Месть мажора (СИ)
— Нет. В этом плане у нас всё слишком хорошо. Просто он такой ревнивый! Кто-то посмотрел не так, улыбнулся мне, и этот Отелло очень жёстоко расправляется с ними.
— А меня мой Лёша вообще не ревнует, — посетовала Нина. — Так что я тебе даже завидую.
— Поверь, тут нечему завидовать. Он недавно избил моего однокурсника, за то, что тот лапал меня.
— Прямо сильно избил?
— Руку сломал.
— Жесть! Мне кажется, он тебе не пара.
Каждый раз, когда я встречаюсь с подругами, они говорят одно и то же: «Кирилл тебе не пара, таких, как ты, он только разводит на секс. Поиграет и бросит». И всё в таком духе.
— Он меня просто любит сильно, — решила заступиться.
— Так сильно, что башню сносит?
В мессенджер пришло сообщение от моего однокурсника. И конечно я не рассказывала Кириллу, что переписываюсь с парнем. Он же не понимает, что девушка и парень могут быть просто друзьями. Вася мне помогает. Иногда дает списать лекции. Вот и сейчас мы договариваемся, чтобы он передал мне последнюю лекцию по гражданскому праву. Я её пропустила, естественно, из-за Кирилла.
Нина сузила глаза.
— Это тебе парень пишет?
— Да.
— А Кирилл знает?
— Нет. Он не лазит в мой телефон.
— Это следующая стадия твоего ревнивца, — я задумалась. Неужели правда Кирилл может до такой степени меня унизить? Ответ напрашивался сам собой. Да.
— А-а-а! — я в отчаянье упала на сложенные руки.
— А расстаться не вариант? — посочувствовала Нина.
— Нет. Я его люблю. Я же тоже ревную, — я по очереди смотрела то на одну, то на другую подругу, ища поддержки. — На него постоянно кто-то вешается. Но я же не иду выдирать ей пакли. Хотя порой очень хочется.
— Давайте преподадим ему урок.
— Какой? В угол поставим и скажем: ай-яй, плохой мальчик, постой-ка в углу.
— Геля, я серьезно! Он когда-нибудь в приступе ревности убьёт человека, посмевшего посмотреть на тебя.
— Ты скажешь, что злишься на него. И вместо сегодняшнего свидания с ним устроим девичник.
— О, это круто! — поддержала Люба. Ну, правда, девочки. Мы с этими парнями совсем перестали видеться друг с другом.
— Как в детстве? Бои на подушках и до самого утра объедаться мороженым с шоколадом?
— Идеально! — подтвердила Люба.
— Хорошо. Я только заеду домой переоденусь и зубную щётку возьму.
— Всё, договорились, жду вас у себя, — безапелляционно сказала Нина.
«Геля. Ну, не дуйся. Давай встретимся?»
«Нет, Кирилл. Сегодня провожу время с подругами.»
«Вот так вдруг?»
«Остановись, пожалуйста. Ты превращаешься в ревнивого мужа.»
Больше на его сообщения я не отвечала. Девочки правы, скоро это может зайти слишком далеко. Тот придурок сам виноват, но Кирилл переборщил.
Я уже сложила свою любимую пижаму, когда позвонил Вася.
— Солнцева. Я принес тебе конспекты. Какой номер твоей квартиры?
— Я сейчас собираюсь уходить, — Кирилл бы убил его, если бы я пустила его в дом.
— Да я уже здесь. Твоего ревнивца нет?
— Нет.
— Я только передам и уйду. Мы с друзьями в клуб собрались,
Ну, правда. Это же мой однокурсник. И Вася хороший парень. Я продиктовала ему номер.
— Привет, — Вася прошел в коридор с ним был Паша. Я хорошо его знаю. Он учится вместе с Кириллом и часто приставал ко мне.
— А он тут зачем? — плохое предчувствие не покидает меня.
— Паша мой двоюродный брат.
Звук закрывающейся двери, я отступаю, обнимая себя руками.
Глава 24
Геля
Меня колотит. Дрожащей рукой нажимаю на звонок. Приятная трель никак не вяжется с моим нынешним состоянием. Нина, улыбаясь, открывает дверь. В ее руках вазочка с мороженым. видит мое перекошенное лицо.
— Боже, Геля! Что с тобой? — смотрю, как переживает подруга, не выдерживаю, вою, как белуга, зажимая рот ладошкой. Подруга затаскивает меня в квартиру. Люба и Нина с тревогой переглядываются.
