Месть мажора (СИ)
Хреновый из меня вышел дипломат, как не сглаживай углы, они все равно остаются острыми.
Глава 48
Кирилл
Захожу в дом отца. Я уже давно здесь не был. Обычно мы встречались в офисе, в ресторане. Это место стало мне чужим.
Глупо винить в своей подлости дом, но именно здесь я совершил столько ошибок.
Останавливаюсь в гостиной. Здесь я стоял, когда Геля смотрела то проклятое видео. Моя измена, которую я почти не помню, а то, что отрывками всплывает в голове, тяжёлым грузом ложится на плечи. Меня тошнит от самого себя. Я был ослеплён ревностью, ничего не видел, только угрозу нашим с Гелей отношениям. С ней было так хорошо, что боялся потерять. Но именно это и уничтожило все.
Отец сидел в своем кабинете, повернувшись вполоборота. В кабинете темно, лишь блик луны освещал помещение. Заострёные черты лица отца, грусть и какая-то вселенская тоска в глазах.
Он не слышал моих шагов, не знал, что я приехал. Он глянул на фотографию в рамке и отпил из квадратного стакана.
— Отец? — он вздрогнул, фотография выпала из рук. Судя по звуку, разбилось стекло.
Я сел на диван, продолжая его рассматривать. Я уверен, на фото Светлана, моя мать. И он столько лет страдает по ней? Должно быть, это ужасно.
Примерил их отношения на нас с Гелей. Неужели я также буду думать о ней всю жизнь? Это же невыносимо. Но теперь, когда я знаю про Мишу, моего сына, у меня нет шансов её забыть. Даже если я не смогу ее вернуть, она останется той, что родила мне сына.
— Зачем ты пришел, сынок? — он не смотрел на меня, старался отвести взгляд.
— Почему ты не рассказал мне про сына?
— Зачем? Я же видел ваши отношения с Гелей, она крутила тобой, как хотела. А тут ты был бы привязан к ней. Я не хочу такой жизни для своего сына.
— Ты ничего не знаешь про то, что случилось! Единственным мудаком и сволочью был я. Я виноват, что она ушла. Я замучил её своей ревностью, своим предательством. Тебе должно быть это знакомо, как никому. Ты поэтому потерял Светлану? Из-за ревности?
— О, сынок. То, что делал ты — это цветочки! Я вышел на новый уровень своей одержимостью Светой. Я запирал её дома, даже бил, потом, когда она собиралась уходить, молил о прощении. Однажды ей надоело. И она навсегда ушла. Поверь, с тобой бы было то же. Ты довел бы Ангелину до этого. И о том, чтобы рождение Миши оставалось в тайне, попросила она, — он с грустью глянул на фото.
Я всегда был уверен, что мой отец очень властный, ему нипочем эмоции обычного человека. Он выше этого, думал, его ничто не может вывести из равновесия. На самом деле я совсем не знал, что творится у него в душе.
— Мой сын называет отцом другого. Моя женщина принадлежит другому. Ты правда думаешь, что у тебя есть право решать за меня такие вопросы? Решать судьбу не одного человека, а трёх? Если бы я знал, что Геля беременна от меня, я бы боролся, или хотя бы был рядом, — я рассмеялся. До меня сейчас только что дошло.
— Вы это придумали ещё тогда? — я надвигался на него. — Поэтому ты уговорил меня уехать? И потом ничего не сказал? Хотя ты знал! Черт тебя побери! — я швырнул бутылку с виски в стену.
Мне ненавистна мысль, что Геля должна обсуждать то, в какие дни я могу видеть своего сына, со своим мужем. Отец даже не шелохнулся, отпил из стакана.
* * *На следующий день я ждал их в парке. Возле меня остановились девушки, попросили сфотографировать на камеру. Строили мне глазки. В объективе, за их спинами увидел ее.
Белые кроссовки придавали лёгкости её походке, подойдя, она засунула руки в карманы белых капри. Волосы подняты вверх, оголяют длинную шею.
— Ты все так же пользуешься популярностью? — она постаралась сказать это с шуткой, но голос её дрогнул.
Миша вскинул голову, смотрел на меня с любопытством. Я не знаю, как себя вести с детьми. Опустился на корточки.
