Месть мажора (СИ)

— Выйди, — не поворачивая головы, велел медсестре.
— Что вы себе позволяете? Это медицинское учреждение, а не…
— Выйди, — зыркнул на нее, теряя терпение. Она прониклась, выбежала.
А вдруг все же он? Ему выгодно было, чтобы Гели не было. Она в период брака неплохо так заработала. А при разводе ему мало что перепадало. Он не работает. Его выгнали за взятки, счета арестованы.
— Какого хрена ты сюда припёрся?
— Я муж.
— Бывший! Ты это с ней сделал? — тряхнул.
— Ты совсем что ли? Я люблю ее! Мы вместе два года прожили. Зачем мне это?
— Хотя бы, чтобы квартиру сохранить. Вы же официально не разведены.
— Я подпишу бумаги на развод без претензий. Жить я могу и у мамы.
— Что ж тогда не жил? Почему не ушел? Сучку эту в дом притащил.
— Я вернуть ее хотел. А Вероника… не знаю, черт дёрнул. Думала, приревнует.
— Сделаю вид, что поверил. Но когда мы возьмём этих ублюдков, они мне все расскажут, кто их нанял. И если это ты, поверь, тебе не поздоровится.

  
Глава 69
 
Геля
Невыносимо лежать целыми днями, и я как представлю, что это мне на всю жизнь, руки опускаются. Зачем я такая кому-то нужна? Тем более, Кириллу. Я решила отпустить его.
Каждый день говорила, чтобы не приходил больше, но он упёрся, как баран. Заладил одно и то же, что я буду ходить.
Мама Света рассказывала, что Мишенька меня хочет видеть. Как? Как я покажусь ему в таком состоянии? Синяки побледнели, но ещё не прошли. И как ему объяснить, что мама не сможет больше играть с ним в догонялки? Ничего не сможет!
Я всё думала за что мне это. Они не просто залётные какие-то. Они знали все про меня. И я уверена, это Андрей. Он в последнее время изменился, или всегда таким был. Он же поднимал на меня руку. Убить самому, видимо, духу не хватило, вот и нанял урок. У него была возможность. Сколько их через него проходило? Он мог пообещать срок меньше, или что отмажет. Он ведь делал это раньше.
Господи, с каким моральным уродом я жила? И ничего не замечала. Послать отморозков на женщину, с которой прожил вместе два года. И все ради чего? Денег? Квартиры? Салона, который он так хотел? А может, всё дело в том, что я ушла к Кириллу? Обидела бедненького.
Когда он пришел ко мне в палату с цветами, я была уверена, он решил закончить начатое, добить меня. Я кричала, звала на помощь. Мне стало так страшно, как там, возле складов. Он что-то говорил. Я не слышала, в голове стоял гул от страха. Я ведь даже убежать не смогу, прикована к этой чертовой кровати.
Кирилл увел Андрея. Его долго не было, и я уже решила, что он не вернётся. Может, устал от того, что все время его гоню. Разве не этого я хотела? Почему так погано? Это эгоистично, думаю только о себе. Я не должна портить Кириллу жизнь. Он найдет себе другую, забудет обо мне.
Откинула одеяло в сторону, попыталась пошевелить пальцами, но ноги, словно два бревна.
— Чёртовы поленья! — ударила по ляжкам со всей силы и не почувствовала абсолютно ничего. Кирилл вошёл, поставил на тумбочку пакет.
— Там йогурты, фрукты и еда из ресторана. Ты совсем отощала, — не могу видеть жалость в его глазах. Отвернулась, опять слёзы катятся по щекам.
— Я ничего не хочу. Не приходи, прошу. Зачем тебе калека?
— А ну-ка, посмотри на меня, — Кирилл заставил меня повернуться. — Прекрати ставить крест на себе и наших отношениях. Ты жива, у тебя есть сын, который каждый день засыпает с твоей кофтой. Ты думаешь, тебе одной трудно? А ты о нем подумала? Ему каково? Я жил без матери, знаю, что это значит. Может, прекратишь жалеть себя и поверишь мне, что у нас все получится. Вот, смотри, — он достал из кармана телефон и протянул мне.
— Мария Лебедева. 27 лет. Попала под машину. У нее было то же самое, что у тебя. Врачи говорили, что все безнадежно, но она не сдалась, и теперь она ходит не хуже других. Вышла замуж, родила двух детей, — он показывал мне людей, их было очень много.
— А вот ещё. Вера Васильева. Она только выпустилась из детского дома, на нее напали, избили, изнасиловали, и у нее тот же диагноз, что у тебя. Ей не для кого было жить, не на что было лечиться, но она хотела жить и смогла. Фонд собрал ей деньги, сотни людей приходили её поддержать. И она смогла, и ты сможешь. У тебя есть то, чего не было у нее. У тебя есть отец, мать, сын и я. Лечение я оплачу. Я уже готовлюсь, чтобы переоборудовали тренажерную комнату для тебя. Нашел специалистов, показал медицинскую карту, и они согласились помочь. Дело за тобой. Поверь мне. Все получится. Просто ты должна сама этого хотеть. — Кирилл погладил мою руку.
 
