что увижу – ей не пофигу!
Дождался, блядь…
Идиота кусок.
Сука, просто!
И что? Что теперь делать, а? Жить вот как с этим дальше? Зная, что ты любимую женщину не просто просрал. Ты её убил!
Потому что я знаю – из-за меня.
Нет, я не долбанутый маразматик с постоянным чувством вины.
Я уже заплатил психологам круглую сумму, чтобы меня от этого отмазали.
Получил, так сказать, индульгенцию от постоянного ощущения, что ты кусок дерьма.
Помогло, в принципе.
Я даже научился иногда думать, что Машка сама виновата.
Нет, не в том, что я, долбоёб, трахнул эту дуру малолетнюю. Тут – мой косяк от и до.
Она виновата, что не смогла простить.
Почему, блядь???
Почему куча уродов, которые реально перепихиваются как перекусывают, потрахаться ходят как покурить, почему их прощают, а? Почему им бабоньки, женушки любимые готовы вышитый ручками ковёр выстелить, лишь бы божинька, солнышко любимое домой вернулся.
Алё, дамы? Ну вы чего? Как так можно-то?
Кого прощаете?
Они в ваш дом заразу всякую носят, там такое… фу, противно.
Но их прощают, возвращают, с ними носятся как с писаной торбой, когда подтверждается гонорея, мать её етить.
Это норма!
А я… оступился раз. Ну… ладно, два или три, не помню. Главное, если бы там было какое-то супер удовольствие? Так, слегка потеребонькались.
Противно как. Тошно.
По дурости, по глупости.
Кризис среднего возраста.
Мне и психолог сказала – «классический случай, неужели ваша жена не знает об этом?»
Всё она знает.
Вот только…
Гордости у нас и гонора!
Выше крыши.
И мы считаем, что бывшие мужья предатели недостойны быть приближенными к телу.
Тьфу.
Сколько я пытался, сколько сил положил.
Еще и ребёнок тот.
Тут вообще – руками развести.
Что в первый раз, когда была эта несчастная замершая, что во второй с выкидышем.
Машка переживала сильно.
Страдала.
Она такая, если вбила в голову, что на старости лет нам дитё необходимо – ничего тут не попишешь.
Да я и, признаться, был не против, наоборот – за. Уже представлял, как Машка родит мне парня, как мы с ним будем футбол смотреть, модели кораблей клеить, в машинки играть. Как я его отведу на картинг, или на хоккей. На плавание. В общем, буду образцовым таким папашкой.
 
С девчонками не всегда получалось, потому что… потому что потому. Ну, водил их несколько раз куда-то там. Но с ними больше это, какие-то танцы, парки аттракционов, магазины игрушек и шмоток. Не то, что скучно, но… не пацанское. А парень… вертолёт ему купить, катер с управлением, машину такую, чтобы он сам водил, мелкую.
Короче говоря, я сам тогда размечтался. Когда Машка ждала.
А потом…
Потом мне кто-то сказал, мол, ты делай вид, что ничего страшного, убеди в этом Марию, вы молодые, всё еще будет. Там не ребёнок был, а так, тупо набор клеток.
Кто же мне эту лекцию провёл? Не помню. То ли личная помощница еще старая, ну да, точно она, не Катерина, до неё еще была. Старая калоша. После этого, собственно, и уволил. Ну, не только. Были еще причины.
Но я как Машке ляпнул про то, что там не ребёнок – она пятнами покрылась. Давно мы так не скандалили.
Ну и…
Чувство вины.
А потом Катя.
Блядь.
Куда ни кинь, всюду клин.
И болезнь Машки – это моя вина. Тут как ни крути. Моя.
И вот теперь, женитьба эта.
И что делать?
Если я сейчас пойду и скажу Маше, что я передумал жениться, это будет очень тупо?
Или признаюсь, что жениться была уткой?
Представляю, что будет. Дым коромыслом.
Если бы я знал, что она обрадуется!
Хрена лысого, Стасик, она обрадуется. Погонит тебя поганой метлой. И будет права.
А Вика?
Чёрт, как быть с Викой?
Да что мне вообще делать с этой моей гребанной жизнью?
Стоило мне один раз войти не в ту дверь…
Как Киркорову, блядь.
- Вика, нужно увидеться.
- Приезжай сейчас, можешь? Я дома. Одна.
- Могу. Что привезти? Вино, фрукты? Мясо?
- Себя привези, Стас, у меня всё есть.
Вот такая, мать твою.
Хорошая!
Слишком положительная, до скрежета зубовного.
Ей всего двадцать семь. Или уже двадцать семь?
Когда Машке было двадцать семь у нас уже было двое, и в браке мы были сколько, десять? Нет, меньше… семь… или… Чёрт, с арифметикой совсем не «алё» у меня. Надо будет подсчитать.
Двадцать семь. Машка на десять лет старше.
Вике двадцать семь, а у неё до сих пор не было серьёзных отношений. Так, была пара парней постоянных, по паре лет, ничем не кончилось.
Почему?
Вот именно поэтому. Положительная.
Некоторые мужики это любят. Некоторые.
А большинство любит таких баб, чтобы от них искры летели. Чтобы ты знал, накосячишь, а она тебя возьмет да так отпиздит душевно! И наорёт. И устроит Армагеддец в отдельно взятой квартире.
А потом вы будете трахаться как в последний раз, и она с тобой такое вытворит. Так тебя досуха выдоит, что вместо яичек будут тряпочки висеть, а член в крайней плоти спрячется и оставит табличку – уехал в отпуск, не трогать.
Огонь нужен. Огонь!
У Машки он был. Несмотря на её некоторую чопорность, воспитанность.
Был!
Ну какая еще баба попрётся с тортом к матери любовницы, сообщать, что у неё дочь шлюха?
Только огненная!
Она потом еще и мою маман поздравила. Выкатила «Моэт э Шандон», с ананасами. И шарики «за здоровье кобеля».
Блядь. Как же я её дуру люблю!
И что мне с ней делать?
Еду к Вике, обдумывая планы, вспоминаю о знакомом докторе.
Набираю номер.
- Алло, Товий Сергеевич?
  
Глава 31
 
Вика, значит. Виктория. Красивое имя. А она сама… Нет, пожалуй, что так себе.
Это я сейчас не злобную суку играю, вот сейчас – реально нет. Просто мне она не нравится. Не люблю такой типаж. Вроде бы всё на месте, фигурка ладная, лицо без изъянов, но вот… Изюминки нет, что ли?