— Привет, — протянул ему руку. Он пожал её. — Ты не против, если мы проведем это время вместе? — он пожал плечами. — Я не знаю, что ты любишь. Вот принес тебе коллекционную машинку. — Протянул коробочку. Взгляд Миши загорелся, он с нетерпением распаковал ее.
— Не стоило, Кирилл. Она очень дорогая. И, похоже, она ему нравится.
— Ну, так! Мой сын, — с гордостью прошептал я. Глаза Гели стали грустными. — Что не так? — Миша убежал на игровую площадку, мы шли следом. Геля раздумывала, стоит ли мне говорить, кусала губу. У меня от этого зрелища стучало сердце где-то в горле.
— Андрей не был доволен тем, что я приведу Мишу к тебе. Мы поругались.
— Геля… — я остановился. Хотел рассказать, что Андрей не такой хороший, что я видел, как он изменяет ей. Но на вопрос ««Что?»- я просто ответил:
— Забудь. Ничего.
Правильно ли я делаю? Ведь это так просто, скажи, что он предатель, и получи Гелю назад. Но это подло. Я не смог причинить ей боль.
Глава 49
Геля
Миша захотел полазить по кольцам. Кирилл его держал, а сын перебирал руками.
— Какой у вас муж замечательный, — обратилась ко мне женщина. — Моего паразита не заставишь с дивана встать, погулять с ребенком, пузо себе пивное отрастил. А ваш вон какой видный мужчина.
— Да он не мой, — с сожалением сказала.
— Да? — женщина сразу приосанилась, поправила прическу. И тут началось. «Максим, а пойдем тоже полазить. Ой, мужчина, а вы помогите моему сыну, пожалуйста?»
К чести Кирилла, он с улыбкой отказался. Радостный Миша побежал к качелям. Я стояла рядом и все чаще украдкой смотрела на Кирилла. Потом Кирилл провожал нас до дома. Миша обнял его за шею и уснул.
— Тебе не тяжело? Может, мы лучше на такси поедем? — Кирилл улыбнулся.
— Нет, Геля. Мне, наоборот, нравится носить его на руках.
Мне хотелось, чтобы мы шли медленнее, чтобы этот день растянулся, хотелось прижаться к его плечу. Он был таким домашним. Волосы взлохмачены, простая футболка обрисовывала мускулатуру, лёгкая походка и зад, на который я против воли засматривалась.
Убежала вперёд, чтобы не предаваться глупым мечтам.
— Геля, стой, — развернулась к нему. У тебя мороженое. Вот здесь, он провел пальцем по верхней губе, его глаза чернеют, мое дыхание учащается, между нами искрит. Нас невозможно тянет друг к другу.
— Не надо, — проглотила ком, вставший поперек горла.
— Почему, Геля? Я скажу только раз, и больше не вернусь к этой теме. Разводись. Выходи за меня. Видишь, Миша уже привык ко мне, — сердце, как голубка забилось в груди. Я представила, как мы каждый день так гуляем вместе. Но это глупые мечты! Он провел всего один день. Он наиграется. Потом опять начнется ревность, девушки. И ему будет не до нас.
— Кирилл. У меня есть муж, — я рассердилась, ушла вперед. Скрестив руки на груди, развернулась. — Почему ты думаешь, что можешь просто так возникнуть через столько лет, поманить меня пальчиком, и я побегу?!
— Если ты помнишь, я приходил два года назад, извинялся.
— Один раз? Если бы я тебе была нужна, ты бы приложил больше усилий.
— Геля, я изменился.
— Извини. Я в это не верю.
Остальную часть пути мы прошли молча. Кирилл предложил подняться, но, боюсь Андрей этого не переживет. Если он пришел после смены.
Но дома никого не было. Я уложила Мишу в кровать. Позвонила Андрею, у него был выключен телефон. Набрала номер. Ответил диспетчер Ваня.
— Вань, привет. А мой благоверный ещё на работе?
— Привет, Ангелина. С чего он должен быть на работе?
— Уже ушел? А во сколько?
— Так ещё вчера, после обеда, — что?
— Спасибо, Вань, — ошеломленная, положила трубку. У родителей, ни у моих, ни у своих он не мог быть. Они днём мне звонили.
Что это значит? Может ли Андрей мне изменять? Да нет. Ерунда. Он наверняка у друзей. Обиделся и ушел к ним с ночёвкой.