— Что случилось? — спрашивает Нина.
— А ты не видешь по ее порванной кофте?
— Боже. Это твой Кирилл сделал? — угрожающе говорит Нина. Я реву, ничего не могу из себя выдавить, только отрицательно качаю головой.
— Люба! Принеси ей воды! Не стой столбом! — командует Нина. Усаживает меня на диван, накрывает пледом.
— Ничего, девочка моя, — она по-матерински прижимает меня к себе, поглаживает и целует в висок. — Все хорошо будет. Но если ты его просто защищаешь, то зря! Я все равно узнаю, и тогда оторву ему яйца. — Люба приносит стакан воды. Руки дрожат, зубы стучат о край стакана.
— Успокойся, Геля. Сделай глоток, солнышко. Тебе станет легче. Я положила голову на колени Нине. Она из нас троих была самой сильной. А мне сейчас как никогда нужна защита. Я чувствую себя такой жалкой и беспомощной. Люба положила мои ноги к себе на колени, поглаживала меня. Никто больше ничего не говорил. Ждал, когда я приду в себя.
Рядом с ними успокаивалась, дрожь постепенно пропадала.
— Я уже собралась к вам. Тут пришел мой однокурсник, Вася. И я его пустила. Он был не один.
— Твою мать! — выматерилась Нина.
— Как только они вошли, я поняла, что совершила ошибку. Попросила их уйти. Дура! Я могла спуститься к Васе и на улице забрать конспекты. Но я ему доверяла. А Кирилл был прав. Нельзя никому верить, — я опять затряслась в истеричном плаче.
— Они… — Нина, хоть и бойкая, но даже она боялась продолжить.
— Я так думала. Паша прижал меня к стене, стащил с меня джинсы.
— Маразь!
— Я сопротивлялась. Кричала. Угрожала им. Сказала, что мой папа подполковник. Их это не останавливало. Они лапали меня в две руки, — всхлипнула. — Говорили, как поимеют меня два сразу, как будут меняться. Я почувствовала, что обречена. Потом целовал Паша, порвал на мне кофту. Посадил на себя. Я до сих пор чувствую его эрекцию. А потом… они просто ушли.
— Дак не было изнасилования?
— Нет. Я боялась, что если отец увидит меня, то прибьет их. По закону-то он ничего не сможет сделать. Полового акта не было. Поэтому приехала к вам. Даже куртку забыла.
— А родители?
— Они на работе задержались.
— Ты и им не расскажешь? — покачала головой. Мама Света страшна в гневе. Папа попробует завести уголовное дело. Когда не получится, то прибьет их.
— Я позвоню Кириллу. Он твой парень, пусть тогда он разбирается, — Люба начала вставать. Я поймала ее за руку.
— Нет. Пожалуйста. Если он сломал руку тому парню, то за это точно убьет. Я не хочу, чтобы он сидел из-за меня, — это еще хуже, остаться без него.
— Нельзя так все оставлять, — говорила Нина. — Поступок странный. Могли изнасиловать. Пришли за этим, но ничего не сделали.
— Я буду осторожной. Буду носить с собой газовый баллончик. Кирилл не должен знать. Обещайте, что ничего ему не расскажете.
— Геля, — предупреждающе начала Нина.
— Обещайте! Я рассказала вам, как подругам. Не хочу ничего. Хочу просто забыть этот кошмар.
— Хорошо. Обещаем, — одновременно сказали подруги.
Глава 25
Кирилл
Я заказал Геле финский суп с лососем, панакоту с говядиной и тарталетки с ягодами. Смотрел на часы. Она опаздывает. Два дня мы не виделись. Думал, что сдохну за это время. Она обиделась, не брала трубку. Но все равно, если бы представилась возможность, я поступил бы так же.
Она вошла, как ангел. В белом платье, с v-образным вырезом. У меня дыхание перехватило. Ангелина самая прекрасная девушка, что я видел в своей жизни.
— Привет, — подарила мне грустную улыбку. Под ложечкой неприятно засосало. Она не разговаривала со мной. Пришла грустная. А вдруг она захочет расстаться? Ведь она уже не раз говорила, что ей не нравится моя реакция. Что я слишком остро реагирую на то, как смотрят на нее другие мужчины. Вот и сейчас к нам подошёл официант, принес суп. И то и дело бросал украдкой взгляд в вырез платья Гели.