— Я люблю тебя. Сделай это ради меня, доверься мне.
С каждым его словом возникало сомнение. Может, и правда я зря сдалась? Врач говорит, что практически нет шансов. Но у всех этих людей его тоже не было, а у них получилось. И таких случаев много. Может, и у меня получится?
— Ты искал их для меня?
— Да, чтобы ты знала. Чудеса бывают, но с неба ничего просто так не свалится. Ты сама должна этого захотеть!
Я смотрела на Кирилла, в его глазах столько уверенности, что ему все по плечу, и она будто переливалась в меня.
И я поверила. По крайней мере, что я теряю? Я должна попытаться.
Обняла его за шею. Боже, как же я скучала по нему всё это время, гнала, а у самой сердце кровью обливалось.
— Я тебя тоже люблю. Я буду стараться, научусь ходить, ради тебя и Миши. Обещаю.
— Ну, наконец то. Но для начала ты будешь есть нормально. А то от тебя остались кожа да кости.
Кирилл открыл коробочки с едой и кормил меня, как маленькую. Впервые за это время я чувствовала умопомрачительный запах. В животе урчало от голода. Я чувствовала эту жажду жизни. А от улыбки Кирилла становилось тепло.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
  
Глава 70
 
Кирилл
Завёз Ангелину в квартиру. Миша радостный, выбежал встречать. Остановился в метре от нее, рассматривал.
Геля изменилась, похудела, хотя ела лучше, чем первое время. Она сжала подлокотники кресла-коляски.
— Ничего. Дай ему привыкнуть, — я готовил сына как мог, но видимо Мише непривычно видеть маму такой. Что уж говорить о нем, я, взрослый мужик, первое время тоже в ступоре находился, старался не показывать своего замешательства. А тут ребенок.
— Миша, — Геля разревелась и протянула к нему руки. Конечно, уже два месяца сына не видела. Предлагал, чтобы привести его к ней, но она отказывалась, всё надеялась, что начнет ходить.
Месяц реабилитации и ещё одна операция дали результат. Геля начала чувствовать ноги.
Миша кинулся к ней, обнял.
— Я скучал.
— Я тоже, малыш, — прошептала Ангелина.
— Пап! — дёрнул меня за курточку. — Я с няней поделку маме сделал. Она мне только немного помогла. — присел на корточки, пожал ему руку и потрепал кудряшки.
— Молодец, сынок. Маме понравится.
Потом помог Геле снять верхнюю одежду. Она сидела поджав губы.
— Дай ему время привыкнуть, — кивнула.
— А можно я маму сам повезу? — спросил Миша, заглядывая в глаза.
— Только осторожно.
Миша вез коляску, рассказывал Ангелине про новую девочку в группе, про хулигана Сашку, с которым подрался. Геле тяжело, выпала из жизни Миши на такой большой срок.
Через час пришли наши родители. Отец впервые за это время встретился со Светланой. Кивнул ей в знак приветствия и отвёл меня в сторону.
— Сынок, я понимаю, что ты у меня вспыльчивый. Мстительный. Но поклянись прямо здесь и сейчас, что ты ищешь этих уродов ни для того, чтобы покалечить.
 
— Отец. Не лезь не в свое дело. Все будет нормально.
— Ты долбанулся?! Убить их хочешь? В тюрьму загреметь? Ты теперь ни один. От такого даже я отмазать не смогу.
— Я сам за все отвечу. А сейчас извини, меня ждёт Геля и сын.